Испытание 1 ядерной бомбы в ссср: Испытание первой атомной бомбы в СССР

Содержание

Испытание первой атомной бомбы в СССР

В апреле 1946 года при Лаборатории № 2 было создано конструкторское бюро КБ-11 (ныне Российский федеральный ядерный центр — ВНИИЭФ) — одно из самых секретных предприятий по разработке отечественного ядерного оружия, главным конструктором которого был назначен Юлий Харитон. Базой для развертывания КБ-11 был выбран завод N 550 Народного комиссариата боеприпасов, выпускавший корпуса артиллерийских снарядов.

Сверхсекретный объект был размещен в 75 километрах от города Арзамаса (Горьковской области, ныне Нижегородская область) на территории бывшего Саровского монастыря.

Перед КБ-11 была поставлена задача создать атомную бомбу в двух вариантах. В первом из них рабочим веществом должен быть плутоний, во втором — уран-235. В середине 1948 года работы по варианту с ураном были прекращены из-за относительно низкой эффективности его по сравнению с затратами ядерных материалов.

Первая отечественная атомная бомба имела официальное обозначение РДС-1. Расшифровывалось оно по-разному: "Россия делает сама", "Родина дарит Сталину" и т. д. Но в официальном постановлении Совета Министров СССР от 21 июня 1946 года она была зашифрована как "Реактивный двигатель специальный" ("С").

Создание первой советской атомной бомбы РДС-1 велось с учетом имевшихся материалов по схеме плутониевой бомбы США, испытанной в 1945 году. Эти материалы были предоставлены советской внешней разведкой. Важным источником информации был Клаус Фукс — немецкий физик, участник работ по ядерным программам США и Великобритании.

Разведматериалы по американскому плутониевому заряду для атомной бомбы позволили сократить сроки создания первого советского заряда, хотя многие технические решения американского прототипа не являлись наилучшими. Даже на начальных этапах советские специалисты могли предложить лучшие решения как заряда в целом, так и его отдельных узлов. Поэтому первый испытанный СССР заряд для атомной бомбы был более примитивным и менее эффективным, чем оригинальный вариант заряда, предложенный советскими учеными в начале 1949 года. Но для того чтобы гарантированно и в короткие сроки показать, что СССР тоже обладает атомным оружием, было принято решение на первом испытании использовать заряд, созданный по американской схеме.

Заряд для атомной бомбы РДС-1 был выполнен в виде многослойной конструкции, в которой перевод активного вещества — плутония в надкритическое состояние осуществлялся за счет его сжатия посредством сходящейся сферической детонационной волны во взрывчатом веществе.

РДС-1 представляла собой авиационную атомную бомбу массой 4,7 тонны, диаметром 1,5 метра и длиной 3,3 метра.

Она разрабатывалась применительно к самолету Ту-4, бомболюк которого допускал размещение "изделия" диаметром не более 1,5 метра. В качестве делящегося материала в бомбе использовался плутоний.

Конструктивно бомба РДС-1 состояла из ядерного заряда; взрывного устройства и системы автоматики подрыва заряда с системами предохранения; баллистического корпуса авиабомбы, в котором размещались ядерный заряд и автоматика подрыва.

Для производства атомного заряда бомбы в городе Челябинск-40 на Южном Урале был построен комбинат под условным номером 817 (ныне ФГУП "Производственное объединение "Маяк"). Комбинат состоял из первого советского промышленного реактора для наработки плутония, радиохимического завода для выделения плутония из облученного в реакторе урана, и завода для получения изделий из металлического плутония.

Реактор комбината 817 был выведен на проектную мощность в июне 1948 года, а спустя год на предприятии получили необходимое количество плутония для изготовления первого заряда для атомной бомбы.

Место для полигона, на котором планировалось испытать заряд, было выбрано в прииртышской степи, примерно в 170 километрах западнее Семипалатинска в Казахстане. Под полигон была отведена равнина диаметром примерно 20 километров, окруженная с юга, запада и севера невысокими горами. На востоке этого пространства находились небольшие холмы.

Строительство полигона, получившего название учебный полигон № 2 Министерства Вооруженных сил СССР (в последующем Министерства обороны СССР), было начато в 1947 году, а к июлю 1949 года в основном было закончено.

Для проведения испытаний на полигоне была подготовлена опытная площадка диаметром 10 километров, разбитая на сектора. Она была оборудована специальными сооружениями, обеспечивающими проведение испытаний, наблюдение и регистрацию физических исследований.

В центре опытного поля смонтировали металлическую решетчатую башню высотой 37,5 метра, предназначенную для установки заряда РДС-1.

На расстоянии одного километра от центра было сооружено подземное здание для аппаратуры, регистрирующей световые, нейтронные и гамма-потоки ядерного взрыва. Для изучения воздействия ядерного взрыва на опытном поле были построены отрезки тоннелей метро, фрагменты взлетно-посадочных полос аэродромов, размещены образцы самолетов, танков, артиллерийских ракетных установок, корабельных надстроек различных типов. Для обеспечения работы физического сектора на полигоне было построено 44 сооружения и проложена кабельная сеть протяженностью 560 километров.

5 августа 1949 года правительственная комиссия по проведению испытания РДС-1 дала заключение о полной готовности полигона и предложила в течение 15 дней провести детальную отработку операций по сборке и подрыву изделия. Проведение испытания было определено на последние числа августа. Научным руководителем испытания был назначен Игорь Курчатов.

В период с 10 по 26 августа было проведено 10 репетиций по управлению испытательным полем и аппаратурой подрыва заряда, а также три тренировочных учения с запуском всей аппаратуры и четыре подрыва натурных взрывчатых веществ с алюминиевым шаром от автоматики подрыва.

21 августа специальным поездом на полигон были доставлены плутониевый заряд и четыре нейтронных запала, один из которых должен был использоваться при подрыве боевого изделия.

24 августа на полигон прибыл Курчатов. К 26 августа вся подготовительная работа на полигоне была завершена.

Курчатов отдал распоряжение о проведении испытания РДС-1 29 августа в восемь часов утра по местному времени.

В четыре часа дня 28 августа в мастерскую у башни был доставлен плутониевый заряд и нейтронные запалы к нему. Около 12 ночи в сборочной мастерской на площадке в центре поля началась окончательная сборка изделия — вложение в него главного узла, то есть заряда из плутония и нейтронного запала. В три ночи 29 августа был закончен монтаж изделия.

К шести часам утра заряд подняли на испытательную башню, было завершено его снаряжение взрывателями и подключение к подрывной схеме.

В связи с ухудшением погоды было принято решение о переносе взрыва на один час раньше.

В 6.35 операторы включили питание системы автоматики. В 6.48 минут был включен автомат поля. За 20 секунд до взрыва был включен главный разъем (рубильник), соединяющий изделие РДС-1 с системой автоматики управления.

Ровно в семь часов утра 29 августа 1949 года вся местность озарилась ослепительным светом, который ознаменовал, что СССР успешно завершил разработку и испытание своего первого заряда для атомной бомбы.

Через 20 минут после взрыва к центру поля были направлены два танка, оборудованные свинцовой защитой, для проведения радиационной разведки и осмотра центра поля. Разведкой было установлено, что все сооружения в центре поля снесены. На месте башни зияла воронка, почва в центре поля оплавилась, и образовалась сплошная корка шлака. Гражданские здания и промышленные сооружения были полностью или частично разрушены.

Использованная в опыте аппаратура позволила провести оптические наблюдения и измерения теплового потока, параметров ударной волны, характеристик нейтронного и гамма-излучений, определить уровень радиоактивного загрязнения местности в районе взрыва и вдоль следа облака взрыва, изучить воздействие поражающих факторов ядерного взрыва на биологические объекты.

Энерговыделение взрыва составило 22 килотонны (в тротиловом эквиваленте).

За успешную разработку и испытание заряда для атомной бомбы несколькими закрытыми указами Президиума Верховного Совета СССР от 29 октября 1949 года орденами и медалями СССР была награждена большая группа ведущих исследователей, конструкторов, технологов; многим было присвоено звание лауреатов Сталинской премии, а непосредственные разработчики ядерного заряда получили звание Героя Социалистического Труда.

В результате успешного испытания РДС-1 СССР ликвидировал американскую монополию на обладание атомным оружием, став второй ядерной державой мира.

Материал подготовлен на основе информации РИА Новости и открытых источников

Первое испытание атомной бомбы в Советском Союзе. Досье - Биографии и справки

Ядерное (или атомное) оружие - оружие взрывного действия, в основу которого положены неуправляемые цепная реакция деления тяжелых ядер и реакции термоядерного синтеза. Для осуществления цепной реакции деления используются либо уран-235, либо плутоний-239, либо, в отдельных случаях, уран-233. Относится к оружию массового поражения наряду с биологическим и химическим. Мощность ядерного заряда измеряется в тротиловом эквиваленте, обычно его выражают в килотоннах и мегатоннах.

Ядерное оружие впервые было испытано 16 июля 1945 года в США на полигоне "Тринити" у города Аламогордо (штат Нью-Мексико). В том же году США применили его в Японии при бомбардировке городов Хиросимы 6 августа и Нагасаки 9 августа.

В СССР первое испытание атомной бомбы - изделия РДС-1 - проведено 29 августа 1949 года на Семипалатинском полигоне в Казахстане. РДС-1 представляло собой авиационную атомную бомбу "каплевидной" формы, массой 4,6 т, диаметром 1,5 м и длиной 3,7 м. В качестве делящегося материала использовался плутоний. Бомба была подорвана в 7.00 местного времени (4.00 мск) на смонтированной металлической решетчатой башне высотой 37,5 м, размещенной в центре опытного поля диаметром примерно 20 км. Мощность взрыва составила 20 килотонн в тротиловом эквиваленте.

Изделие РДС-1 (в документах указывалась расшифровка "реактивный двигатель "С") было создано в конструкторском бюро № 11 (ныне Российский Федеральный ядерный центр - Всероссийский научно-исследовательский институт экспериментальной физики, РФЯЦ-ВНИИЭФ, город Саров), которое было организовано для создания атомной бомбы в апреле 1946 года. Работами по созданию бомбы руководили Игорь Курчатов (научный руководитель работ по атомной проблеме с 1943 года; организатор проведения испытания бомбы) и Юлий Харитон (главный конструктор КБ-11 в 1946-1959 годах).

Исследования по атомной энергии велись в России (впоследствии СССР) еще в 1920-1930-х годах. В 1932 году в Ленинградском Физико-техническом институте была образована группа по ядру во главе с директором института Абрамом Иоффе при участии Игоря Курчатова (зам. начальника группы). В 1940 году создана Урановая комиссия при Академии наук СССР, которая в сентябре того же года утвердила программу работ по первому советскому урановому проекту. Однако с началом Великой Отечественной войны большинство исследований по использованию атомной энергии в СССР было свернуто или прекращено.

Возобновились исследования по использованию атомной энергии в 1942 году после получения разведданных о развертывании американцами работ по созданию атомной бомбы ("Манхэттенский проект"): 28 сентября вышло распоряжение Государственного комитета обороны (ГКО) "Об организации работ по урану".

8 ноября 1944 года ГКО принял решение о создании в Средней Азии крупного уранодобывающего предприятия на базе месторождений Таджикистана, Киргизии и Узбекистана. В мае 1945 года в Таджикистане начало работать первое в СССР предприятие по добыче и переработке урановых руд - комбинат № 6 (позднее Ленинабадский горно-металлургический комбинат).

После взрывов американских атомных бомб в Хиросиме и Нагасаки постановлением ГКО от 20 августа 1945 года был создан Специальный комитет при ГКО во главе с Лаврентием Берия для "руководства всеми работами по использованию внутриатомной энергии урана", включая производство атомной бомбы.

В соответствии с постановлением Совета министров СССР от 21 июня 1946 года Харитоном было подготовлено "тактико-техническое задание на атомную бомбу", которое положило начало полномасштабным работам по первому отечественному атомному заряду.

В 1947 году в 170 км западнее Семипалатинска был создан "Объект-905" для испытания ядерных зарядов (в 1948 году преобразован в учебный полигон № 2 Минобороны СССР, позже стал именоваться Семипалатинским; в августе 1991 года был закрыт). Строительство полигона завершилось к августу 1949 года к испытанию бомбы.

Первое испытание советской атомной бомбы разрушило ядерную монополию США. Советский Союз стал второй ядерной державой мира.

Сообщение об испытании ядерного оружия в СССР было опубликовано ТАСС 25 сентября 1949 года. А 29 октября вышло закрытое постановление Совета министров СССР "О награждении и премировании за выдающиеся научные открытия и технические достижения по использованию атомной энергии". За разработку и испытание первой советской атомной бомбы шесть работников КБ-11 были удостоены звания Героя Социалистического Труда: Павел Зернов (директор КБ), Юлий Харитон, Кирилл Щелкин, Яков Зельдович, Владимир Алферов, Георгий Флеров. Заместитель главного конструктора Николай Духов получил вторую Золотую Звезду Героя Социалистического Труда. 29 сотрудников бюро были награждены орденом Ленина, 15 - орденом Трудового Красного Знамени, 28 стали лауреатами Сталинской премии.

Сегодня макет бомбы (ее корпус, заряд РДС-1 и пульт, с помощью которого был подорван заряд) хранится в Музее ядерного оружия РФЯЦ-ВНИИЭФ.

В 2009 году Генеральная Ассамблея ООН объявила 29 августа Международным днем действий против ядерных испытаний.

Всего в мире проведено 2062 испытания ядерного оружия, которое имеют восемь государств. На долю США приходится 1032 взрыва (1945-1992). Соединенные Штаты Америки являются единственной страной, применившей это оружие. СССР провел 715 испытаний (1949-1990). Последний взрыв состоялся 24 октября 1990 года на испытательном полигоне "Новая Земля". Кроме США и СССР, ядерные боеприпасы были созданы и испытаны в Великобритании - 45 (1952-1991), Франции - 210 (1960-1996), Китае - 45 (1964-1996), Индии - 6 (1974, 1998), Пакистане - 6 (1998) и КНДР - 3 (2006, 2009, 2013).

В 1970 году вступил в силу Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). В настоящее время его участниками являются 188 стран мира. Документ не подписан Индией (в 1998 году ввела односторонний мораторий на ядерные испытания и согласилась поставить свои ядерные объекты под контроль МАГАТЭ) и Пакистаном (в 1998 году ввел односторонний мораторий на проведение ядерных испытаний). КНДР, подписав договор в 1985 году, в 2003 году вышла из него.

В 1996 году всеобщее прекращение ядерных испытаний было закреплено в рамках международного Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ). После этого ядерные взрывы проводили только три страны - Индия, Пакистан и КНДР.

Центральный полигон Российской Федерации на Новой Земле. Досье

Первая советская атомная бомба

Первая советская атомная бомба

Создание советской ядерной бомбы по сложности научных, технических и инженерных задач –значительное, поистине уникальное событие, оказавшее влияние на баланс политических сил в мире после Второй мировой войны. Решение этой задачи в нашей стране, не оправившейся еще от страшных разрушений и потрясений четырех военных лет, стало возможным в результате героических усилий ученых, организаторов производства, инженеров, рабочих и всего народа. Воплощение в жизнь Советского атомного проекта потребовало настоящего научно-технологического и промышленного переворота, который привел к появлению отечественной атомной отрасли. Этот трудовой подвиг оправдал себя. Овладев секретами производства ядерного оружия, наша Родина на долгие годы обеспечила военно-оборонный паритет двух ведущих государств мира – СССР и США. Ядерный щит, первым звеном которого стало легендарное изделие РДС-1, и сегодня защищает Россию.
Руководителем Атомного проекта был назначен И. Курчатов. С конца 1942 года он стал собирать ученых и специалистов, необходимых для решения проблемы. Первоначально общее руководство атомной проблемой осуществлял В. Молотов. Но 20 августа 1945 года (через несколько дней после атомной бомбардировки японских городов) Государственный Комитет Обороны принял решение о создании Специального Комитета, который возглавил Л. Берия. Именно он стал руководить Советским атомным проектом.
Первая отечественная атомная бомба имела официальное обозначение РДС-1. Расшифровывалось оно по-разному: «Россия делает сама», «Родина дарит Сталину» и т. д. Но в официальном постановлении СМ СССР от 21 июня 1946 года РДС получила формулировку – «Реактивный двигатель «С»».
В тактико-техническом задании (ТТЗ) указывалось, что атомная бомба разрабатывается в двух вариантах: с применением «тяжелого топлива» (плутония) и с применением «легкого топлива» (урана-235). Написание ТЗ на РДС-1 и последующая разработка первой советской атомной бомбы РДС-1 велась с учетом имевшихся материалов по схеме плутониевой бомбы США, испытанной в 1945 году. Эти материалы были предоставлены советской внешней разведкой. Важным источником информации был К. Фукс – немецкий физик, участник работ по ядерным программам США и Англии.
Разведматериалы по плутониевой бомбе США позволили избежать ряда ошибок при создании РДС-1, значительно сократить сроки ее разработки, уменьшить расходы. При этом с самого начала было ясно, что многие технические решения американского прототипа не являются наилучшими. Даже на начальных этапах советские специалисты могли предложить лучшие решения как заряда в целом, так и его отдельных узлов. Но безусловное требование руководства страны состояло в том, чтобы гарантированно и с наименьшим риском получить действующую бомбу уже к первому ее испытанию.
Ядерная бомба должна была изготавливаться в виде авиационной бомбы весом не более 5 тонн, диаметром не более 1,5 метра и длиной не более 5 метров. Эти ограничения были связаны с тем, что бомба разрабатывалась применительно к самолету ТУ-4, бомболюк которого допускал размещение «изделия» диаметром не более 1,5 метра.
По мере продвижения работ стала очевидной необходимость особой научно-исследовательской организации для конструирования и отработки самого «изделия». Ряд исследований, проводимых Лабораторией N2 АН СССР, требовал их развертывания в «удаленном и изолированном месте». Это означало: необходимо создать специальный научно-производственный центр для разработки атомной бомбы.

Создание КБ-11

С конца 1945 года шел поиск места для размещения сверхсекретного объекта. Рассматривались различные варианты. В конце апреля 1946 года Ю. Харитон и П. Зернов осмотрели Саров, где прежде находился монастырь, а теперь размещался завод N 550 Наркомата боеприпасов. В итоге выбор остановился на этом месте, которое было удалено от крупных городов и одновременно имело начальную производственную инфраструктуру.
Научно-производственная деятельность КБ-11 подлежала строжайшей секретности. Ее характер и цели были государственной тайной первостепенного значения. Вопросы охраны объекта с первых дней находились в центре внимания.

9 апреля 1946 года было принято закрытое постановление Совета Министров СССР о создании Конструкторского бюро (КБ-11) при Лаборатории N 2 АН СССР. Начальником КБ-11 был назначен П. Зернов, главным конструктором - Ю. Харитон.

Постановление Совета Министров СССР от 21 июня 1946 года определило жесткие сроки создания объекта: первая очередь должна была войти в строй 1 октября 1946 года, вторая - 1 мая 1947 года. Строительство КБ-11 («объекта») возлагалось на Министерство внутренних дел СССР. «Объект» должен был занять до 100 кв. километров лесов в зоне Мордовского заповедника и до 10 кв. километров в Горьковской области.
Стройка велась без проектов и предварительных смет, стоимость работ принималась по фактическим затратам. Коллектив строителей формировался с привлечением «специального контингента» - так обозначались в официальных документах заключенные. Правительством создавались особые условия обеспечения стройки. Тем не менее строительство шло трудно, первые производственные корпуса были готовы только в начале 1947 года. Часть лабораторий разместилась в монастырских строениях.

Объем строительных работ был велик. Предстояла реконструкция завода N 550 для возведения на имеющихся площадях опытного завода. Нуждалась в обновлении электростанция. Необходимо было построить литейно-прессовый цех для работы со взрывчатыми веществами, а также ряд зданий для экспериментальных лабораторий, испытательные башни, казематы, склады. Для проведения взрывных работ требовалось расчистить и оборудовать большие площадки в лесу.
Специальных помещений для научно-исследовательских лабораторий на начальном этапе не предусматривалось – ученые должны были занять двадцать комнат в главном конструкторском корпусе. Конструкторам, как и административным службам КБ-11, предстояло разместиться в реконструированных помещениях бывшего монастыря. Необходимость создать условия для прибывающих специалистов и рабочих заставляла уделять все большее внимание жилому поселку, который постепенно приобретал черты небольшого города. Одновременно со строительством жилья возводился медицинский городок, строились библиотека, киноклуб, стадион, парк и театр.

17 февраля 1947 года постановлением Совета Министров СССР за подписью Сталина КБ-11 было отнесено к особо режимным предприятиям с превращением его территории в закрытую режимную зону. Саров был изъят из административного подчинения Мордовской АССР и исключен из всех учетных материалов. Летом 1947 года периметр зоны был взят под войсковую охрану.

Работы в КБ-11

Мобилизация специалистов в ядерный центр осуществлялась вне зависимости от их ведомственной принадлежности. Руководители КБ-11 вели поиск молодых и перспективных ученых, инженеров, рабочих буквально во всех учреждениях и организациях страны. Все кандидаты на работу в КБ-11 проходили специальную проверку в службах госбезопасности.
Создание атомного оружия явилось итогом работы большого коллектива. Но он состоял не из безликих «штатных единиц», а из ярких личностей, многие из которых оставили заметный след в истории отечественной и мировой науки. Здесь был сконцентрирован значительный потенциал как научный, конструкторский, так и исполнительский, рабочий.

В 1947 году в КБ-11 прибыло на работу 36 научных сотрудников. Они были откомандированы из различных институтов, в основном из Академии наук СССР: Института химической физики, Лаборатории N2, НИИ-6 и Института машиноведения. В 1947 году в КБ-11 работало 86 инженерно-технических работников.
С учетом тех проблем, которые предстояло решить в КБ-11, намечалась очередность формирования его основных структурных подразделений. Первые научно-исследовательские лаборатории начали работать весной 1947 года по следующим направлениям:
лаборатория N1 (руководитель - М. Я. Васильев) – отработка конструктивных элементов заряда из ВВ, обеспечивающих сферически сходящуюся детонационную волну;
лаборатория N2 (А. Ф. Беляев) – исследования детонации ВВ;
лаборатория N3 (В. А. Цукерман) – рентгенографические исследования взрывных процессов;
лаборатория N4 (Л. В. Альтшулер) – определение уравнений состояния;
лаборатория N5 (К. И. Щелкин) - натурные испытания;
лаборатория N6 (Е. К. Завойский) - измерения сжатия ЦЧ;
лаборатория N7 (А. Я. Апин) – разработка нейтронного запала;
лаборатория N8 (Н. В. Агеев) - изучение свойств и характеристик плутония и урана в целях применения в конструкции бомбы.
Начало полномасштабных работ первого отечественного атомного заряда можно отнести к июлю 1946 года. В этот период в соответствии с решением Совета Министров СССР от 21 июня 1946 года Ю. Б. Харитоном было подготовлено «Тактико-техническое задание на атомную бомбу».

В ТТЗ указывалось, что атомная бомба разрабатывается в двух вариантах. В первом из них рабочим веществом должен быть плутоний (РДС-1), во втором – уран-235 (РДС-2). В плутониевой бомбе переход через критическое состояние должен достигаться за счет симметричного сжатия плутония, имеющего форму шара, обычным взрывчатым веществом (имплозивный вариант). Во втором варианте переход через критическое состояние обеспечивается соединением масс урана-235 с помощью взрывчатого вещества («пушечный вариант»).
В начале 1947 года начинается формирование конструкторских подразделений. Первоначально все конструкторские работы были сконцентрированы в едином научно-конструкторском секторе (НКС) КБ-11, который возглавлял В. А. Турбинер.
Интенсивность работы в КБ-11 с самого начала была очень велика и постоянно возрастала, поскольку первоначальные планы, с самого начала очень обширные, с каждым днем увеличивались по объему и глубине проработки.
Проведение взрывных опытов с крупными зарядами из ВВ было начато весной 1947 года на еще строящихся опытных площадках КБ-11. Наибольший объем исследований предстояло выполнить в газодинамическом секторе. В связи с этим туда в 1947 году было направлено большое число специалистов: К. И. Щелкин, Л. В. Альтшулер, В. К. Боболев, С. Н. Матвеев, В. М. Некруткин, П. И. Рой, Н. Д. Казаченко, В. И. Жучихин, А. Т. Завгородний, К. К. Крупников, Б. Н. Леденев, В. М. Малыгин, В. М. Безотосный, Д. М. Тарасов, К. И. Паневкин, Б. А. Терлецкая и другие.
Экспериментальные исследования газодинамики заряда проводились под руководством К. И. Щелкина, а теоретические вопросы разрабатывались находившейся в Москве группой, возглавляемой Я. Б. Зельдовичем. Работы проводились в тесном взаимодействии с конструкторами и технологами.

Разработкой «НЗ» (нейтронного запала) занялись А.Я. Апин, В.А. Александрович и конструктор А.И. Абрамов. Для достижения необходимого результата требовалось освоить новую технологию использования полония, обладающего достаточно высокой радиоактивностью. При этом нужно было разработать сложную систему защиты контактирующих с полонием материалов от его альфа-излучения.
В КБ-11 длительное время велись исследования и конструкторская проработка наиболее прецизионного элемента заряда-капсюля-детонатора. Это важное направление вели А.Я. Апин, И.П. Сухов, М.И. Пузырев, И.П. Колесов и другие. Развитие исследований потребовало территориального приближения физиков-теоретиков к научно-исследовательской, конструкторской и производственной базе КБ-11. С марта 1948 года в КБ-11 стал формироваться теоретический отдел под руководством Я.Б. Зельдовича.
Ввиду большой срочности и высокой сложности работ в КБ-11 стали создаваться новые лаборатории и производственные участки, и откомандированные на них лучшие специалисты Советского Союза осваивали новые высокие стандарты и жесткие условия производства.

Планы, сверстанные в 1946 году, не могли учесть многих сложностей, открывавшихся участникам атомного проекта по мере продвижения вперед. Постановлением СМ N 234-98 сс/оп от 08.02.1948 г. Сроки изготовления заряда РДС-1 были отнесены на более поздний срок – к моменту готовности деталей заряда из плутония на Комбинате N 817.
В отношении варианта РДС-2 к этому времени стало ясно, что его нецелесообразно доводить до стадии испытаний из-за относительно низкой эффективности этого варианта по сравнению с затратами ядерных материалов. Работы по РДС-2 были прекращены в середине 1948 года.

По постановлению Совета Министров СССР от 10 июня 1948 года назначены: первым заместителем главного конструктора «объекта» - Щелкин Кирилл Иванович; заместителями главного конструктора объекта - Алферов Владимир Иванович, Духов Николай Леонидович.
В феврале 1948 года в КБ-11 напряженно работало 11 научных лабораторий, в том числе теоретики под руководством Я.Б. Зельдовича, переехавшие на объект из Москвы. В состав его группы входили Д. Д. Франк-Каменецкий, Н. Д. Дмитриев, В. Ю. Гаврилов. Экспериментаторы не отставали от теоретиков. Важнейшие работы выполнялись в отделах КБ-11, которые отвечали за подрыв ядерного заряда. Конструкция его была ясна, механизм подрыва - тоже. В теории. На практике требовалось вновь и вновь проводить проверки, осуществлять сложные опыты.
Очень активно работали и производственники - те, кому предстояло воплотить замыслы ученых и конструкторов в реальность. Руководителем завода в июле 1947 г. был назначен А. К Бессарабенко, главным инженером стал Н. А. Петров, начальниками цехов - П. Д. Панасюк, В. Д. Щеглов, А. И. Новицкий, Г .А. Савосин, А.Я. Игнатьев, В. С. Люберцев.

В 1947 году в структуре КБ-11 появился второй опытный завод - для производства деталей из взрывчатых веществ, сборки опытных узлов изделия и решения многих других важных задач. Результаты расчетов и конструкторских проработок быстро воплощались в конкретные детали, узлы, блоки. Эту по высшим меркам ответственную работу выполняли два завода при КБ-11. Завод N 1 осуществлял изготовление многих деталей и узлов РДС-1 и затем - их сборку. Завод N 2 (его директором стал А. Я. Мальский) занимался практическим решением разнообразных задач, связанных с получением и обработкой деталей из ВВ. Сборка заряда из ВВ проводилась в цехе, которым руководил М.  А. Квасов.

Каждый пройденный этап ставил перед исследователями, конструкторами, инженерами, рабочими новые задачи. Люди работали по 14-16 часов в день, полностью отдаваясь делу. 5 августа 1949 года заряд из плутония, изготовленный на Комбинате N 817, был принят комиссией во главе с Харитоном и затем отправлен литерным поездом в КБ-11. Здесь в ночь с 10-го на 11-е августа была проведена контрольная сборка ядерного заряда. Она показала: РДС-1 соответствует техническим требованиям, изделие пригодно для испытаний на полигоне.

Далее>>>

70 лет назад состоялось испытание первой советской атомной бомбы

29 августа 1949 г. в 7 ч. утра по московскому времени на учебном Семипалатинском полигоне № 2 Министерства Вооружённых Сил прошли успешные испытания первой советской атомной бомбы РДС-1.

Первая советская атомная бомба РДС-1 была создана в КБ-11 (ныне Российский федеральный ядерный центр, ВНИИЭФ) под научным руководством Игоря Васильевича Курчатова и Юлия Борисовича Харитона. В 1946 г. Ю. Б. Харитоном было составлено техническое задание на разработку атомной бомбы, конструктивно напоминавшей американскую бомбу «Толстяк». Бомба РДС-1 представляла собой плутониевую авиационную атомную бомбу характерной «каплевидной» формы массой 4,7 т, диаметром 1,5 м и длиной 3,3 м.

Перед атомным взрывом работоспособность систем и механизмов бомбы при сбрасывании с самолёта была успешно проверена без плутониевого заряда. 21 августа 1949 г. специальным поездом на полигон были доставлены плутониевый заряд и четыре нейтронных запала, один из которых должен был использоваться при подрыве боевого изделия. Курчатов, в соответствии с указанием Л. П. Берии, отдал распоряжение об испытании РДС-1 29 августа в 8 ч. утра по местному времени.

В ночь на 29 августа была проведена сборка заряда, а окончательный монтаж был завершён к 3 ч. утра. В течение последующих трёх часов заряд был поднят на испытательную башню, снаряжён взрывателями и подключён к подрывной схеме. Члены специального комитета Л. П. Берия, М. Г. Первухин и В. А. Махнев контролировали ход заключительных операций. Однако из-за ухудшения погоды все работы, предусмотренные утверждённым регламентом, было решено провести со сдвигом на один час раньше.

В 6 ч. 35 мин. операторы включили питание системы автоматики, а в 6 ч. 48 мин. был включён автомат испытательного поля. Ровно в 7 ч. утра 29 августа на полигоне в Семипалатинске произошло успешное испытание первой атомной бомбы Советского Союза. Через 20 мин. после взрыва к центру поля были направлены два танка, оборудованные свинцовой защитой, для проведения радиационной разведки и осмотра центра поля.

28 октября 1949 г. Л. П. Берия доложил И. В. Сталину о результатах испытания первой атомной бомбы. За успешную разработку и испытание атомной бомбы Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 октября 1949 г. орденами и медалями СССР была награждена большая группа ведущих исследователей, конструкторов, технологов; многим было присвоено звание лауреатов Сталинской премии, а непосредственным разработчикам ядерного заряда — звание Героя Социалистического Труда.

Лит.: Андрюшин И. А., Чернышёв А. К., Юдин Ю. А. Укрощение ядра: страницы истории ядерного оружия и ядерной инфраструктуры СССР. Саров, 2003; Гончаров Г. А., Рябев Л. Д. О создании первой отечественной бомбы // Атомный проект СССР. Документы и материалы. Кн. 6. М., 2006. С. 33; Губарев Б. Белый архипелаг: несколько малоизвестных страниц из истории создания А-бомбы // Наука и жизнь. 2000. № 3; Ядерные испытания СССР. Саров, 1997. Т. 1.

70 лет назад в СССР прошло первое испытание атомной бомбы — Российская газета

Двадцать девятого августа 1949 года в Семипалатинске после первого испытания изделия РДС-1 - реактивного двигателя "С", созданного в конструкторском бюро N11 в Сарове, в мире был установлен атомный паритет.

До этого атомной бомбой владели только американцы, испытавшие смертельное оружие 16 июля 1945-го на полигоне Аламогордо. Меньше чем через месяц - 6 и 9 августа - они сбросили атомные бомбы на японские города Хиросиму и Нагасаки.

Об истории создания советской атомной бомбы написаны сотни книг. Кажется, тут не избежать азбучных истин и повторений. А вот опровергнуть некоторые мифы можно.

Инфографика "РГ” /Антон Переплетчиков/ Александр Емельяненков

1. Часто возникают споры: как и когда в СССР узнали о начале работ в США и в Великобритании над атомной бомбой.

- Ответ дал мне Герой России, атомный разведчик Владимир Барковский, написавший об этом подробнейшую книгу. К сожалению, абсолютно для нас закрытую. Еще в сентябре 1941-го из Центра по всем резидентурам было разослано указание - срочно сообщать любую информацию, связанную с созданием бомбы.

Первыми, это установлено документально, с разницей в несколько дней из Лондона пришли два сообщения от членов так называемой Кембриджской пятерки. Первое прислал Дональд Маклейн из Форин Офиса. А Джон Кернкросс выкрал полный доклад засекреченного комитета, контролировавшего работу британских атомщиков.

2. В возможность создания бомбы в Москве не поверили и потому особого значения ценнейшим сведениям не придали.

- Еще как поверили. Но было не до атома. 16-18 октября 1941-го судьба Москвы висела на волоске. Надо было спасать столицу и мир. Какие там научные разработки. К созданию атомной бомбы вернулись лишь в 1942-м.

3. Если бы не лейтенант Георгий Флеров, написавший письмо лично Сталину, работы над созданием атомной бомбы начались бы еще позже.

- Молодой техник-лейтенант Флеров, призванный в армию в сентябре 1941-го, был учеником Игоря Курчатова. Георгий Флеров первым обратил внимание на то, что все статьи, хоть как-то связанные с атомными проблемами, вдруг исчезли из зарубежных научных журналов. Будущий академик тотчас написал об этом руководителям советской науки. Но столпы на несколько его писем особого внимания не обратили.

Смельчак обратился с написанным от руки письмом прямо к тов. Сталину. И только тогда начались работы. Не преуменьшая роли будущего академика Флерова, надо признать: ни единого свидетельства того, что письмо дошло до главного в стране адресата, нет.

Но работы начались. Почему? Пришло время. В Великой Отечественной наметился коренной перелом. И, вздохнув, в СССР взялись за создание атомного оружия.

Этот снимок сделан на полигоне в Семипалатинске через две секунды после успешного испытания первой советской атомной бомбы. Фото: РФЯЦ-ВНИИЭФ

4. Сталин остался совершенно спокоен, после того как президент США Трумэн сообщил ему о создании оружия необыкновенной разрушительной силы.

- Это произошло 24 июля 1945-го после одного из заседаний Потсдамской конференции. И Гарри Трумэн, и внимательно вслушивавшийся в разговор между ними премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль, стоявший в пяти ярдах (полутора метрах) от них, были поражены спокойной реакцией генералиссимуса. Тот лишь кивнул головой и заметил, что это оружие хорошо использовать против Японии. И Трумэн, и лиса Черчилль, решили: Сталин ничего не понял, он даже представить не мог, о каком оружии шла речь.

Нет, Сталин-то как раз понял. Советская агентура доложила о работе союзников над атомной бомбой еще осенью 1941-го. Сталин был в курсе всего, с бомбой связанного. А сохранив поразительное спокойствие, сумел убедить союзников в своем полном неведении.

Но вот что было дальше. Вернувшись в свою резиденцию, Иосиф Виссарионович позвонил академику Курчатову. Приказ его был тверд и резок: работу над "изделием" во что бы то ни стало ускорить. Средств не жалеть. Задача, поставленная перед Курчатовым, требует скорейшего решения.

А перед ближним своим окружением Иосиф Виссарионович не раскрылся, позволив Жукову и Ворошилову шутить на тему, что "американцы набивают себе цену". Во всем хорошо разобрался личный переводчик Сталина Владимир Павлов. Но в свои 30 лет он уже прекрасно знал, когда надо хранить полное молчание.

Как писал в своих рукописных воспоминаниях начальник сталинской охраны генерал-лейтенант Власик, спокойствие и выдержка изменили вождю после сообщения о бомбардировке Хиросимы. Вот когда он впал в ярость. Кричал криком, да так, что изо рта, как утверждает Власик, шла пена. Нервы не выдержали: срыв и истерика, мат и охаивание ближайших соратников. Сталинский гнев обрушился на Берию: из разряда особо приближенных тот был исключен. Но только на время.

5. Атомную бомбу создали американские ученые при помощи ведущих физиков-атомщиков западных стран.

- И с этим не поспоришь. Но как тогда относиться к тому, что еще в 1940 году сотрудники Харьковского физико-технологического института подали "заявку на изобретение атомной бомбы и методов наработки урана-235"? Неужели Фридрих Ланге, Виктор Маслов и Владимир Шпинель опередили Оппенгеймера, Эйнштейна, Бора плюс всю могучую плеяду иностранных гениев? Да, они попытались определить технологию изготовления взрывчатого вещества, создать конструкцию бомбы и механизм подрыва. Но как было поверить в реальность проекта в 1940-м? Он настолько опередил время. К тому же схема уранового заряда была разработана неверно. Проекту выразили недоверие.

И все же заявка имеет определенную ценность - скорее историческую. Первая в Советском Союзе конструкция именно атомной бомбы рассматривалась еще за год на начала Великой Отечественной войны.

Еще мгновение назад здесь, на расстоянии 500 метров, стоял наш истребитель Ла-9... Фото: РФЯЦ-ВНИИЭФ

6. В добыче секретов атомной бомбы нам помогали ведущие мировые светила, исповедующие левые взгляды.

- А вот это - совсем неверно. Конечно, в книгах генерала Павла Судоплатова об этом пишется много и с удовольствием. Но, увы, в атомной разведке достижения Павла Анатольевича гораздо скромнее, чем представляется.

Мировые светила настолько прикормлены, так привязаны к своему высочайшему положению и столь боятся потерять его, что на сотрудничество с советской разведкой никогда впрямую не шли. Ограничивались и во время войны похвалами Советскому Союзу, насмерть бьющемуся с общим врагом - фашизмом. Не больше.

Часто пишется, будто огромную помощь в создании бомбы оказал датский физик Нильс Бор. Нобелевский лауреат, почетный член Академии наук СССР, в годы войны он наотрез отказался сотрудничать с нацистами. Но и нам Бор не помог.

Знаменитый советский атомный разведчик Герой России Владимир Барковский подробно рассказывал мне о так называемой миссии Терлецкого. Руководивший атомным проектом Берия требовал от подчиненных проявлять активность. Он и подбросил Судоплатову идею отправить в Копенгаген группу ученых, они же частично разведчики, во главе с физиком Яковом Терлецким. Неплохой специалист, хорошо подготовленный переводчик, а по совместительству (что выяснилось лишь через много лет) и разведчик, он сразу понял, что миссия обречена на провал.

Вопросы готовили по приказу Берии. Их, подавляя внутреннее несогласие, и задавали Бору в Дании. Тот держался дружелюбно, однако отвечал так, словно беседовал с начинающими студентами-физиками. Тщательный перевод, сделанный в Москве, понравился двум людям: Берии и Судоплатову. Они и преподнесли это тов. Сталину как свой огромный успех. По мнению Барковского, прием - типичный бериевский.

Однако ученые высказались по поводу "откровений" Нильса Бора исключительно сдержанно, никакой помощи от него они не дождались.

А вот нашей разведке этот визит запомнился. Бор, занимавший одно из высочайших мест в мировой научной иерархии, отличился не только замкнутой сдержанностью. Быстро сообщил о визите русских в датскую контрразведку, не забыв передать и список вопросов-ответов. Несколько членов миссии Терлецкого оказались засвеченными.

Но Берию не смутило и это. Главное было умело доложить, что он и сделал в победном стиле.

...А вот - что от него осталось. И неудивительно. Ведь мощность бомбы гигантская - более 20 кт. Башня высотой в 37 метров, на которой установили "изделие", была сметена с лица земли, а на ее месте образовалась воронка трехметрового диаметра. А вот знаменитый танк Т-34 и полевая артиллерия, стоявшие в полукилометровом радиусе от центра взрыва, получили легкие повреждения. Все десять автомашин, их установили в километре от эпицентра и далее через каждые 500 метров, сгорели. Специально для испытаний на расстоянии соответственно в километр и полтора километра построили железнодорожный и шоссейный мосты. Они были искорежены, отброшены от своего места метров на 20-30. Стоявшие на мостах железнодорожные вагоны и машины разбросало по полигону на расстоянии 50-80 м. Пушки и танки тоже не подлежали восстановлению. Два жилых трехэтажных дома поблизости от центра построили на расстоянии 20 метров. Оба были полностью разрушены. Как и щитовые и бревенчатые дома в радиусе 5 километров. Да, бомба сработала. Фото: РФЯЦ-ВНИИЭФ

7. Берия держал советских ученых-физиков в страхе, угрожая всяческими карами за невыполнение поставленной задачи.

- Ничего подобного. Лаврентий Павлович, поставленный во главе атомного проекта, акценты расставил сразу. Его первая беседа с лучшими представителями научной интеллигенции поразила никак нежданной доброжелательностью. Он рассказал о задачах, потребовал отдачи от каждого. А вместо угроз сразу же поставил себя на одну доску с подчиненными. Заявил, что проект все равно надо осуществить, и как можно быстрее. Ну, а если уж не удастся, то отвечать нам, обратите внимание на "нам", придется вместе.

Средств, и не только на производство, Берия не жалел. На ученых посыпались блага в виде дополнительных продовольственных пайков, государственных дач и даже новеньких "Побед". Для того времени - щедрость небывалая.

Однажды во время совещания в кабинете Берии с группой ведущих ученых в разгаре развернувшегося теоретического спора кто-то (говорят, академик Капица) вдруг предложил прервать дискуссию и прослушать радиотрансляцию из Англии, где играли московские динамовцы в ставшем знаменитым послевоенном победном турне. Смелость неслыханная. Берия среагировал мгновенно, признавшись, что и сам хотел послушать репортаж Синявского об игре любимой команды, но не решился отвлекать научную элиту. После матча заседание продолжилось.

8. Берия первым сообщил Сталину об успешном испытании в Семипалатинске.

- Совсем нет. Берия действительно дозвонился до ближней дачи Сталина. Тот уже спал, но Берия приказал разбудить Иосифа Виссарионовича. Прокричал радостную новость. И нарвался на равнодушное: "Ты что, Лаврентий, будишь меня по пустякам". Какой там пустяк. Сталинская личная разведка следила за испытаниями прямо в Семипалатинске и сообщила хозяину об успешном взрыве. Сталин же "осадил" Лаврентия. А тот решил, что Сталин, как и четыре года назад в Потсдаме, "не понял".

Инфографика "РГ"/ Леонид Кулешов

9. Наши американские друзья Юлиус и Этель Розенберги были казнены за передачу русским атомных секретов.

- Да, Розенберги были казнены на электрическом стуле за то, чего они никогда не совершали. Об этом не раз подробно рассказывал близкий мне человек - Герой России Александр Феклисов. Это он был на связи с Юлиусом. Только никаких атомных секретов Розенберг нам не раскрыл. Скромный и очень небогатый инженер сотрудничал с советской разведкой не ради денег, а за идею. Передавая Феклисову некоторые образцы обычного вооружения, ни разу не согласился принять от него вознаграждение. А Этель Розенберг к разведке отношения не имела. Феклисов лишь предполагал, что муж, возможно, что-то рассказывал ей о помощи, которую он, коммунист, оказывает Красной Армии в борьбе против Гитлера.

Однако казнь не была чудовищной ошибкой, как теперь признается даже в американских исследованиях. Умерщвление Розенбергов стало местью тех, кто проиграл в борьбе двух мировых разведок.

10. Бесконечен спор о том, чей вклад в создание первой советской атомной бомбы более весомый - разведки или ученых.

- В самом начале 1990-х один из отцов атомной бомбы академик Юлий Борисович Харитон посетил штаб-квартиру Службы внешней разведки в Ясенево. Там он долго беседовал с нашими атомными разведчиками - Владимиром Борисовичем Барковским и Анатолием Антоновичем Яцковым. Сохранилось и фото. С Барковским - героем моих книг и очерков - меня связывали добрые отношения. Владимир Борисович даже показывал место, где и было сделано историческое фото. И Барковский тогда пошутил: "Разошлись мирно - 50 на 50".

Недавно рассекреченный документ: "Тактико-техническое задание на атомную бомбу". Под ним подпись Юлия Харитона. Далее фамилия Павла Зернова - директора конструкторского бюро N11, в котором и создавалось отечественное атомное оружие. Фото: РФЯЦ-ВНИИЭФ

Фото: РФЯЦ-ВНИИЭФ

ПИР-Центр

11 октября 1940 г. Обращение Ф. Рузвельта к У. Черчиллю с предложением о совместном создании атомной бомбы.

19 января 1942 г. Президент США Ф. Рузвельт утверждает программу разработки атомной бомбы

13 июля 1942 г. Начало Манхэттенского проекта по созданию атомной бомбы в США

2 декабря 1942 г. Осуществление первой незатухающей цепной ядерной реакции на реакторе в Чикаго, построенном под руководством Э. Ферми

12 августа 1943 г. Подписание секретного Квебекского соглашения между США и Великобританией о передаче проекта создания ядерного оружия (с участием британских ученых) в США. Стороны взяли обязательства не применять это оружие друг против друга и не применять против третьих стран без  взаимного согласия

16  июля 1945 г. США провели первое испытание (кодовое название Trinity – Троица) атомной (плутониевой) бомбы мощностью в 21 килотонну в районе Аламогордо (штат Нью-Мексико)

6 августа 1945 г. Атомная бомбардировка японского города Хиросима. Бомбардировщик Б-29 «Энола Гей» сбросил 14-килотонную атомную бомбу «Малыш» на Хиросиму».

9 августа 1945 г. Атомная бомбардировка. города Нагасаки. На город сброшена 20-килотонная плотуниевая бомба «Толстяк»

1 августа 1946 г. Вступление в силу Закона Макмагона, запрещающего передачу атомной информации третьим странам, включая Великобританию, а также создание в США Комиссии по атомной энергии

22 мая 1947 г. Успешный пуск первой американской БР «Капрал» (дальность стрельбы- 125 км., мощность боевой части - 31 Кт)

7 января 1948 г. Подписание соглашения между США и Великобританией, которое заменяло Квебекское. В соответствии с ним Великобритания отказывалась от своего права вето на применение американцами атомного оружия

31 января 1951 г. Президент Трумэн отдает приказ о разработке термоядерного оружия

29 ноября 1951 г. Первое подземное ядерное испытание в США

28 февраля 1954 г. Испытание американской водородной бомбы на Маршалловых островах - самый мощный атмосферный взрыв в США (15 Мт).

19 сентября 1958 г. прибытие в Великобританию первой из американских ракет средней дальности «Тор».

01 декабря 1959 г. Подписание в Вашингтоне Договора об Антарктике. На территории Антарктики запрещаются, в частности, любые мероприятия военного характера. Запрещаются любые ядерные взрывы

30 декабря 1959 г. Вступление в строй первой в мире ПЛАРБ «Дж. Вашингтон» в США

28 сентября 1961 г. Успешный пуск первой твердотопливной БР армии США - ОТР «Сержант» (дальность –140 км, мощность ядерного боезаряда 60 и 200 Кт).

4 ноября 1962 г. Последнее в США ядерное испытание в атмосфере

10 апреля 1963 г. Гибель американской АПЛ «Трешер». Погибло 129 человек

10 октября 1963 г. Вступление в силу Договора о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, космическом пространстве и под водой

15 марта 1970 г. Вступление в силу Договора о нераспространении ядерного оружия

30 сентября 1971 г. Подписание в Вашингтоне Соглашения о мерах по уменьшению опасности возникновения ядерной войны между СССР и США и Соглашения между СССР и США о мерах по усовершенствованию линии прямой связи СССР–США.

26 мая 1972 г. Подписание советско-американского Договора об ограничении систем противоракетной обороны (ПРО) и Временного соглашения о некоторых мерах в отношении ограничения стратегических наступательных вооружений (ОСВ-1).

3 октября 1972 г. Вступление в силу Договора ПРО и Временного соглашения ОСВ-1

3 июля 1974 г. Подписание Протокола к Договору между СССР и США об ограничении систем ПРО. В соответствии с Протоколом сокращалось с двух до одного количество разрешенных районов развертывания ПРО для каждой из сторон

01 октября 1977 г. Создание Министерства энергетики США к котрому помимо прочего переходили функции по обслуживанию ядерного оружия Соединенных Штатов

12 декабря 1979 г. Принятие государствами-членами НАТО решения о развертывании с 1983 г. в пяти государствах Западной Европы 572 американских ракет средней дальности

09 декабря 1980 г. Вступление в силу Соглашения о добровольной постановке под гарантии МАГАТЭ мирной ядерной деятельности в США

23 марта 1983 г. Президент США Р. Рейган объявил о начале работ в рамках «Стратегической оборонной инициативы» (СОИ).

27 мая 1986 г. Заявление президента США Р. Рейгана о том, что США больше не будут основывать свои решения относительно структуры стратегических вооружений на Договоре ОСВ-2

1 июня 1988 г. Вступление в силу советско-американского Договора РСМД, согласно которому СССР и США уничтожали свои ракеты средней и меньшей дальности

01 июня 1990 г. Президент США Дж. Буш и Генеральный секретарь ЦК КПСС М. Горбачев подписали Протокол к Договору между СССР и США об ограничении подземных испытаний ядерного оружия от 3 июля 1974 и Протокол к Договору между СССР и США о подземных испытаниях

31 июля 1991 г. Подписание в Москве Договора между СССР и США о сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (Договор СНВ-1)

27 сентября 1991 г. Односторонние инициативы президента США Дж.Буша-старшего в отношении тактического ядерного оружия США

18 декабря 1991 г. Вывод американского ядерного оружия из Южной Кореи (осуществлен без мер контроля)

2 июля 1992 г.  Президент США Дж. Буш объявил, что США завершили вывод тактического ядерного оружия наземного и морского базирования, намеченный односторонней инициативой 27 сентября 1991 г.

23 сентября 1992 г. Последнее подземное ядерное испытание в США

14 января 1994 г.  Принятие Россией и США решения о взаимном ненацеливании стратегических ракет, начиная с 30 мая 1994 г

26 января 1996 г. «Совет и согласие» Сената США на ратификацию Договора между РФ и США о дальнейшем сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений (СНВ-2), который не вступил в силу

2 июля 1997 г. Первый «субкритический» ядерный тест в США

12 июня 1998 г. Подписание США Дополнительного протокола о гарантиях МАГАТЭ (не ратифицирован).

13 октября 1999 г.  Отказ Сената США дать «совет и согласие» на ратификацию Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ).

1 марта 2000 г. Создание в рамках Департамента энергетики (DoE) Национальной администрации по ядерной безопасности, занимающейся ядерным оружием

16 декабря 2000 г.  Подписание Меморандума между США и Россией об уведомлении о ракетных пусках.

13 декабря 2001 г. Заявление президента США Дж. Буша о выходе США через шесть месяцев из Договора по ПРО 1972 года

24 мая 2002 г. Подписание в Москве в ходе встречи президентов России и США Владимира Путина и Дж. Буша Договора между Российской Федерацией и Соединенными Штатами Америки о сокращении стратегических наступательных потенциалов (Договор СНП)

13 июня 2002 г. Прекращение действия Договора по ПРО 1972 г.

01 июня 2003 г. Вступление в силу российско-американского Договора СНП

19 ноября 2004 г. Национальная администрация по ядерной безопасности объявляет о завершении работ по модернизации термоядерных боеголовок W-87 и продлении срока их службы на 30 лет

29 июня 2006 г. Разобрана последняя боеголовка W-56

30 июня 2006 г. Завершена модернизация ядерных бомб B-61

2006 г. Объединенный комитет начальников штабов готовит Национальную военную стратегию противодействия оружию массового уничтожения США

05 апреля 2009 г.  Президент США Барак Обама выступил в Праге с речью, в которой заявил о готовности работать для достижения мира без ядерного оружия

07 апреля 2010 г. Принятие администрацией Барака Обамы новой ядерной доктрины США (Nuclear Posture Review)

13 апреля 2010  г. Подписание российско-американского Договора о дальнейшем сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений, предусматривающего сокращение боезарядов до 1550 и развернутых стратегических носителей до 700

Май 2010 г. Президент США утверждает Стратегию национальной безопасности Соединенных Штатов

5 февраля 2011 г. Договор о дальнейшем сокращении и ограничении стратегических наступательных вооружений вступил в силу

8 февраля 2011 г. Объединенный комитет начальников штабов готовит Национальную военную стратегию Соединенных Штатов Америки

22 марта 2011 г. Начало обмена информацией между США и Россией в рамках нового СНВ

8 февраля 2012 г. США и Россия подписывают соглашения об обмене телеметрической информацией при запусках МБР и БРПЛ 

Июнь 2013 г. Президент США отдал руководящие указания, а министр обороны от имени президента представил Конгрессу доклад по стратегии применения ядерного оружия Соединенными Штатами Америки.  
Во-первых, США могут безопасно для себя сократить свой засчитываемый по договору от 2010 года развернутый стратегический боезапас на треть по сравнению с предусмотренным этим договором уровнем в 1550 засчитываемых развернутых стратегических ЯБЗ.
Во-вторых, США должны иметь готовым широкий диапазон вариантов эффективного реагирования для сдерживания потенциальных региональных угроз. 

19 июня 2013 г. Президент Барак Обама в Берлине призвал США и Россию произвести дополнительные сокращения арсеналов  ядерного оружия 

14 июня 2013 г. Россия и США заключили новое рамочное соглашение о нераспространении оружия массового поражения.  Соглашение позволяет США и России вместе работать по нескольким направлениям нераспространения атомного оружия, включая защиту, контроль и учёт атомных материалов

70 лет назад в СССР впервые прошли испытания атомной бомбы

29 августа — особая дата в истории Семипалатинского ядерного полигона. В этот день 70 лет назад, в 1949 году, здесь состоялось первое в истории СССР испытание атомной бомбы. А спустя сорок два года в этот же день полигон был официально закрыт.

В «ядерную гонку вооружений» Советский Союз вступил в 1946 году: именно тогда учёный Юлий Харитон подготовил тактико-техническое задание для проектировки первой советской атомной бомбы. В том же году с этой целью был создан Центр по разработке и созданию атомного оружия (КБ-11).

Место для ядерного полигона выбирали тщательно, в итоге комиссия признала пригодным для этой цели участок пустынной степи в Казахстане, откуда до ближайшего населённого пункта было больше 100 километров. Полигон получил название по ближайшему городу — Семипалатинску. Тем не менее, при создании полигона властям пришлось переселить 138 человек из села Малдары.

 

Строительство полигона началось в 1947 году, в нём участвовало порядка 15 тысяч строителей. Через два года полигон был готов к испытаниям. И вот, 29 августа 1949 года в центре опытного поля радиусом 10 км была подорвана первая советская плутониевая бомба РДС-1 мощностью более 20 килотонн. В сущности, заряд представлял собой аналог той бомбы, которую в 1945 году американцы сбросили на Хиросиму.

Испытания были признаны успешными. Все участники этого проекта было отмечено государственными наградами. Куратор проекта Лаврентий Берия был награждён орденом Ленина. Руководителю ядерной программы Игорю Курчатову и учёным Юлию Харитону, Георгию Флёрову, Виталию Хлопину, Кириллу Щёлкину, Якову Зельдович, Андрею Бочвару и Николаусу Риль присвоили звание Героев Социалистического труда. Все они были удостоены Сталинских премий и получили дачи под Москвой и новые автомобили.

С того времени на Семипалатинском полигоне регулярно проводились испытания различных видов атомного оружия. Так, в 1951 году здесь «дебютировала» урановая бомба, в 1953 году — водородная бомба, в 1955 году — термоядерная бомба мощностью 1,5 мегатонн тринитротолуола.

Наземные взрывы на полигоне проводились до 1962 года, а затем были перенесены на подземные площадки. Последний взрыв на территории полигона был произведен 19 октября 1989 года. Всего на Семипалатинском полигоне было произведено 468 ядерных взрывов и ещё 175 — с применением химических взрывчатых веществ.

Объект был закрыт вскоре после развала Союза: 29 августа 1991 года президент Казахстана Нурсултан Назарбаев подписал указ о закрытии Семипалатинского полигона.

В 1993 году Казахстан совместно с США начал разработку проекта по уничтожению инфраструктуры полигона. А в 1995 году российские учёные выполнили уникальную миссию: ликвидацию ядерного устройства, которое было заложено в одной из штолен подземной испытательной площадки ещё до закрытия полигона. Окончательно инфраструктура полигона была уничтожена к лету 2000 года.

советских испытаний | Американский опыт | Официальный сайт

Гонка за супербомбой | Статья

Советские испытания

Первые советские испытания

Советский Союз взорвал свою первую атомную бомбу, известную на Западе как Джо-1, 29 августа 1949 года на Семипалатинском полигоне в Казахстане.

Советы назвали свое первое атомное испытание «Первой молнией». Поезд, извергающий черный дым, доставил компоненты бомбы за 2000 миль от Арзамаса, оружейной лаборатории в России, на полигон в Семипалатинске в Казахстане.Как и американцы, Советы построили башню, на которой можно было испытать свое оружие. Они собрали устройство в соседнем бетонном зале, по всей длине которого ехали железнодорожные вагоны. Компоненты бомбы приходили в один конец, а законченное устройство выкатывали из другого конца и поднимали на вершину башни.

Советы хотели узнать о последствиях применения ядерного оружия. Поэтому в дополнение к приборам, которые измеряли бы размер ударной волны и интенсивность излучения, они построили деревянные и кирпичные дома, мосты, туннели и водонапорные башни в непосредственной близости от башни.Они также поместили рядом животных в клетках, чтобы они могли изучить влияние ядерной радиации.

Игорь Курчатов, научный руководитель советской программы создания ядерной бомбы, отвечавший за испытания, прибыл на место в мае 1949 года. За несколько недель до взрыва он организовал две репетиции, чтобы все точно знали, что делать. в день съемки. В середине августа прибыл председатель спецкомитета по атомной бомбе Лаврентий Берия. Он наблюдал за монтажными работами и доложил советскому лидеру Иосифу Сталину.

В 2 часа ночи 29 августа 1949 г. собранную бомбу откатили к башне. Взрыв был назначен на 6 часов утра. Курчатов и несколько других ученых собрались на командном пункте с Берией и его окружением. Они оставили дверь открытой, чтобы посмотреть, как раздается взрыв. Они знали, что у них будет время закрыть дверь, потому что ударная волна достигнет их за 30 секунд. Курчатов отдал приказ на взрыв.

Наблюдатель с северного поста примерно в девяти милях от взрыва имел один из лучших видов: «На вершине башни вспыхнул невыносимо яркий свет.На мгновение он потускнел, а затем с новой силой начал быстро расти. Белый огненный шар охватил башню и мастерскую и, стремительно расширяясь, меняя цвет, устремился вверх. Взрывная волна у основания, захлестнув на своем пути строения, каменные дома, машины, прокатилась волной из центра, смешивая камни, бревна, куски металла и пыль в одну хаотичную массу. Огненный шар, поднимаясь и вращаясь, стал оранжевым, красным. Затем появились темные полосы. За ним, как в воронку, втягивались потоки пыли, обломки кирпича и доски.«

Облегчение и эйфория в комнате были невыносимыми. Курчатов закричал: «Работает! Работает!» А Юлий Харитон, научный руководитель Арзамаса, вспоминает, как Берия обнимал его. Все ученые знали, что их личная судьба зависит от успеха бомбы. Один из них позже сказал, что если бы это не удалось, всех бы расстреляли. Но помимо того, что они были благодарны за свою жизнь, многие ученые чувствовали, что они внесли свой вклад в безопасность Советского Союза. Позже Харитон сказал: «Когда нам удалось решить эту проблему, мы почувствовали облегчение, даже счастье, потому что, обладая таким оружием, мы исключили возможность его безнаказанного применения против СССР.«

Радость Берии на время рассеялась, когда его подозрения взяли верх. Он позвонил наблюдателю на северном посту, который также был свидетелем американского испытания в 1946 году. «Это то же самое, что и американское?» Берия хотел знать. «Это так», - заверил его наблюдатель. Фактически, мощность бомбы составляла 20 килотонн, то есть она была примерно такого же размера, как и Trinity, первое атомное испытание в США.

Два месяца спустя ученые, ответственные за разработку бомбы, получили награды за свою роль в проекте.Как гласит история, Берия принял простое правило, решая, кто какой приз должен получить. Те, кого расстреляли бы, если бы бомба не удалась, стали Героями Социалистического Труда; те, кто попал в тюрьму, были награждены менее престижной наградой - орденом Ленина.

Тест "Слоеный"

20 августа 1953 года советская пресса сообщила, что СССР испытал водородную бомбу. За восемь дней до этого в Казахстане взрывное устройство «Джо-4» провело испытания советской разработки «слоеного пирога».Технология бомбы получила свое название из-за чередования слоев термоядерного топлива, состоящего из дейтерида лития-6 с тритием, и тампера термоядерного урана. Результаты взрыва показали, что устройство больше похоже на мощную бомбу деления, чем на настоящую водородную бомбу. Взрыв в результате испытания дал эквивалент 400 килотонн в тротиловом эквиваленте, что в 30 раз больше, чем атомная бомба, сброшенная на Хиросиму. Кроме того, он был достаточно мал, чтобы поместиться в самолет, и поэтому, в отличие от американского термоядерного устройства «Майк», испытанного годом ранее, он не имел ограничений и легко мог быть превращен в поставляемое оружие.

Первые советские исследования водородной бомбы следовали пути, по которому шли американские ученые. Работу проводила группа в Ленинграде под руководством Якова Зельдовича, получившая доступ к информации, предоставленной атомным шпионом Клаусом Фуксом. Это включало подробное описание «классической супер» конструкции, первоначальной идеи физика Эдварда Теллера о супер-бомбе. Команда Зельдовича начала расчеты на основе этой информации. Но в 1948 году Игорь Курчатов, директор советской ядерной программы, создал вторую группу для исследования возможности создания водородной бомбы.Его задачей было проверить расчеты группы Зельдовича.

Андрей Сахаров был членом этой второй команды. Вскоре он придумал новую инновационную схему. Он предложил проект «слоеный пирог», который будет состоять из чередующихся слоев водородного топлива и урана. Взрывчатые вещества, окружающие «слоеный пирог», будут использоваться для взрыва и зажигания атомной бомбы в центре устройства. Атомный взрыв нагреет и сожмет водородное топливо в достаточной степени, чтобы вызвать реакцию термоядерного синтеза.Реакция синтеза в водороде приведет к испусканию нейтронов высокой энергии, которые, в свою очередь, вызовут дальнейшее деление урана.

Другой талантливый молодой физик Виталий Гинзбург придумал то, что Сахаров назвал «Второй идеей». Первоначально Сахаров предположил, что водородное топливо должно состоять из смеси дейтерия и трития, оба из которых являются изотопами водорода. Гинзбург предложил вместо этого использовать дейтерид лития, соединение лития и дейтерия, которое имеет то преимущество, что при комнатной температуре остается твердым веществом.Кроме того, во время взрыва он будет производить тритий. Курчатов сразу понял, что идея Гинзбурга была прорывом, и организовал производство дейтерида лития в промышленных масштабах.

Первое испытание слоеного пирога состоялось 12 августа 1953 года. За четыре дня до этого один из советских лидеров Георгий Маленков объявил Верховному Совету, что США больше не имеют монополии на водородное оружие. Речь по радио услышали уже находившиеся на полигоне ученые.А в своих мемуарах Сахаров отмечал, что заявление Маленкова «подняло бы напряжение, если бы мы еще не были настроены на максимум».

Всего за несколько дней до взрыва ученые осознали, что выпадение осадков от взрыва может серьезно повредить людям, живущим в окрестностях. В последний момент военачальник организовал эвакуацию; некоторые из тех, кто был выселен из своих домов, не могли вернуться в течение 18 месяцев.

Курчатов руководил испытанием и дал команду на обратный отсчет.Свидетель дал такой отчет о взрыве: «Земля дрожала под нами, и наши лица были поражены, как удары плети, глухим сильным звуком раскатывающегося взрыва. От толчка ударной волны было трудно стоять на ногах. Облако пыли поднялось на высоту восьми километров (пяти миль). Верхушка атомного гриба достигала высоты двенадцати километров (семи с половиной миль), в то время как диаметр пыли Столб облаков составлял приблизительно шесть километров (почти четыре мили).Для тех, кто наблюдал взрыв с запада, день сменился ночью ».

Двухэтапное испытание советского оружия

Весной 1954 года, через три года после того, как американские ученые Эдвард Теллер и Станислав Улам придумали решение для создания супербомбы, их советские коллеги натолкнулись на ту же идею: радиационный взрыв. По словам физика Андрея Сахарова, ответ придумали одновременно несколько ученых. И все они признали, что это был способ создать оружие практически неограниченной взрывной силы.Практически сразу же команда отказалась от дизайна Сахарова «Слоеный торт», над которым работали несколько лет.

Испытания новой конструкции были назначены на 20 ноября 1955 года. К началу октября устройство было загружено на военный поезд и отправлено за 2000 миль от оружейной лаборатории в России до испытательного полигона в Казахстане. Чтобы свести к минимуму выпадение осадков от взрыва, бомба должна была быть сброшена с самолета и взорвана на высоте, достаточной для предотвращения попадания пыли в радиоактивное облако.Чтобы снизить риск возгорания бомбардировщика от тепла взрыва, он был окрашен белой светоотражающей краской.

Первая попытка выполнить задание была прервана в самый последний момент. Самолет уже взлетел со смертоносным грузом. Когда он приблизился к эпицентру, низкое облако неожиданно закрыло обзор испытательного полигона для экипажа. Игорь Курчатов, научный руководитель советской ядерной программы, отменил испытания. Аэродром покрылся льдом, когда бомбардировщик находился в воздухе, и Курчатов опасался, что в результате крушения бомба может взорваться.Сахаров был отправлен на командный пункт, где письменно заявил, что случайный взрыв устройства крайне маловероятен. Взлетно-посадочная полоса была очищена, и самолет благополучно приземлился.

Испытание было проведено через два дня. Сахаров наблюдал за взрывом с поста примерно в 45 милях от него. Он описал это в своих воспоминаниях. «Я видел, как ослепляющая желто-белая сфера стремительно расширялась, за доли секунды становилась оранжевой, затем становилась ярко-красной и касалась горизонта, сглаживаясь у его основания ... Ударные волны пересекали небо, испуская спорадические молочно-белые конусы и добавляем к изображению гриба.Я почувствовал жар от открытой печи на лице - и это было в морозную погоду, в десятках миль от нуля ».

После успешного испытания известие о двух несчастных случаях сразу же охладило буйное настроение ученых. В результате взрыва рухнула траншея, в результате чего погиб молодой солдат. А в соседнем городе погибла двухлетняя девочка, когда ударная волна разрушила рудиментарное бомбоубежище. Увидев невероятные разрушения, вызванные взрывом, и услышав о двух погибших, Сахаров глубже задумался о своей ответственности за создание оружия массового уничтожения, чем когда-либо прежде.«Я испытал ряд противоречивых чувств, главным из которых, возможно, был страх, что эта недавно высвободившаяся сила может выскользнуть из-под контроля и привести к невообразимым катастрофам».

Инцидент на банкете по случаю этого события усилил его дурные предчувствия. Сахаров произнес первый тост. В своих мемуарах он вспоминает, как сказал: «Пусть все наши устройства взорвутся так же успешно, как сегодня, но всегда над полигонами, а не над городами». Военный руководитель испытаний маршал Митрофан Неделин ответил шуткой, в которой подверг сомнению роль ученых в Советском Союзе.

Суть рассказа Неделина была ясна Сахарову. Задача ученых заключалась в создании оружия, а не в том, чтобы решать, как его использовать; это было на усмотрение партийных руководителей и военного начальства. Спустя более 20 лет он написал: «Конечно, я уже знал это - я не был таким наивным. Но абстрактное понимание чего-то отличается от ощущения этого всем своим существом, например, реальности жизни и смерти. Идеи и эмоции, вспыхнувшие в тот момент, не уменьшились по сей день и полностью изменили мое мышление.«

Советы взорвали атомную бомбу - ИСТОРИЯ

На удаленном полигоне в Семипалатинске в Казахстане СССР успешно взорвал свою первую атомную бомбу под кодовым названием «Первая молния». Чтобы измерить последствия взрыва, советские ученые построили здания, мосты и другие гражданские сооружения в непосредственной близости от бомбы. Они также поместили животных в клетки поблизости, чтобы они могли проверить действие ядерной радиации на человекоподобных млекопитающих. Атомный взрыв мощностью 20 килотонн примерно равнялся «Троице», первому U.С. атомный взрыв, разрушил эти сооружения и сожгли животных.

3 сентября американский самолет-шпион, летевший у берегов Сибири, обнаружил первые свидетельства радиоактивности взрыва. Позже в том же месяце президент Гарри С. Трумэн объявил американскому народу, что у Советов тоже есть бомба. Три месяца спустя Клаус Фукс, физик немецкого происхождения, который помог Соединенным Штатам создать свои первые атомные бомбы, был арестован за передачу ядерных секретов Советскому Союзу.Находясь в штаб-квартире США по атомным разработкам во время Второй мировой войны, Фукс предоставил Советам точную информацию об атомной программе США, включая план атомной бомбы «Толстяк», которая позже была сброшена на Японию, и все, что ученые Лос-Аламоса знали об этой атомной программе. гипотетическая водородная бомба. Разоблачение шпионажа Фукса в сочетании с потерей атомного превосходства США побудило президента Трумэна разработать водородную бомбу - оружие, которое, согласно теории, в сотни раз мощнее атомных бомб, сброшенных на Японию.

1 ноября 1952 года Соединенные Штаты успешно взорвали первую в мире водородную бомбу «Майк» на атолле Элугелаб на Маршалловых островах в Тихом океане. Термоядерное устройство мощностью 10,4 мегатонн мгновенно испарило весь остров и оставило после себя кратер шириной более мили. Три года спустя, 22 ноября 1955 года, Советский Союз взорвал свою первую водородную бомбу по тому же принципу радиационного взрыва. Обе сверхдержавы теперь обладали так называемой «супербомбой», и мир впервые в истории оказался под угрозой термоядерной войны.

29 августа 1949: Первое советское атомное испытание оглушило Запад

Джо-1, американское прозвище первого советского атомного испытания, относилось к Иосифу Сталину. *
Изображение: Предоставлено Степановой * 1949: Советский Союз взрывает свое первое ядерное оружие на своем испытательном полигоне в степи Казахстана. Многие историки считают это испытание началом гонки ядерных вооружений.

Известное как «Первая молния» для русских и «Джо-1» (дерзкая ссылка на Иосифа Сталина) для американцев, это оружие было примерно равно мощности атомной бомбы, которую Соединенные Штаты сбросили на Нагасаки четыре года назад. ранее.Успешное советское испытание стало для Запада глубоким шоком. Американская разведка полагала, что Советскому Союзу оставалось как минимум несколько лет до того, как он сможет взорвать ядерное устройство.

Этот прогресс был ускорен, отчасти благодаря физику Клаусу Фуксу и другим ученым, входившим в эффективную советскую шпионскую сеть в рамках ядерной программы США. Фукс, немецкий эмигрант, который стал британским подданным до того, как присоединился к Манхэттенскому проекту в 1943 году, передавал в Москву британские и американские ядерные секреты со времени немецкого вторжения в СССР в 1941 году, полагая, что Советы имели право знать, кто их союзники. вплоть до.

Масштабы советского вторжения в ядерную программу своего соперника не были полностью оценены до января 1950 года, когда Фукс под длительным допросом британской разведки, наконец, сломался. Его признание в МИ5 также касалось Гарри Голда, натурализованного американца, который позже признался, что действовал в качестве советского курьера от имени Фукса. Позже Голд станет ключевым свидетелем в суде над Юлиусом и Этель Розенберг.

Некоторые советские ученые-ядерщики долгое время преуменьшали ценность информации Фукса, утверждая, что причиной U.С.С.Р. отставать в начале. Фактически, советские ядерные исследования, даже без помощи так называемых атомных шпионов, уже были продвинуты.

Какими бы ни были причины, они долго не отставали. После взрыва Джо-1 в 1949 году Советы сопоставили успешное испытание водородной бомбы в США с их собственной версией в 1953 году, а затем более чем поспешили за этим, поскольку обе страны начали массовое производство этого оружия. К середине 1970-х годов советский арсенал превзошел запасы США. Даже с последующими договорами об ограничении вооружений и распадом Советского Союза Россия в 2007 году по-прежнему сохраняет крупнейший в мире ядерный арсенал.

(Источник: Различный)

23 февраля 1941 г .: на шаг ближе

Гриб отмечает ядерный ужас

Обнаружение первого советского ядерного испытания, сентябрь 1949 г.

Вашингтон, округ Колумбия, 9 сентября 2019 г. - Семьдесят лет назад, 9 сентября 1949 года, директор Центрального разведывательного управления адмирал Роско Хилленкеттер вручил президенту Гарри Трумэну тщательно сформулированный отчет об «аномальном радиоактивном загрязнении» в северной части Тихого океана, которое значительно превышает нормальные уровни в атмосфере.Хотя причина неясна, первая гипотеза DCI была «атомный взрыв на азиатском континенте». Это оказалось точным - это было первое советское испытание ядерного устройства.

Успех Москвы в создании ядерной бомбы стал грандиозным событием, вызвавшим еще большую тревогу для американских стратегов, поскольку он произошел на один-четыре года раньше, чем ожидали аналитики. Белый дом решил упредить возможный триумфализм Кремля, объявив об этом открытии миру 23 сентября 1949 года, и этот шаг, очевидно, стал шоком для Советов, которые понятия не имели о U.С. имел возможность изолировать и идентифицировать признаки ядерного взрыва.

Записка Хилленкеттера, никогда ранее не публиковавшаяся, лежит в основе новой публикации, опубликованной сегодня Архивом национальной безопасности, предлагающей ранее засекреченную информацию и контекст, окружающий открытие в США знакового советского испытания. Документы являются обновлением более ранней компиляции архива и посвящены состоянию разведки США о советской ядерной программе до и после испытания. Они помогают ответить на нерешенные вопросы о неожиданных способностях У.S. технологии обнаружения ядерного оружия, но также и о тревожной неспособности более точно предсказать советский атомный прорыв.

_____________________________________________

Семьдесят лет назад, 9 сентября 1949 года, директор Центрального разведывательного управления адмирал Роско Хилленкеттер вручил президенту Гарри Трумэну отчет о том, что «образцы воздушных масс», собранные в северной части Тихого океана, содержат доказательства «аномального радиоактивного загрязнения». Согласно отчету, впервые опубликованному сегодня Архивом национальной безопасности, разведывательное сообщество не было уверено, было ли заражение свидетельством советского ядерного испытания, ядерной аварии или чего-то еще, но к 21 сентября оно сообщило Трумэну, что Советский Союз устроил ядерное испытание.Два дня спустя, 23 сентября 1949 года, , Трумэн попал в заголовки газет с заявлением о том, что Советский Союз испытал ядерное устройство несколькими неделями ранее.

Белый дом не объяснил, как Соединенные Штаты обнаружили испытание, которое произошло 29 августа 1949 года в Семипалатинске на северо-востоке Казахстана. Обнаружение стало возможным благодаря тому, что самолет Air Weather Service, контролируемый секретной организацией ВВС США, Air Force Office of Atomic Energy / 1 [AFOAT / 1], собрал радиологический мусор, образовавшийся в результате испытания, и это подтвердил подрядчик ВВС что материал был получен в результате атомного испытания.

Сегодняшняя публикация об обнаружении «Джо I», как ее окрестили аналитики американской разведки, представляет собой обновленную публикацию в архиве национальной безопасности, опубликованную десять лет назад [1]. Этот пост основан на ранее не публиковавшихся рассекреченных материалах, в которых документировано, как ВВС США и другие организации сотрудничали в обнаружении ядерного события, которого аналитики разведки не ожидали еще год или дольше. Это обновление включает недавно рассекреченную информацию о разведывательной картине до и после Джо 1, в том числе:

  • Отчет разведки от 1948 года о производстве в Восточной Германии металлического кальция такой высокой чистоты, что аналитики разведки полагали «вне всякого сомнения», что он «предназначен для проекта в области атомной энергии.«Металлический кальций помог произвести топливо уранового реактора, из которого был получен плутоний для первой московской бомбы.
  • Меморандум Госдепартамента от июля 1949 года, сообщающий о существовании «свидетельств, указывающих на то, что в СССР был построен завод по извлечению химического вещества [с] признаками завода по извлечению плутония», но никаких свидетельств наличия ядерного реактора.
  • Отчет ЦРУ от 1957 года о роли немецких ученых на советском заводе, производившем металлический уран (используемый в качестве реакторного топлива) достаточной чистоты, чтобы они «могли опередить советскую программу по атомной энергии примерно на 6 месяцев.”

В поисках Джо 1

Объявление Белого дома от 23 сентября могло ошеломить Сталина и Советское Политбюро; они не знали, что у США есть система наблюдения, предназначенная для обнаружения явных признаков ядерной деятельности, и они не хотели давать Вашингтону стимул для ускорения своей собственной ядерной деятельности [2]. Советское испытание также потрясло аналитиков американской разведки, которые считали, что у Москвы вряд ли будет бомба до середины 1953 года, хотя они считали середину 1950 года вероятной.Через несколько недель после испытания директор ЦРУ Роско Хилленкуттер заявил, что «я не думаю, что мы были застигнуты врасплох» из-за ошибки всего «несколько месяцев», но не все его наблюдатели в Конгрессе с этим согласились.

Как администрация Трумэна открыла секрет Москвы? Почему американская разведка так ошиблась?

Через несколько дней после советских испытаний, 3 сентября 1949 года, WB-29 [«W» для метеорологической разведки], эксплуатируемый метеорологической службой ВВС США, совершил обычный рейс с базы ВВС Мисава (Япония) на базу ВВС Эйлсон. (Аляска) от имени секретного Управления по атомной энергии-1 ВВС [AFOAT-1] [позже переименовано в Центр технических приложений ВВС, или AFTAC].Самолет нес специальные фильтры, предназначенные для улавливания радиологического мусора, который неизбежно возникнет в результате атмосферного атомного испытания. Пока ни один из полетов в северной части Тихого океана не обнаружил таких обломков, но после того, как этот полет вернулся в Эйлсон и огромный счетчик Гейгера проверил фильтры, техники обнаружили радиоактивные следы. Это было 112-е предупреждение системы обнаружения атомной энергии (предыдущие 111 были вызваны естественными явлениями, такими как землетрясения).

После сложной цепочки событий, включающих дополнительные полеты для сбора дополнительных проб воздуха, консультации между У.S. государственных ученых, консультантов и подрядчиков, включая радиологический анализ, проведенный подрядчиком AFOAT / 1, Tracerlab, и консультации с британским правительством, американское разведывательное сообщество пришло к выводу, что Москва действительно провела ядерное испытание. Данные испытаний получили кодовое название «Вермонт». 23 сентября 1949 года Белый дом объявил, что «у нас есть доказательства того, что в последние недели в СССР произошел атомный взрыв» [3]

То, что у правительства США была система обнаружения зарубежной ядерной деятельности, было глубоким секретом.Во время и после Второй мировой войны возможность обнаружения радиоактивных частиц и выбросов (а также сейсмических и акустических сигналов) стала предметом длительных научно-исследовательских и опытно-конструкторских работ, включая сбор радиоактивных образцов из атомных испытаний в США. В сентябре 1947 года начальник штаба армии Дуайт Д. Эйзенхауэр поручил военно-воздушным силам, которые еще не были независимой службой, создать систему обнаружения атомной энергии (AEDS). Позже в том же году ВВС создали то, что позже стало известно как AFOAT-1, и взяли на себя ответственность за программу наблюдения.AFOAT / 1 начал управлять «Промежуточной исследовательской сетью наблюдения», которая функционировала к весне 1949 года. Более комплексной системы наблюдения, объединяющей радиохимические, сейсмические, акустические и другие методы, еще не было. [4]

Комиссар по атомной энергии Льюис Штраус искал возможности обнаружения, чтобы избежать «атомного Перл-Харбора», но аналитики американской разведки не считали советское испытание вероятным в ближайшем будущем. Таким образом, оценки за годы до Джо-1 прогнозировали середину 1953 года как «наиболее вероятную дату», хотя допускали, что середина 1950 года также была возможной.Никто в американской разведке не понимал, насколько быстро Советы продвигались вперед, или что разведданные, собранные советскими шпионами в США и Великобритании, спасут Москву на год или два на создание собственной бомбы [5].

Жесткие меры безопасности в Советском Союзе затрудняли получение точных оценок, но британская и американская разведка собрала информацию, последствия которой не были полностью учтены аналитиками. производство металлического урана, используемого в качестве топлива для советских реакторов.Очевидно, никто в разведывательном истеблишменте не спрашивал, почему производится так много металлического кальция, хотя его уровни предполагали, что Советы могли производить значительные количества реакторного топлива. [6] Одно из основных аналитических подразделений, Управление исследований и оценок ЦРУ (ORE), было настолько оторвано от научной разведки, что через несколько недель после обнаружения советского теста и за три дня до объявления Белого дома оно выпустило документ, в котором повторялась оценка середины -1953 "как наиболее вероятная дата."[7]

Объявление для США

После того, как старшие научные консультанты подтвердили выводы AFOAT / 1, объявление США ни в коем случае не было автоматическим. Президент Трумэн не был полностью убежден в том, что испытание состоялось, и высшие должностные лица обсуждали, следует ли объявлять, при этом некоторые (председатель AEC Дэвид Лилиенталь) утверждали, что общественность имеет право знать, в то время как другие (госсекретарь Ачесон) были более неохотно. Более того, ожидалось еще одно важное объявление - девальвация британского фунта, и Трумэн считал, что два потрясения - это слишком много.Тем не менее, он опасался утечки информации (сотни официальных лиц правительства США уже были в курсе) и пришел к выводу, что официальное заявление США лучше, чем советское. [8]

После того, как пресс-секретарь Трумэна передал объявление, сделанное на мимеографе, никакой дополнительной информации об открытии не поступало, даже о предполагаемой дате испытания. Правительство США держало детали в секрете, хотя это не остановило информированных спекуляций журналистов и ученых о том, как был обнаружен тест, при этом некоторые правильно сделали вывод, что U.С. воспользовался рентгенологическим анализом. Сенатор Эдвин Джонсон (D-CO) непреднамеренно дал важную улику, когда во время телеинтервью он сказал, что советская бомба содержит «плутоний», что указывает на то, что Соединенные Штаты приобрели следы устройства, которые они могли проанализировать. [9]

Потребовались годы, прежде чем более полная история стала общедоступной. Дойл Нортрап, один из ведущих сотрудников AFOAT-1 / AFTAC, написал несколько рассказов, которые в конечном итоге были рассекречены (с исключениями).Однако только в 1990-х годах два антрополога из Университета Брандейса, Чарльз А. Циглер и Дэвид Якобсон, собрали рассекреченную архивную запись по кусочкам, чтобы составить авторитетный и законченный отчет о ранней истории AFOAT-1 и обнаружении Джо. -1: Шпионаж без шпионов: происхождение американской секретной системы наблюдения за ядерной разведкой (Praeger, 1995). [10]

Последствия

Обнаружение того, что Соединенные Штаты утратили свою ядерную монополию, вызвало тревогу по поводу отставания от Москвы и решимость оставаться впереди.Среди мер, которые усилили нарастающую ядерную конкуренцию, были решение Трумэна одобрить предложение Объединенного комитета начальников штабов о расширении производства расщепляющихся материалов и его решение 31 января санкционировать программу термоядерного оружия. Более того, советское испытание дало толчок к выпуску крупного политического доклада NSC 68 (14 апреля 1950 г.), призывающего к огромным военным расходам, чтобы компенсировать политическое и военное воздействие сталинской бомбы. [11]

Сталин мог надеяться, что секретность сможет предотвратить появление таких U.С. реакции или даже война. Действительно, когда 25 сентября Советы сделали встречное заявление, они не признали испытания оружия, заявив (абсурдно), что США, должно быть, обнаружили «взрывы», вызванные строительными работами. Москва также пыталась ослабить превентивные меры США, заявив, что они владеют бомбой с 1947 года. В любом случае вступление Советского Союза в ядерный клуб могло иметь прямое воздействие совершенно неожиданного характера - воодушевление Сталина на поддержку План Ким Ир Сена о северокорейском вторжении на юг.Как выразился Евгений Баджанов, когда Сталин одобрил предложение Кима, он был «более уверен в силе коммунистического блока» [12]

.

Несмотря на все существенные рассекречивания, полное представление о роли американской разведки в событиях сентября 1949 года пока невозможно. Роль AFOAT / 1 в обнаружении теста хорошо задокументирована, но необходимо больше узнать о роли ЦРУ, которое сыграло центральную роль в координации разведывательной информации о тесте.Более того, отчеты, которые носили характер вскрытия сбои разведывательных данных, остаются в основном недоступными, например, отчеты Управления научной разведки, по которым были рассекречены только выводы. Более того, в ответ на запрос архива национальной безопасности ЦРУ недавно отказало в предоставлении неуказанного количества документов, касающихся обнаружения Джо I.

Прочитать документы

Советская программа создания водородных бомб | Фонд «Атомное наследие»

Успешное испытание РДС-1 в августе 1949 года вдохновило Советское правительство на разработку крупной высокоприоритетной программы по созданию водородной бомбы.Советский Союз, который получил информацию от Клауса Фукса относительно американской программы водородной бомбы в конце 1940-х годов, знал, что термоядерное оружие теоретически возможно. Они также знали, что водородная бомба должна быть разработана, чтобы противостоять предполагаемой «американской угрозе» за рубежом.

Разработкой термоядерного оружия руководил советский физик Андрей Сахаров, которого многие считают «отцом советской водородной бомбы». Сахаров был автором нескольких ключевых идей, которые способствовали советскому термоядерному дизайну, и его исследования сыграли ключевую роль в процессе разработки.

RDS-6 (Джо-4)

Чуть менее чем через год после того, как Соединенные Штаты испытали свое первое термоядерное устройство с Майком Шотом 1 ноября 1952 года, Советы испытали свою собственную термоядерную бомбу. 8 августа 1953 года советский премьер Георгий Маленков объявил, что Соединенные Штаты больше не имеют монополии на водородную бомбу. Четыре дня спустя, 12 августа 1953 года, состоялось испытание РДС-6с, первого испытания советского термоядерного устройства.

Испытание, получившее название «Джо-4» (это был четвертый советский ядерный взрыв, о происшествии которого объявили США), состоялось на Семипалатинском полигоне и дало около 400 килотонн в тротиловом эквиваленте.Взрыв произошел на башне; Целью этого было снижение опасности выпадения осадков, которые могут возникнуть в результате взрыва. Испытание испарило стальную башню и оставило на ее месте массивную воронку. Область вокруг кратера была покрыта «желтым комковатым стеклом», которое становилось тоньше от эпицентра.

Группа экспертов США во главе с Хансом Бете провела оценку радиоактивного материала, собранного после испытания, и заявила, что он не представляет собой «настоящую» водородную бомбу, заключив, что реакции синтеза в устройстве являются причиной не более 20% его мощность.Хотя «Джо-4» показал значительно меньшую мощность, чем «Майк Шот» или «Браво» в американской серии термоядерных испытаний, Советы утверждали, что это оружие было готово к немедленному использованию и могло быть доставлено бомбардировщиком. 22 ноября 1955 года Советы взорвали свою первую водородную бомбу мегатонного диапазона, РДС-37. Как отмечает историк Алекс Веллерстайн, Сахаров назвал это испытание в своих мемуарах поворотным моментом на своем пути от разработчика ядерного оружия до известного диссидента.

Советская ядерная программа во время холодной войны

Советская ядерная программа, в рамках которой в начале 1950-х годов были разработаны атомные и водородные бомбы, продолжала расширяться и ускоряться во время холодной войны.СССР стремился разработать более крупные и мощные бомбы, чтобы компенсировать то, что они считали недостатком в точности и надежности своих систем доставки ядерного оружия. Это стало одной из основных причин, по которым Советы разработали и испытали в 1961 году массивную супербомбу «Царь-Бомба» мощностью 50 мегатонн в тротиловом эквиваленте. Напротив, Соединенные Штаты сосредоточили свои усилия на создании более компактного и более эффективного ядерного оружия, которое можно было бы развернуть на их баллистических ракетах средней дальности (БРСД) и межконтинентальных баллистических ракетах (МБР).

Царь-бомба: крупнейшее атомное испытание в мировой истории | Национальный музей Великой Отечественной войны

Гонка ядерных вооружений, которая зародилась в гонке за атомным оружием во время Второй мировой войны, достигла кульминации 30 октября 1961 года, когда произошел взрыв «Царь-бомбы», самого большого и самого мощного ядерного оружия, когда-либо созданного.

Атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки 6 и 9 августа 1945 года поставили Соединенные Штаты в, по-видимому, неоспоримое положение как единственного в мире обладателя ядерного оружия.Но это первенство длилось недолго. Советский Союз приостановил прогресс в своей собственной программе создания ядерного оружия во время войны, и в 1945 году советский премьер Иосиф Сталин приказал активизировать эти усилия. Советское проникновение в британские и американские программы создания атомного оружия благодаря деятельности таких шпионов, как Клаус Фукс, помогло советским ученым разработать и сконструировать собственное оружие.

Клаус Фукс любезно предоставлен Национальным архивом Великобритании.

Советы успешно испытали свое первое атомное оружие 29 августа 1949 года, после чего обе сверхдержавы повысили ставки, яростно работая над созданием гораздо более мощного термоядерного оружия или водородных бомб.Первыми оказались там Соединенные Штаты, протестировавшие свой тест Ivy Mike Test 1 ноября 1952 года; но снова Советы не отставали. Советский ученый Андрей Сахаров, возглавляющий в своей стране исследования термоядерного оружия (отчасти благодаря информации, предоставленной Фуксом), наблюдал за взрывом водородной бомбы 12 августа 1953 года на Семипалатинском полигоне на территории нынешнего Казахстана.

Термоядерное испытание Айви Майка, 1 ноября 1952 года. Предоставлено фотопотоком Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ).

Отсюда Соединенные Штаты и Советский Союз провели еще одну серию испытаний атомного оружия на открытом воздухе. Великобритания подражала им, проводя испытания атомного оружия на открытом воздухе в конце 1950-х годов (Франция следовала за испытаниями в Полинезии в 1960-х годах и позже). В то время как американцы сосредоточились на совершенствовании систем точной доставки атомных устройств малого и среднего размера, однако, Советы сконцентрировались на создании все больших и больших устройств почти невообразимой мощности.Результатом стала Царь-Бомба.

Местом, выбранным для испытаний этого устройства, была бухта Митюшиха на острове Северный за Полярным кругом. Сахаров также сыграл значительную роль в разработке этого оружия, которое имело множество взаимодействующих ступеней, было 26 футов в длину, почти семь футов в диаметре и весило почти 60 000 фунтов. Стратегический бомбардировщик Туполев Ту-95 должен был доставить устройство с высоты 34 000 футов. Бомба будет прикреплена к парашюту, чтобы замедлить ее спуск до детонации на высоте 13000 футов, что даст бомбардировщику и его эскорту дополнительное время для побега на расстояние не менее тридцати миль до взрыва.Несмотря на это, членам экипажа сказали, что у них был только 50-процентный шанс на выживание (они едва выжили).

Стратегический бомбардировщик Ту-95. Предоставлено ВМС США.

Взрыв был астрономически мощным - фактически более чем в 1570 раз мощнее, чем вместе взятые две бомбы, сброшенные на Хиросиму и Нагасаки. Мощность «Царь-бомбы» составила 50 мегатонн: в десять раз мощнее, чем все боеприпасы, взорванные за всю Вторую мировую войну. Грибовидное облако было 25 миль в ширину у основания и почти 60 миль на вершине.На высоте 40 миль он проник в стратосферу. Все в пределах трех десятков миль от удара испарилось, но серьезные повреждения распространились до радиуса 150 миль - этого достаточно, чтобы полностью уничтожить любой современный крупный город, включая пригороды. Окна в далеких Норвегии и Финляндии были разбиты силой взрыва.

Сказал один воздушный очевидец: «Облака под самолетом и вдалеке были освещены мощной вспышкой. Море света распространилось под люком, и даже облака начали светиться и стали прозрачными.В этот момент наш самолет выскочил из двух слоев облаков, и внизу, в просвете, показался огромный ярко-оранжевый шар. Мяч был мощным и высокомерным, как Юпитер. Медленно и бесшумно он полз вверх ... Пробив толстый слой облаков, он продолжал расти. Казалось, втягивает в себя всю Землю. Зрелище было фантастическим, нереальным, сверхъестественным ».

Тест Castle Bravo на атолле Бикини, 1 марта 1954 года. Предоставлено Министерством энергетики США.

Выпадение радиоактивных осадков могло иметь катастрофические последствия не только для Советского Союза, но и для его соседей.И это было бы так, если бы первоначальная концепция «Царь-бомбы» - получение почти немыслимых 100 мегатонн - была реализована. К счастью, из-за высоты, на которой устройство было взорвано, сопровождающий его огненный шар шириной пять миль был оттолкнут от поверхности силой собственной ударной волны и не соприкоснулся с землей, что значительно уменьшило количество выпадений. . Но результаты легко могли быть совсем другими.

Андрей Сахаров и президент Рональд Рейган в Белом доме, 1988 год.Предоставлено Национальным архивом.

Испытание такого масштаба невозможно было скрыть, и действительно, ныне советский премьер Никита Хрущев имел полное намерение шокировать мир мощью царь-бомбы. Однако осуждение было мгновенным - не только со стороны США и их союзников, но и со стороны всего мира. К этому моменту Соединенные Штаты и Советский Союз (и Великобритания) провели сотни испытаний ядерного оружия на открытом воздухе. Андрей Сахаров, напуганный не только «Царь-бомбой», но и совокупным воздействием выбросов всех этих испытаний, стал решительным сторонником введения ограничений на эти испытания в будущем.

Президент Джон Ф. Кеннеди подписывает Договор о частичном запрещении ядерных испытаний 7 октября 1963 года. Предоставлено Президентской библиотекой и музеем Джона Ф. Кеннеди.

Пожалуй, единственным полезным результатом угрожающей миру демонстрации «Царь-бомбы» стал Договор о частичном запрещении ядерных испытаний от 5 августа 1963 года, подписанный Соединенными Штатами, Советским Союзом и Великобританией. Однако даже сегодня мощь Царь-бомбы - и многое другое - находится в пределах легкой досягаемости каждой страны, обладающей ядерным потенциалом.

Как США обнаружили первое ядерное испытание России

Сегодня обнаружение ядерного испытания так же обыденно, как отправка кого-либо в космос.

Но этого не произошло 29 августа 1949 года, когда Советский Союз провел свои первые ядерные испытания в Семипалатинске на северо-востоке Казахстана, что привело к ускорению гонки ядерных вооружений.

Менее чем через две недели после теста У.С. разведка знала, что произошло что-то странное - они просто не могли сказать наверняка, что это было. В рамках нашей серии Документов недели, Внешняя политика освещает конфиденциальный отчет от 9 сентября 1949 года тогдашнего главы ЦРУ адмирала Роско Хилленкеттера, который предоставил президенту Гарри С. Трумэну первые признаки того, что Советам удалось испытать ядерную бомбу.

В отчете от 9 сентября, который был впервые опубликован в прошлом месяце Архивом национальной безопасности, упоминалось открытие «аномального радиоактивного загрязнения» в северной части Тихого океана.Это последний из серии документов, опубликованных вашингтонским архивом за последнее десятилетие.



Пилоты секретного Управления по атомной энергии ВВС собрали следы радиации в концентрациях, невиданных с тех пор, как Соединенные Штаты провели ядерное испытание в Эниветаке на атолле Бикини в августе 1948 года. континент Азии », - считает Хилленкеттер.

Но было также возможно, что радиация могла быть вызвана вулканической активностью на северном японском острове, где вулкан извергался 11 сентября.2; радиоактивный газ с атомной станции в Хэнфорде, Вашингтон; или отходы, или взрыв на заводе по производству атомных бомб в России.

«[T] Здесь не было подтверждений какого-либо искусственного атомного взрыва в то время», - написал Хилленкеттер. «Тем временем мы пытаемся получить подтверждение того, что именно могло произойти».

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *