История карибского кризиса 1962: Карибский кризис. Развязка драматичных событий на пороге Третьей мировой — Российская газета

Содержание

Карибский кризис. Развязка драматичных событий на пороге Третьей мировой — Российская газета

Над одним из столиков фешенебельного вашингтонского ресторана "Оксидентал" висит табличка, на металле несколько строк: "В напряженный период Карибского кризиса (октябрь 1962 года) таинственный русский мистер "Х" передал предложение о вывозе ракет с Кубы корреспонденту телекомпании "Эй-би-си" Джону Скали. Эта встреча послужила устранению возможной ядерной войны".


Резидент политической разведки

Рядом с табличкой - портрет корреспондента. Но нет ни имени, ни портрета его собеседника. С кем общался за этим историческим столиком Джон Скали, звезда американской тележурналистики, человек, приближенный к семье Кеннеди? Русский мистер "Х" - резидент советской политической разведки в Вашингтоне Александр Фомин.

Подлинное имя - Александр Семенович Феклисов.

Вернемся в тот день, 26 октября 1962 года. На Кубу уже переброшен 40-тысячный контингент наших военных, почти завершен монтаж 42 ракет с ядерными боеголовками, нацеленными на США. Мир на грани третьей мировой войны. Полковник внешней разведки Александр Феклисов - один из тех очень немногих людей, благодаря которым удалось предотвратить катастрофу.

Его дочь Наталия Александровна Феклисова-Асатур узнала о тайной работе отца уже взрослым человеком.

- Только в сорок девять лет, - рассказывает она мне, - я впервые услышала, что отец занимался разведкой, работал с такими людьми, как Юлиус Розенберг и Клаус Фукс... Я была ошеломлена. В школе нам рассказывали о жестокости и предвзятости американского суда, пославшего молодых супругов Розенберг на электрический стул. Я и представить себе не могла, что отец встречался с ними и даже считал Юлиуса Розенберга своим другом! Об этом дома никогда не было ни слова, ни намека. Мы с сестрой четко знали одно: отец - сотрудник МИДа. Он очень любил фильм "Семнадцать мгновений весны", когда его показывали, всегда звал нас с сестрой, хотел, чтобы мы смотрели вместе. Мы думали: вот как нравится папе картина. Только много лет спустя я стала понимать, что его жизнь, работа в Нью-Йорке, Лондоне и Вашингтоне - материал для нескольких таких фильмов!


Холостой стажер

Разведчиком, как рассказывал сам Феклисов в документальном фильме "Карибский кризис глазами резидента", он стал случайно.

"Мой отец - стрелочник на железной дороге, и в детстве я мечтал стать помощником машиниста, ну, может быть, даже машинистом". Но когда Феклисов заканчивал Институт инженеров связи, ему предложили продолжить учебу в ШОН - Школе особого назначения. А уже через год, в 1941-м, стали готовить к командировке в США.

Наталия Александровна до сих пор удивляется: как могли отца послать в Америку? Слишком молод. Языком владеет слабо. Не обзавелся семьей. Наконец, глуховат. В юности, когда загорелся дом, где жила семья Феклисовых, он всю ночь спасал людей и под утро рухнул спать на холодные доски в сарае. Проснувшись, не сразу понял, что одно ухо не слышит.

Но руководство ШОН разглядело в нем нечто более важное: Феклисов способен работать сутками и всегда добивается поставленной цели. Первое задание начинающему разведчику - установить двустороннюю радиосвязь с Москвой. Каким образом? Это он должен решить сам, на месте. Стажеру генконсульства СССР в Нью-Йорке Александру Фомину, так его зовут по легенде, выделяют комнату в невысоком доме, окруженном многоэтажками.

Парень с Рогожской заставы находит и покупает несколько бамбуковых шестов (такими пользуются спортсмены), скрепляет их муфтами, ставит получившуюся антенну на растяжки - и отныне Нью-Йорк с Москвой соединены невидимой прочной нитью.

Довольно быстро Александр исправляет в анкете графу "не женат". Наталия Александровна показывает фотографию миловидной молодой женщины:

- Это мама в год их знакомства. В Нью-Йорк прислали для работы в Амторге десять девушек, окончивших в Москве иняз. Отец говорил, что Зина Осипова сразу очаровала его своими васильковыми глазами. Зинуля, так отец звал маму, стала не только женой, но и хорошей помощницей. Свободно владея английским, она могла заговорить и увести в сторонку любую американскую жену, чтобы мужчины наедине могли обсудить свои проблемы.

Отец умел расположить к себе почти любого человека. За время работы, это мы позже узнали, у него было 17 агентов-иностранцев, - продолжает Наталия Александровна. - Некоторых он называл друзьями. Уже много позже отец устроил в своей московской квартире на Большой Грузинской "тайник дорогих вещей" (так он его называл), видимо, на случай, если в дом залезут воры. Как-то достал при нас с сестрой старый потрепанный бумажник: "Подарок американского друга". Но какого, так и не сказал.

Работа с "друзьями" и приводила разведчика не раз в центр важных, поистине исторических событий.


Великий переговорщик

22 октября 1962 года Фомина приглашает на завтрак в ресторан "Оксидентал" Джон Скали - известный политический телеобозреватель. Разведчик встречался с ним уже в течение полутора лет.

Скали выглядит взволнованным. Без предисловий начинает обвинять Хрущева в агрессивной политике: "Не свихнулся ли ваш генсек?" Феклисов возражает: "Гонку вооружений инициировали Соединенные Штаты!"

Двое расстаются, недовольные друг другом. Ситуация с каждым часом становится все более взрывоопасной. В резидентуру просачиваются секретнейшие сведения: американская армия будет готова к высадке на Кубу 29 октября. И в то же время из Москвы не поступает никаких важных указаний...

- Отец, - говорит Наталия Александровна, - молчал о событиях вокруг Карибского кризиса много лет. Однажды только было что-то вроде намека, но я тогда по молодости ничего не поняла. Он дал мне два билета в театр Сатиры на спектакль по пьесе Бурлацкого "Бремя решений". Сказал: "Это может быть интересно. Там про американские дела, президента Кеннеди играет Андрей Миронов. Я пойти не могу". Мы с подругой побежали только из-за Миронова. В пьесе говорилось о Карибском кризисе, там был советский сотрудник по фамилии Фомин, а я ведь, поскольку родилась в Нью-Йорке, в детстве носила эту же фамилию! Могла бы, кажется, о чем-то задуматься... Но, честно говоря, нам смотреть спектакль было не интересно.

Утром 26 октября Фомин решает пригласить Скали на ланч в тот же ресторан в надежде получить от него свежую информацию. В книге "Опасность и выживание" Макджордж Банди (советник по вопросам национальной безопасности США) напишет потом, что о предстоящей встрече Скали с советским разведчиком было доложено президенту. Кеннеди велел передать Фомину: "Время не терпит. Кремль должен срочно сделать заявление о своем согласии без каких-либо условий вывести свои ракеты с Кубы".

Память разведчика сохранила эту встречу во всех деталях. Александр Семенович рассказал о ней в книге "Признание разведчика" (вышла в 1999 году; второе издание, подготовленное уже дочерью, увидело свет 2016 году):

"Потирая руки и с улыбкой глядя на меня, Скали сказал:

- Хрущев, видимо, считает Кеннеди молодым, неопытным государственным деятелем. Он глубоко заблуждается, в чем скоро убедится. Пентагон заверяет президента, что за сорок восемь часов сможет покончить с режимом Фиделя Кастро и советскими ракетами.

- Вторжение на Кубу равносильно предоставлению Хрущеву свободы действий. Советский Союз может нанести ответный удар по уязвимому для Вашингтона месту.

Скали, видимо, не ожидал такого ответа. Он долго смотрел мне в глаза, потом спросил:

- Ты думаешь, Александр, это будет Западный Берлин?

- Как ответная мера - вполне возможно. .. Знаешь, Джон, когда в бой идет тысячная лавина советских танков, а с воздуха на бреющем полете атакуют самолеты-штурмовики... Они все сметут на своем пути...

На этом наша полемика со Скали закончилась... Здесь я должен сказать, что никто не уполномочивал меня говорить Скали о возможном захвате Западного Берлина. Это был порыв моей души... Я действовал на свой страх и риск".


Информатор Хрущева

Разведчик не мог предполагать дальнейшего. Его слова были без промедления доведены до хозяина Белого дома, и уже через три часа Кеннеди передал журналисту компромиссное предложение об урегулировании кризиса.

Скали вызвал Фомина на новую встречу.

"Не теряя времени, он заявил, что по поручению "высочайшей власти" передает следующие условия решения Карибского кризиса: СССР демонтирует и вывозит с Кубы ракетные установки под контролем ООН; США снимают блокаду острова; США публично берут на себя обязательство не вторгаться на Кубу".

Разведчик попросил уточнить, что означает термин "высочайшая власть". "Чеканя каждое слово, собеседник произнес: "Джон Фицджеральд Кеннеди - президент Соединенных Штатов Америки".

Фомин заверил Скали, что немедленно доложит о предложении американской стороны своему послу. "Но одно дело обещать, а другое - сделать". Посол Добрынин ровно три часа изучал ошеломляющий текст, потом пригласил Феклисова. Извиняющимся голосом произнес: "Я не могу послать такую телеграмму, поскольку МИД не уполномочивал посольство на такие переговоры".

"Удивившись нерешительности посла, - вспоминал Феклисов, - я подписал телеграмму сам и передал шифровальщику для отправки моему шефу".

Положительный ответ Хрущева пришел в воскресенье, 28 октября, в десять часов утра. СССР вывел свои ракеты с Кубы, США сняли блокаду с острова, а через шесть месяцев убрали свои ракеты из Турции. Земляне вздохнули с облегчением.

Доктор философских наук Акоп Назаретян, руководитель Евро-Азиатского центра мегаистории и системного прогнозирования Института востоковедения РАН, утверждает: эти два мужчины - Феклисов и Скали - спасли не просто миллионы жизней, а цивилизацию планеты Земля. "Это были дни и часы мировой истории, весьма скромно запечатленные в России неблагодарными потомками".


Таинственный мистер "Х"

Американский ученый Джеймс Блайт, автор книги On the Brink ("На грани"), в 1989 году в Москве вручил разведчику свою книгу с дарственной надписью "Александру Феклисову - человеку, с которым я всегда хотел встретиться; личности, сыгравшей ключевую роль в величайшем событии нашего времени".

По книге "13 дней" Роберта Кеннеди, в те времена министра юстиции, был снят одноименный фильм, где один из главных персонажей выведен под именем Александр Фомин. Когда стало ясно, что возможности официальной дипломатии исчерпаны, политическому советнику американского президента (его играет Кевин Кёстнер) приходит счастливая мысль подключить к переговорам тележурналиста, который дружен с неким Александром Фоминым. "Его подлинное имя Александр Феклисов, - говорит советник. - Это супершпион! Главный разведчик КГБ!"

Фильм вышел в 2000 году, Феклисов успел его посмотреть. Наталия Александровна вспоминает:

- Отцу фильм понравился. Рассердило только то, как одели "Александра Фомина" - из-под пиджака у него выглядывал ворот свитера. Он заявил: "В свитерах ходили только фермеры, а я всегда был в сорочке и при галстуке!" А в целом, сказал, фильм точно отражает события.

Карибский кризис 1962 года: предпосылки, причины, итоги

Остров Свободы

На протяжении сотен лет Куба, открытая Христофором Колумбом в октябре 1492 г., являлась оплотом испанской короны в Новом Свете. После состоявшейся в 1898 г. Испано-американской войны остров официально стал независимым государством, попав, однако, под сильное влияние Соединенных Штатов.

В 1950-х гг. Куба находилась под властью диктатора Фульхенсио Батисты. Недовольство правлением диктатора привело к началу партизанской борьбы в декабре 1956 г. Руководителем восстания стал молодой и еще не известный на весь мир адвокат Фидель Кастро. После продолжительной борьбы, в январе 1959 г. повстанцы вошли в столицу республики — Гавану.

Фидель Кастро, ставший кубинским лидером, понимал необходимость заручиться поддержкой Соединенных Штатов. Однако камнем преткновения между двумя государствами стала аграрная реформа. Кубинская земля, принадлежавшая ранее американским компаниям, оказалась в собственности государства. Недовольство пришедшей к власти в США демократической партии во главе с президентом Дж. Кеннеди вызывало и преследование сторонников прежнего режима со стороны Кастро.

Противостояние двух стран вылилось в попытку США (при помощи кубинских иммигрантов) свергнуть революционное правительство. Бой в Заливе Свиней, состоявшийся в апреле 1961 г., закончился поражением американских сил. Кастро, понимая невозможность постоянно противостоять столь сильному государству, обратился за помощью к главному противнику США.

Холодная война

Окончание Второй мировой войны дало начало новому этапу в истории XX века. С 1945 г. мир был разделен на две части, каждая из которых находилась под влиянием сверхдержавы. С одной стороны — Соединенные Штаты, стремившиеся привнести в другие страны идеи демократии, а также способствовать сохранению и развитию в них капиталистического начала. С другой стороны — СССР, социалистическое государство, стремившееся к укреплению идей социального и экономического равенства в разных точках мира.

Противостояние капиталистической и коммунистической систем, продолжавшееся на протяжении полувека, принято называть «Холодная война». Столкновение США и СССР приводило к кризисам на различных континентах: будь то Корейская война (1950-1953 гг.) или же вопрос о разделе Берлина (1961 г.). Впрочем, обе державы всячески стремились избежать прямого вооруженного конфликта. Причиной тому стало появление у Соединенных Штатов и Советского Союза чрезвычайно мощного оружия.

Всеобщая история. 9 класс. Учебник.

Учебник продолжает курс всеобщей истории, охватывая период с конца Первой мировой войны до современности. Сочетание страноведческого и проблемного подходов позволяет увидеть, как события в отдельных странах влияли на ход общемирового развития. Исторический процесс представлен в учебнике как закономерное движение общества по пути глобализации, роста взаимосвязанности и взаимозависимости стран мира. Учебник способствует углублённому изучению предмета.

Купить

Ядерная гонка

Холодная война не случайно получила такое название. Одной из ее важнейших частей стала гонка вооружений. Принципиальная задача США и СССР состояла в том, чтобы обогнать противника в деле создания более совершенного оружия.

В 1945 г. американские ученые успешно испытали первую в истории атомную бомбу. Появление оружия сокрушительной мощи сразу способствовало выдвижению США в качестве ведущей мировой державы. СССР предстояло дать ответ на вызов Соединенных Штатов, и в 1949 г. произошло испытание первой советской атомной бомбы.

Вскоре перед странами встал вопрос о способах доставки нового оружия. Силы обоих государств были направлены на развитие ракетостроения. Появление в 1950-х гг. межконтинентальных ракет позволило США и СССР в кратчайшие сроки наносить удары по противнику.

Обе державы стремились использовать свою военную мощь для сдерживания друг друга. Воспользовавшись тесными связями с Турцией, Соединенные Штаты поместили свои ракеты на территории союзного государства в непосредственной близости от границ СССР. В ответ на это советский лидер Н.С. Хрущев принял решение отправить на Кубу ядерные боеголовки. Размещение ракет должно было уравновесить силы противников, а заодно обезопасить Остров Свободы от возможного вторжения.

Причины Карибского кризиса

В итоге можно выделить следующие причины разразившегося в 1962 г. Карибского или, как еще его называют, Кубинского кризиса:

  1. Холодная война. Невозможность прямого столкновения США и СССР привело обе державы к борьбе за влияние в отдельных точках земного шара. Куба стала очередным фронтом противостояния двух систем.
  2. Последствия кубинской революции. Земельная реформа и преследование сторонников США на Кубе привели Соединенные Штаты к попыткам свергнуть власть Кастро. Куба была вынуждена обратиться за помощью к СССР.
  3. Гонка вооружений. Размещение ракет в Турции стало поводом для советского руководства к отправке собственных ракет на Остров Свободы.

1962 год

К 1962 г. положение в Карибском бассейне было очень непростым. Давление на Кубу со стороны США возрастало. В январе прошло заседание Организации Американских государств, на котором было принято решение исключить Кубу из ее состава. В результате страна лишилась международной поддержки со стороны соседних государств. Опасаясь новой попытки военного вторжения на остров, СССР начал поставлять на Кубу военную помощь.

Однако подобная поддержка не могла гарантировать безопасность государства. Памятуя о размещенных в Турции американских ракетах, 24 мая советское руководство принимает решение об отправке по морю собственных ракет на Кубу.

Операция по доставке и размещению советских боеголовок на Кубе получила название «Анадырь». Вместе с ядерным вооружением на Остров Свободы были также направлены военнослужащие Советской Армии общей численностью в 43 тыс. чел. Операция проходила в строжайшей секретности. Даже сами моряки, отправившиеся из советских портов в Новый Свет, не знали изначально о том, куда держат путь.

К осени советские корабли достигли берегов Кубы. Началось возведение пусковых установок для ракет. Размещенные на острове боеголовки могли в считанные минуты достигнуть территории США...

Октябрь

Американское руководство долгое время не располагало данными о размещенных советских ракетах на Кубе. Однако 14 октября самолет-разведчик США U-2, пролетавший над островом, смог сделать фотографии ракетных установок. Два дня спустя эти фотографии были представлены президенту США Дж. Кеннеди.

В Вашингтоне сложилась непростая обстановка. Все руководство США было согласно в одном: нужно добиться того, чтобы СССР убрал свои ракеты с острова. Вопрос, однако, состоял в том, каким образом это сделать. Американские политики из числа «ястребов» предлагали нанести военный удар по Кубе. «Голуби» же всячески стремились избежать прямого военного конфликта, призывая найти с Советским Союзом компромисс.

22 октября Дж. Кеннеди выступил с обращением к американскому народу. Президент заявил о размещении советских ракет на Кубе. Дабы не допустить дальнейшего усиления советских сил на острове, США ввели морскую блокаду Кубы, которую сами американцы называли «карантин». Флот Соединенных Штатов препятствовал проходу на остров любых судов из СССР. В это же время на Кубу направлялись советские корабли. Любое столкновение американского флота с советским могло стать поводом для начала конфликта.

Самым тяжелым днем всего Карибского кризиса стала «Черная суббота» — 27 октября. В небе над Кубой был сбит американский самолет-разведчик U-2. Гибель пилота могла стать поводом для американского руководства к началу боевых действий. Мир стоял на грани ядерной катастрофы.

Всеобщая История. Новейшая история. 9 класс. Учебник.

Учебник входит в учебно-методический комплекс по все общей истории для 9 класса. На основе современных научных подходов в нём освещены наиболее важные события политической, экономической и духовной жизни общества в XX — начале XXI века. Методический аппарат учебника включает разнообразные вопросы и задания, авторские карты и документальные материалы, яркие и образные иллюстрации, которые позволят учащимся усвоить основные факты и понятия курса. Учебник полностью соответствует Федеральному государственному образовательному стандарту основного общего образования, имеет гриф «Рекомендовано» и включён в Федеральный перечень.

Купить

Разрядка, последствия, уроки

Еще накануне «Черной субботы» 26 октября Н.С. Хрущев направил Дж. Кеннеди письмо с предложением разрешить сложившуюся ситуацию. Советский лидер соглашался удалить ракеты с острова, если США дадут гарантии безопасности правительству Кастро на Кубе. В ответном письме американский президент согласился выполнить предложенные Н.С. Хрущевым условия. 28 октября считается окончанием наиболее сложного этапа Карибского кризиса. США обеспечивали безопасность Кубе и удаляли собственные ракеты из Турции. СССР — отменял свою программу по размещению ядерного оружия на Кубе.

Карибский кризис стал поворотным моментом во всей Холодной войне. Еще никогда человечество не было так близко к ядерной катастрофе. Полученный в октябре 1962 г. опыт — итоги Карибского кризиса — позволили обеим державам более внимательно относиться к интересам друг друга, а также способствовал в дальнейшем ограничению ядерного вооружения.

СССР и США извлекли серьезные уроки из сложившегося кризиса, главный из которых, по мнению участника событий советского дипломата Г. М. Корниенко, состоит в следующем:

«...не допускать возникновения подобных кризисов, чреватых пусть даже небольшой вероятностью перерастания в большую войну, не полагаться на то, что всякий раз удастся остановиться у опасной черты».

Что ещё почитать?

#ADVERTISING_INSERT#

Карибский (Кубинский) кризис 1962 года. Справка

Для выполнения указанной задачи было намечено разместить на Кубе три полка ракет средней дальности Р-12 (24 пусковые установки) и два полка ракет Р-14 (16 пусковых установок) - всего 40 ракетных установок с дальностью действия ракет от 2,5 до 4,5 тыс километров. С этой целью была сформирована сводная 51-я ракетная дивизия в составе пяти ракетных полков из разных дивизий. Общий ядерный потенциал дивизии в первом пуске мог достичь 70 мегатонн. Дивизия в полном составе обеспечивала возможность поражения военно-стратегических объектов почти на всей территории США.

Доставка войск на Кубу планировалась гражданскими судами Министерства морского флота СССР. В июле октябре в операции «Анадырь» приняли участие 85 грузовых и пассажирских судов, которые совершили 183 рейса на Кубу и обратно.

К октябрю на Кубе находилось свыше 40 тыс советских военнослужащих.

14 октября американским разведывательным самолетом У-2 в районе Сан Кристобаля (провинция Пинар дель Рио) были обнаружены и сфотографированы стартовые позиции советских ракетных войск. 16 октября ЦРУ доложило об этом президенту США Джону Кеннеди. 16-17 октября Кеннеди созвал совещание своего аппарата, включая высшее военное и дипломатическое руководств, на котором обсуждался факт развертывания советских ракет на Кубе. Было предложено несколько вариантов действий, включая высадку американских войск на острове, авиационный удар по стартовым площадкам, морской карантин.

В выступлении по телевидению 22 октября Кеннеди сообщил о появлении советских ракет на Кубе и о своем решении объявить с 24 октября военно морскую блокаду острова, привести в боевую готовность ВС США и вступить в переговоры с советским руководством. В Карибское море были направлены свыше 180 боевых кораблей США с 85 тыс человек на борту, в боевую готовность приводились американские войска в Европе, 6-й и 7-й флоты, до 20% стратегической авиации находилось на боевом дежурстве.

23 октября советское правительство сделало заявление о том, что правительство США «берет на себя тяжелую ответственность за судьбы мира и ведет безрассудную игру с огнем». В заявлении не было ни признания факта развертывания советских ракет на Кубе, ни конкретных предложений о выходе из кризиса. В тот же день глава советского правительства Никита Хрущев направил президенту США письмо, в котором заверял его в том, что любое оружие, поставленное Кубе, предназначено только для целей обороны.

С 23 октября начались интенсивные заседания Совета Безопасности ООН. Генеральный секретарь ООН У Тан обратился к обеим сторонам с призывом проявить сдержанность: Советскому Союзу - остановить продвижение своих кораблей в направлении Кубы, США - предотвратить столкновение на море.

27 октября наступила «черная суббота» Кубинского кризиса. В те дни над Кубой с целью устрашения дважды в сутки проносились эскадрильи американских самолетов. В этот день на Кубе был сбит американский самолет разведчик У-2, облетавший полевые позиционные районы ракетных войск. Пилот самолета майор Андерсон погиб.

Ситуация накалилась до предела, президент США принял решение через двое суток начать бомбардировку советских ракетных баз и военную атаку на остров. Многие американцы покидали крупные города, опасаясь скорого советского удара. Мир оказался на грани ядерной войны.

28 октября в Нью-Йорке начались советско-американские переговоры при участии представителей Кубы и генерального секретаря ООН, которые завершили кризис соответствующими обязательствами сторон. Правительство СССР согласилось с требованием США о выводе советских ракет с территории Кубы в обмен на заверения правительства США о соблюдении территориальной неприкосновенности острова, гарантии невмешательства во внутренние дела этой страны. В конфиденциальном порядке было заявлено также о выводе американских ракет с территории Турции и Италии.

2 ноября президент США Кеннеди объявил о том, что СССР демонтировал свои ракеты на Кубе. С 5 по 9 ноября ракеты с Кубы были вывезены. 21 ноября США отменили морскую блокаду. 12 декабря 1962 года советская сторона завершила вывод личного состава, ракетного вооружения и техники. В январе 1963 года ООН получила заверения СССР и США в том, что Кубинский кризис ликвидирован.

Материал подготовлен на основе информации открытых источников.

Карибский кризис: историческая правда России от РВИО

Cоветско-американские отношения развивались в середине - второй половине 50-х годов крайне неравномерно. В 1959 г. Хрущев, проявлявший неподдельный интерес к США, посетил эту страну с достаточно продолжительным визитом. Одной из составляющих его графика было выступление на заседании Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке. Здесь он выдвинул широкую программу всеобщего и полного разоружения. Эта программа, конечно, выглядела утопичной, но в то же время она предусматривала ряд первоначальных шагов, которые могли бы снизить накал международной напряженности: ликвидацию военных баз на чужой территории, заключение пакта о ненападения между НАТО и Варшавским договором и т.д. Пропагандистский резонанс от выступления Хрущева был весом и заставил США пойти на подписание с СССР совместной резолюции о необходимости принятия усилий для всеобщего разоружения, принятую ГА ООН. Хрущев выступал на сессии ГА ООН и осенью 1960 г. - теперь уже не в рамках визита в США, а как руководитель советской делегации в ООН. Проблемы разоружения и поддержки национально-освободительного движения звучали у него на первом месте. Опасное отставание СССР в производстве ядерных боеприпасов вынуждало советского руководителя идти на громкие и даже экстравагантные заявления (которые касались прежде всего западных представителей) о превосходстве СССР в ракетах. В пылу полемики, несмотря на то, что он находился в здании ООН, Хрущев даже стучал ботинком по столу.

Ответный визит президента США Д. Эйзенхауэра в СССР готовился, но сорвался из-за инцидента с американским разведывательным самолетом У-2, сбитым над советской территорией. Американские самолеты и раньше неоднократно нарушали воздушное пространство СССР, и, имея преимущество в скорости и высоте, уходили от преследования советских перехватчиков и зенитных ракет. Но 1 мая 1960 г. американскому пилоту Ф. Пауэрсу не повезло. В районе Свердловска, куда он успел долететь, стояли уже новые модернизированные ракеты. Будучи сбитым, Пауэрс вопреки инструкциям не покончил с собой, а сдался. Показания американского пилота были обнародованы и над ним прошел судебный процесс. Президент Эйзенхауэр отказался извиняться перед СССР за этот полет, чем испортил свои отношения с советским лидером. Два года спустя, отбывающий свой срок наказания Пауэрс был обменен на осужденного в США советского разведчика Р. Абеля.

ИЗ ВЫСТУПЛЕНИЯ Н.С. ХРУЩЕВА НА ЗАСЕДАНИИ ГА ООН. 11.10.1960 г.

«Я заявляю, господа, придет такое время, когда вы поймете необходимость разоружения. Народ выбросит тех, которые ставят преграды на пути к миру и взаимопониманию... Нас, людей социалистического мира, вы не запугаете! Наша экономика цветущая, техника у нас на подъеме, народ сплочен. Вы хотите навязать нам состязание в гонке вооружений? Мы этого не хотим, но не боимся. Мы вас побьем! У нас производство ракет поставлено на конвейер. Недавно я был на одном заводе и видел, как там ракеты выходят, как колбасы из автомата. Ракета за ракетой выходит с наших заводских линий. Кое-кто хочет попробовать, как мы на земле стоим? Вы нас пробовали, и мы вас разбили. Я имею в виду, разбили тех, кто на нас пошел войной в первые годы после Октябрьской революции... Некоторые господа сейчас начнут трещать, что Хрущев кому-то угрожает. Нет, Хрущев не угрожает, а реально вам предсказывает будущее. Если вы не поймете реальной обстановки... если не будет разоружения, значит будет гонка вооружений, а всякая гонка вооружений приведет, в конце концов, к военной развязке. Если начнется война, многих здесь сидящих мы тогда не досчитаемся...

Что еще добавить?

Покамест не все еще народы Азии и народы Африки, которые недавно освободились из-под колониального гнета, осознали силу свою, еще идут за вчерашними своими вешателями-колонизаторами. Но сегодня это так, а завтра этого не будет; не будет этого, народы поднимутся, расправят свою спину и захотят быть настоящими хозяевами положения...»

 

БЕРЛИНСКАЯ СТЕНА

Прологом к обострению кризиса в карибском бассейне послужило возведение знаменитой берлинской стены. В геополитическом противоборстве СССР и Запада германский вопрос продолжал занимать одно из главных мест. Особое внимание было приковано к статусу Западного Берлина. Восточный Берлин стал столицей ГДР. Западная часть города, где находились войска США, Великобритании и Франции, формально обладала особым статусом, но явно тяготела к Федеративной Республике Германии. Хрущев предлагал созвать конференцию великих держав с целью объявить Западный Берлин демилитаризованной зоной. Но после инцидента с самолетом У-2 консультации по этому вопросу прекратились.

Между тем, грамотная рыночная политика властей Западного Берлина, их поддержка со стороны ФРГ, а также солидные денежные вливания США и других стран позволили резко повысить уровень жизни западноберлинцев по сравнению с жителями восточного сектора. Подобный контраст, наряду с открытыми границами между частями города стимулировал эмиграцию из Восточного Берлина, больно ударявшую по экономике ГДР. НАТО использовало такую ситуацию и для активного идеологического наступления на систему социализма.

В августе 1961 г. руководство ОВД, согласно решению принятому в Москве призвало ГДР принять меры против политики Западного Берлина. Последующие действия немецких коммунистов стали полной неожиданностью для Запада. Рядовые члены партии создали живое кольцо воль границы между секторами. Одновременно началось быстрое сооружение 45-километровой бетонной стены с контрольно-пропускными пунктами. Через 10 дней стена была готова и сразу стала символом «холодной войны».

Одновременно с возведением стены были прерваны транспортные коммуникации между частями города, а пограничники ГДР получили приказ открывать огонь на поражение по перебежчикам. За годы существования стены погибли и получили ранения десятки человек, пытавшихся ее преодолеть. Стена простояла до 9 ноября 1989 г., когда в свете начавшейся в СССР перестройки и политических преобразований в странах Восточной Европы, новое правительство ГДР объявило о беспрепятственном переходе из Восточного Берлина в Западный и обратно. Официальный демонтаж состоялся в январе 1990 г.

КАРИБСКИЙ КРИЗИС

Противостояния между советским и западными блоками подошло к своей самой опасной черте в период т.н. Карибского (Ракетного) кризиса осенью 1962 г. Значительная часть человечества стояла тогда на волосок от гибели, а до начала войны, по образному выражению, было такое же расстояние как от ладони офицера до кнопки на пусковой установки ракеты.

В 1959 г. на Кубе был свергнут проамериканский режим, и к власти в стране пришли прокоммунистические силы во главе с Фиделем Кастро. Коммунистическое государство в традиционной зоне интересов США (фактически у них под боком) было не просто ударом, а просто шоком для политической элиты в Вашингтоне. Страшный сон становился реальностью: Советы оказались у ворот Флориды. С целью свержения Кастро Центральное разведывательное управление США сразу же приступило к подготовке диверсионной акции. В апреле 1961 г. десант, состоявший из кубинских эмигрантов высадился в заливе Кочинос, но был быстро был разгромлен. Кастро стремился к более тесному сближению с Москвой. Этого требовали задачи обороны «острова Свободы» от нового нападения. В свою очередь Москва была заинтересована в создании военной базы на Кубе в противовес натовским базам вокруг границ СССР. Дело в том, что в Турции уже были размещены американские ядерные ракеты, которые могли достигать жизненно важных центров Советского Союза всего за несколько минут, в то время как советским ракетам для поражения территории США требовалось почти полчаса. Такой разрыв во времени мог оказаться роковым. Создание советской базы началось весной 1962 г., и вскоре туда началась секретная переброска ракет среднего радиуса действия. Несмотря на тайный характер операции (имевший кодовое название «Анадырь») американцы узнали о том что находится на борту советских судов, идущих к Кубе.

4 сентября 1962 г. президент Джон Кеннеди заявил, что США ни в коем случае не потерпят советских ядерных ракет в 150 км от своего берега. Хрущев заявлял, что на Кубе устанавливается всего лишь исследовательское оборудование. Но 14 октября американский самолет-разведчик сфотографировал с воздуха стартовые площадки для ракет. Американские военные предлагали немедленно разбомбить советские ракеты с воздуха и начать вторжение на остров силами морской пехоты. Такие действия вели к неизбежной войне с Советским Союзом в победоносном исходе которой Кеннеди уверен не был. Поэтому он решил занять жесткую позицию, но не прибегать к военному нападению. В обращении к нации он сообщил, что США начинают военно-морскую блокаду Кубы, потребовав от СССР немедленно удалить оттуда свои ракеты. Хрущев вскоре осознал, что Кеннеди будет стоять на своей позиции до конца и 26 октября направил президенту послание, в котором признавал наличие на Кубе мощного советского оружия. Но в то же время Хрущев пытался убедить Кеннеди, что СССР не собирается нападать на Америку. Позиция же Белого дома оставалась прежней - немедленный вывод ракет.

День 27 октября стал самым критическим за все время кризиса. Тогда советской зенитной ракетой над островом был сбит один из многочисленных самолетов-разведчиков США. Его пилот погиб. Ситуация накалилась до предела, а президент США принял решение через двое суток начать бомбардировку советских ракетных баз и начать высадку на Кубу. В те дни многие американцы, напуганные перспективой ядерной войны покидали крупные города, самостоятельно рыли бомбоубежища. Однако все это время между Москвой и Вашингтоном осуществлялись неофициальные контакты, стороны рассматривали различные предложения с целью отойти от опасной черты. 28 октября, советское руководство решило принять американское условие, заключавшееся в том, что СССР выводит свои ракеты с Кубы, после чего США снимает блокаду острова. Кеннеди взял обязательство не нападать на «остров Свободы».  Кроме того, было достигнуто согласие на вывод американских ракет из Турции. Открытым текстом советское послание было передано для президента США.

После 28 октября Советский Союз вывез с Кубы свои ракеты и бомбардировщики, а США сняли морскую блокаду острова. Международная напряженность спала, но такая «уступка» США не понравилась кубинским руководителям. Официально оставаясь на советской позиции, Кастро подверг критике действия Москвы, и особенно Хрущева. В целом Кубинский кризис показал великим державам, что продолжение гонки вооружений, резкие действия на международной арене могут обратить мир в пучину глобальной и всеуничтожающей войны. И как это ни парадоксально, с преодолением кубинского кризиса был дан импульс разрядке напряженности: каждый из противников понял, что противостоящая сторона стремится избежать ядерной войны. США и СССР стали лучше осознавать пределы допустимого противостояния в «холодной войне», необходимость искать компромисс по вопросам двусторонних отношений. Для самого Н.С. Хрущева Карибский кризис также не прошел бесследно. Его уступки многими воспринимались как проявление слабости, что еще больше подрывало авторитет советского лидера среди кремлевского руководства.

ОБРАЩЕНИЕ Н.С. ХРУЩЕВА К Д.Ф. КЕННЕДИ 27.10.1962 г.

«Уважаемый г-н президент.

Я с большим удовлетворением ознакомился с Вашим ответом г-ну Рану о том, чтобы принять меры, исключить соприкосновение наших судов и тем самым избежать непоправимых роковых последствий. Этот разумный шаг с Вашей стороны укрепляет меня в том, что Вы проявляете заботу о сохранении мира, что я отмечаю с удовлетворением.

Вы хотите обезопасить свою страну, и это понятно. Все страны хотят себя обезопасить. Но как же нам, Советскому Союзу, нашему правительству оценивать ваши действия, которые выражаются в том, что вы окружили военными базами Советский Союз, расположили военные базы буквально вокруг нашей страны. Разместили там свое ракетное вооружение. Это не является секретом. Американские ответственные деятели демонстративно об этом заявляют. Ваши ракеты расположены в Англии, расположены в Италии и нацелены против нас. Ваши ракеты расположены в Турции.

Вас беспокоит Куба. Вы говорите, что беспокоит она потому, что находится на расстоянии от берегов Соединенных Штатов Америки 90 миль по морю. Но ведь Турция рядом с нами, наши часовые прохаживаются и поглядывают один на другого. Вы что же считаете, что Вы имеете право требовать безопасности для своей страны и удаления того оружия, которое Вы называете наступательным, а за нами этого права не признаете.

Вы ведь расположили ракетное разрушительное оружие, которое Вы называете наступательным, в Турции, буквально под боком у нас. Как же согласуется тогда признание наших равных в военном отношении возможностей с подобными неравными отношениями между нашими великими государствами. Это никак невозможно согласовать.

Поэтому я вношу предложение: мы согласны вывезти те средства с Кубы, которые Вы считаете наступательными средствами. Согласны это осуществить, и заявить в ООН об этом обязательстве. Ваши представители сделают заявление о том, что США, со своей стороны, учитывая беспокойство и озабоченность Советского государства, вывезут свои аналогичные средства из Турции. Давайте договоримся, какой нужен срок для вас и для нас, чтобы это осуществить. И после этого доверенные лица Совета Безопасности ООН могли бы проконтролировать на месте выполнение взятых обязательств».

 

ОТВЕТ Д. КЕННЕДИ Н.С. ХРУЩЕВУ. 28.10.1962 г.

«Я приветствую принятое Председателем Хрущевым государственно-мудрое решение остановить строительство баз на Кубе, демонтировать наступательное оружие и возвратить его в Советский Союз под наблюдением ООН. Это важный и конструктивный вклад в дело мира.

Мы будем поддерживать контакты с генеральным секретарем Организации Объединенных наций по вопросу о взаимных мерах, с целью обеспечения мира в зоне Карибского моря.

Я искренне надеюсь, что правительства всего мира по урегулировании кубинского кризиса могут обратить свое внимание на насущную необходимость прекратить гонку вооружений и уменьшения международной напряженности. Это относится как к тому, что страны Варшавского пакта и НАТО противостоят друг другу в военном отношении, так и другим ситуациям в других частях земного шара, где напряженность ведет к бесплодному отвлечению ресурсов на создание орудий войны».

ИЗ ВОСПОМИНАНИЙ СОВЕТНИКА ПОСОЛЬСТВА СССР В США Г.Н. БОЛЬШАКОВА

«События октябрьских дней 1962 года - это первый и, к счастью единственный термоядерный кризис, являвший собой «момент страха и озарения», когда Н.С. Хрущев, Джон Кеннеди, Ф. Кастро и все человечество почувствовали себя в «одной лодке», оказавшейся в эпицентре  ядерной пучины».

Карибский кризис: мир у опасной черты

  • Артем Кречетников
  • Би-би-си, Москва

Полвека назад разразился Карибский кризис: американский разведывательный самолет У-2 обнаружил на Кубе тайно доставленные туда пусковые установки советских ядерных ракет.

По мнению историков, мир никогда не оказывался так близко к Третьей мировой войне.

Формально-юридически, СССР имел право размещать свои вооружения на территории союзных государств, чем систематически и совершенно открыто занимались Соединенные Штаты. Современные исследователи недоумевают, зачем советскому руководству понадобилось действовать в строжайшем секрете и дискредитировать себя ложью с трибуны ООН.

Некоторые авторы полагают, что Никита Хрущев собирался в подходящий момент вытащить ракеты на Кубе как козырь из рукава и потребовать в качестве отступного вывода американских войск из Европы, но американцы узнали о передислокации ракет раньше, чем группировку удалось полностью развернуть.

Опубликованные в наши дни данные приводят к неожиданному выводу: мировой кризис явился отчасти бурей в стакане воды, поскольку стрелять по США с "острова Свободы" было практически нечем.

Сторонам удалось достичь компромисса, но, по оценкам историков, военно-стратегическое и морально-политическое поражение понес Советский Союз. Неудачная операция послужила одним из обвинений в адрес Хрущева, когда через два года его отстранили от власти.

Парадоксальным образом Карибский кризис послужил делу международной стабильности. Осознав хрупкость мира, Вашингтон и Москва приступили к мерам по контролю над вооружениями и укреплению взаимного доверия. Именно события октября 1962 года считаются моментом окончания самого острого периода холодной войны.

Хрущев: "ёж в штанах"

К началу 1960-х годов человечество столкнулось с новой реальностью: возможностью мировой ядерной войны.

Джон Кеннеди после обязательного для избранного президента брифинга с министром обороны, во время которого тот вводил нового главу государства в курс секретных военных планов, с горечью заметил шефу Пентагона Роберту Макнамаре: "И мы еще называем себя родом человеческим?".

После запуска первого советского спутника Хрущев напропалую блефовал, утверждая, что советские заводы выпускают ракеты "как сосиски". Тема "ракетного отставания", которое якобы допустили республиканцы, находилась в центре американской президентской кампании 1959 года.

Между тем на январь 1961 года СССР располагал лишь одной межконтинентальной ракетой 8К71 на космодроме в Плесецке, теоретически способной долететь до Америки, да и та из-за технических недоработок не находилась на боевом дежурстве.

В голове Хрущева созрела мысль, что неплохо было бы, по его выражению, "запустить американцам ежа в штаны", придвинув носители ядерного оружия к их границам.

Подпись к фото,

Советский сухогруз "Николаев" в кубинском порту Касильда во время Карибского кризиса. На снимке видна тень от американского самолета-разведчика

Познакомившись с Кеннеди в Вене в июне 1961 года, советский лидер счел его неопытным слабохарактерным юнцом, которого легко шантажировать.

На самом деле Кеннеди, в отличие от Хрущева, видел Вторую мировую войну не из генеральских блиндажей, а сражался на Тихом океане командиром торпедного катера, и отсутствием решительности, несмотря на интеллигентную внешность, не страдал.

После прихода к власти Фиделя Кастро слово "Куба" в Советском Союзе стали шутя расшифровывать "коммунизм у берегов Америки".

По словам генерала Анатолия Грибкова, во время Карибского кризиса возглавлявшего оперативную группу советского Генштаба на Кубе, идея использовать ее в качестве "непотопляемого авианосца" возникла после визита заместителя Хрущева Анастаса Микояна в Гавану в феврале 1960 года.

В практической плоскости проблема была поставлена в начале мая 1962 года на узком совещании с участием Хрущева, членов Президиума ЦК КПСС Козлова и Микояна, министров обороны и иностранных дел Малиновского и Громыко и главкома Ракетных войск Бирюзова. По его итогам Хрущев поручил Малиновскому "проработать вопрос".

Формальное решение было принято 24 мая на заседании Президиума ЦК.

Хрущев спросил приглашенного на заседание советского посла в Гаване Александра Алексеева о возможной реакции Фиделя Кастро. Дипломат предположил, что "Фидель вряд ли согласится", поскольку предоставление своей территории под иностранные базы лишит его поддержки латиноамериканского общественного мнения. Малиновский резко ответил в том духе, что надо думать не об интересах Кастро, а о своих собственных.

Лишь после того, как свои подписи под решением о проведении операции поставили все члены советского руководства, и ей было присвоено кодовое название "Анадырь", поинтересовались мнением кубинцев. 29 мая в Гавану прилетела советская делегация во главе с маршалом Бирюзовым.

Фидель Кастро сказал, что "Куба готова пойти на риск, если это послужит борьбе против американского империализма", но у Бирюзова сложилось ощущение, что кубинский лидер рассматривал происходящее как одолжение Москве, а не наоборот.

Подробности советско-кубинского договора, предусматривавшего массированную экономическую и военную помощь Гаване, обсуждались во время визита Рауля Кастро в Москву 2-16 июля.

В августе текст, доработанный с учетом пожеланий кубинской стороны, напечатали на специальной пленке, Че Гевара прилетел в Москву и доставил его Фиделю в контейнере с устройством, позволявшим в случае опасности мгновенно уничтожить документ.

Однако соглашение так и не было подписано. Одна из самых драматичных военных операций в мировой истории осуществлялась на основании устной договоренности.

70 мегатонн боеголовок

К 20 июня министерство обороны СССР подготовило детальный план.

Ядро группировки общей численностью в 50874 человек (реально до острова добрались около 42 тысяч) составляла вновь сформированная 51-я ракетная дивизия под командой генерал-майора Игоря Стаценко.

Она включала в себя два полка ракет Р-14 (8К65) (24 ракеты с дальностью полета 4000 км, оснащенных 16 термоядерными боеголовками мощностью в одну мегатонну и восемью сверхмощными зарядами по 2,3 мегатонны) и три полка ракет Р-12 (8К63) (36 ракет с атомными зарядами и радиусом действия 2000 км).

Кроме того, на Кубу предполагалось направить шесть бомбардировщиков Ил-28А с шестью атомными бомбами мощностью шесть килотонн каждая, 36 беспилотных самолетов-снарядов ФКР-1 и 80 ядерных боеприпасов к ним, а также 12 тактических ракет ЗР10 ("Луна") с атомными зарядами по две килотонны, и шесть береговых противокорабельных ракет 4К87 ("Сопка"), также с атомными зарядами.

Подпись к фото,

Дальность советских ракет, дислоцированных на Кубе во время Карибского кризиса: большой радиус - Р-14, средний радиус - Р-12, малый радиус - ФКР-1

Общее количество советских ядерных боеприпасов на Кубе к началу открытой фазы кризиса составило 164 единицы.

Прикрывать пусковые позиции должны были четыре усиленных мотострелковых полка (10 тысяч солдат и офицеров).

Силы ВВС и ПВО насчитывали 42 легких бомбардировщика Ил-28, 40 истребителей МиГ-21 элитного 32-го гвардейского авиаполка, которым во время Великой Отечественной войны командовал Василий Сталин, 12 зенитных установок со 144 ракетами, 33 вертолета Ми-4.

Флот должен был направить к берегам Кубы 26 боевых кораблей, в том числе два крейсера, 11 дизельных подлодок, 30 морских торпедоносцев Ил-28Т. Правда, в реальности эскадра до Карибского моря дойти не успела.

10 июня Малиновский представил Хрущеву несколько кандидатур на пост руководителя операции. Выбор пал на командующего Северо-Кавказским военным округом Ису Плиева, чьи войска неделей раньше расстреляли восставших рабочих в Новочеркасске.

Одним из мотострелковых полков командовал будущий министр обороны СССР и член ГКЧП Дмитрий Язов.

Для переброски войск и техники были задействованы 86 торговых кораблей, якобы везших на Кубу сельскохозяйственную технику и отплывавших из шести портов от Североморска до Севастополя. Даже капитаны и войсковые командиры не знали пункта назначения и вскрыли секретные пакеты лишь в океане.

Словесные залпы

В три часа ночи 14 октября У-2 4080-го стратегического разведывательного крыла, пилотируемый майором Ричардом Хейзером, взлетел с авиабазы Эдвардс в Калифорнии. В 07:31 Хейзер достиг Кубы и в течение 12 минут сфотографировал стартовые позиции ракет Р-12 и сами ракеты в районе Сан-Кристобаля.

Два дня ушли на расшифровку и анализ информации. В 08:45 16 октября снимки с соответствующим комментарием легли на стол Кеннеди. Он немедленно вызвал на совещание 14 военных и политических советников, включая своего брата, министра юстиции Роберта Кеннеди, и приказал повысить интенсивность разведывательных полетов над Кубой в 90 раз; с двух в месяц до шести в день.

Подпись к фото,

Громыко и Добрынин уверяют Кеннеди в отсутствии советских ракет на Кубе

Министры и военачальники посчитали бомбардировку Кубы преждевременной и рекомендовали ограничиться морской блокадой острова и дипломатическими мерами.

18 октября Кеннеди принял прибывшего на сессию Генассамблеи ООН министра иностранных дел СССР Андрея Громыко. В ходе беседы, продолжавшейся 2 часа 20 минут, тот утверждал, что "наша помощь преследует исключительно цели содействия обороноспособности Кубы и развитию ее мирной экономики", и военное сотрудничество ограничивается "обучением кубинского персонала обращению с некоторыми оборонительными видами оружия".

Кеннеди точно знал, что Громыко лжет ему в глаза, но обострять разговор не стал.

Президент также лукавил, заявив Громыко, что "мы не имеем никаких намерений нападать на Кубу", хотя соответствующий план под кодовым названием "Мангуста" был к тому времени полностью готов и для приведения в действие нуждался лишь в его санкции.

22 октября в 19:00 по вашингтонскому времени Кеннеди выступил по телевидению с заявлением о "вероломстве Советов, установивших ракеты на Кубе", "опасности, нависшей над США" и "необходимости дать отпор".

Президент потребовал созыва Совета Безопасности ООН, объявил о создании кризисного штаба и мерах по изоляции Кубы.

Вопреки распространенному мнению, он ввел не полную морскую блокаду острова, а так называемый "карантин": режим досмотра следующих на Кубу судов с разрешением следовать дальше, если на борту не окажется ничего подозрительного.

За час до выступления советскому послу Анатолию Добрынину было передано личное послание Кеннеди Хрущеву: "Должен сказать Вам, что Соединенные Штаты полны решимости, чтобы эта угроза безопасности Западного полушария была устранена. Я не допускаю, что Вы или любой здравомыслящий человек толкнет в наш ядерный век мир в войну, которую, как это абсолютно ясно, ни одна страна не может выиграть".

Через несколько часов Малиновский направил Плиеву телеграмму с указанием "принять все меры к повышению боевой готовности и к отражению противника совместно с кубинской армией и всеми своими силами, за исключением средств генерала Стаценко [ракеты] и грузов генерала Белобородова [боеголовки].

Военные аналитики указывают, что советские войска, находившиеся за тысячи километров от родины, никак не могли отразить возможную массированную атаку американской армии без применения ядерного оружия. При этом в случае потери связи в обстановке боевых действий, такое решение вполне могли принять самостоятельно командиры дивизионного и даже полкового уровня.

Официальным ответом стало Заявление Советского Правительства, зачитанное по радио на следующий день в 16:00 по времени Москвы. Действия США были названы в нем "провокационными" и "агрессивными". Сообщалось о приведении Вооруженных сил СССР в боевую готовность и отмене отпусков личному составу.

Для советских граждан заявление прозвучало как гром среди ясного неба, тем более, что огласил его "диктор особого назначения" Юрий Левитан, во время войны зачитывавший сводки Совинформбюро, а в апреле 1961 года объявивший стране и миру о полете Гагарина.

Часом ранее послу США в Москве Фою Копперу было передано послание Хрущева Кеннеди: "Заявление Правительства Соединенных Штатов Америки нельзя оценить иначе как неприкрытое вмешательство во внутренние дела Кубинской Республики, Советского Союза и других государств. Устав Организации Объединенных Наций и международные нормы не дают права ни одному государству устанавливать в международных водах проверку судов".

Беспокойство Хрущева было объяснимым, поскольку на подходе к Кубе находился сухогруз "Александровск" с очередной порцией ядерных боеприпасов.

23 октября Кеннеди выдвинул Хрущеву ультиматум: "Я думаю, Вы признаете, что первым шагом, послужившим началом нынешних событий, было действие Вашего правительства, выразившееся в тайной поставке на Кубу наступательного оружия. Надеюсь, что вы дадите немедленное указание вашим судам соблюдать условия карантина, который вступит в силу в 14 часов по гринвичскому времени 24 октября".

Подпись к фото,

Двигатель самолета У-2, сбитого в "черную субботу", в гаванском Музее революции

На следующий день в 23:30 по московскому времени посольство США получило ответ Хрущева, изобиловавший выражениями вроде "прямой разбой" и "безумие вырождающегося империализма" и содержавшее угрозу: "Мы не будем просто наблюдателями пиратских действий американских кораблей в открытом море. Мы будем вынуждены предпринять меры, которые сочтем нужными и достаточными".

Стало очевидно, что дальше надо либо воевать, либо идти на взаимные уступки.

25 октября "Александровск" беспрепятственно прибыл в порт Ла-Изабелла, но остальным 29 судам было приказано изменить курс и к берегам Кубы не приближаться.

В тот же день состоялось экстренное заседание Совета Безопасности ООН, на котором разразился беспрецедентный скандал. После того, как советский представитель Валериан Зорин твердо заверил мировое сообщество, что никаких ракет на Кубе нет, американский посол Эдлай Стивенсон эффектно продемонстрировал сделанные с воздуха фотоснимки.

Начиная с 25 октября, в переписке Кеннеди и Хрущева зазвучали примирительные ноты.

В послании советскому лидеру, переданному в посольство в 01:45 и прочитанному в Москве около 14:00 по местному времени, президент писал: "Я выражаю сожаление, что эти события вызвали ухудшение в наших отношениях. Я призывал к сдержанности тех в нашей стране, которые призывали к действиям. Надеюсь, что Ваше правительство предпримет необходимые действия, позволяющие восстановить существовавшее ранее положение".

В ответе, врученном послу Копперу в 16:43, то есть менее чем через три часа после получения письма Кеннеди, Хрущев высказался в том же духе: "Я почувствовал, что у Вас есть понимание сложившейся ситуации и осознание ответственности. Это я ценю. Мы не должны поддаваться угару и мелким страстям".

В громадном документе, передававшемся в Госдепартамент четырьмя кусками, Хрущев впервые выдвинул условия компромисса: "Если бы были даны заверения президента и правительства Соединенных Штатов, что США не будут участвовать в нападении на Кубу, если вы отзовете свой флот - это сразу все изменит".

Однако на следующий день произошло новое обострение обстановки. Вызвал его Фидель Кастро, которому не терпелось поучаствовать в мировых событиях.

Утром 26 октября он приказал кубинским ПВО сбивать американские разведывательные самолеты, а вечером вручил послу Алексееву письмо для Хрущева, в котором уверял в неизбежности американского нападения на Кубу "в ближайшие 72 часа" и призывал СССР проявить твердость. Хрущев, занятый в тот момент более важными делами, удосужился прочесть его лишь 28 октября.

С утра 27 октября кубинцы принялись интенсивно обстреливать У-2, но ни в один из них не попали.

Командир одного из советских зенитно-ракетных дивизионов капитан Антонец сообщил в штаб группировки, что в зоне его ответственности замечен У-2 и попросил разрешения поддержать огнем кубинских товарищей.

Ему ответили, что советские войска соответствующего приказа не получали и требуется санкция Плиева, а того в данный момент нет на месте. Поскольку У-2 должен был вот-вот покинуть воздушное пространство Кубы, капитан принял решение самостоятельно и в 10:22 по местному времени сбил самолет. Погиб пилот Рудольф Андерсон.

По другим данным, Антонец все-таки заручился согласием кого-то из начальства.

Стало ясно, что война может начаться в любой момент из-за случайности и помимо воли первых лиц.

Историки называют 27 октября 1962 года "черной субботой" и считают днем кульминации Карибского кризиса.

Узнав об уничтожении У-2, советское руководство пошло на беспрецедентный шаг. Чтобы не тратить времени на передачу текста по дипломатическим каналам и его расшифровку, очередное послание Хрущева Кеннеди было зачитано прямо в радиоэфире: "Я вношу предложение: мы согласны вывезти те средства с Кубы, которые вы считаете наступательными средствами. Ваши представители сделают соответствующее заявление о том, что США, со своей стороны, вывезут свои аналогичные средства из Турции".

Через несколько часов последовал ответ Кеннеди: "Ключевые элементы Вашего предложения приемлемы".

Окончательное согласование позиций произошло в ночь с 27 на 28 октября в ходе встречи Роберта Кеннеди с советским послом Добрыниным в здании министерства юстиции.

Американский собеседник заявил, что его брат готов дать гарантии ненападения и снятия блокады с Кубы. Добрынин спросил о ракетах в Турции. "Если в этом единственное препятствие к достижению урегулирования, то президент не видит непреодолимых трудностей в решении вопроса", - ответил Кеннеди.

На следующий день в 12:00 по московскому времени Хрущев собрал на своей даче в Ново-Огарево президиум ЦК КПСС. Во время заседания его помощника Олега Трояновского попросили к телефону. Звонил Добрынин, передавший слова Роберта Кеннеди: "Мы должны получить ответ из Кремля сегодня же, в воскресенье. Осталось очень мало времени для разрешения проблемы".

Хрущев сразу же пригласил стенографистку и продиктовал последнее послание Белому Дому: "Я с уважением и доверием отношусь к Вашему заявлению, что на Кубу не будет вторжения. Мотивы, побудившие нас к оказанию помощи Кубе, отпадают. Чтобы завершить ликвидацию опасного конфликта, Советское правительство отдало распоряжение о демонтаже вооружения, которые вы называете наступательным, упаковке его и возвращении его в Советский Союз".

В 15:00 Малиновский послал Плиеву приказ начать демонтаж стартовых площадок.

В 16:00 советское радио объявило, что кризис преодолен.

В течение трех дней все ядерные боеголовки были погружены на сухогруз "Архангельск", который в 13:00 1 ноября взял курс на Североморск.

Всего на вывод советской группировки потребовались три недели.

20 ноября Кеннеди отменил морской карантин.

В литературе имеет широкое хождение версия о ключевой роли разведки в урегулировании Карибского кризиса.

Еще в мае 1961 года Роберт Кеннеди на дипломатическом приеме подошел к вашингтонскому резиденту ГРУ Георгию Большакову, работавшему под прикрытием должности атташе посольства по культуре, и предложил регулярно встречаться для конфиденциального обмена мнениями.

С санкции президиума ЦК КПСС Большаков за полтора года виделся с братом президента в неформальной обстановке более 40 раз.

16 октября сразу после совещания в Белом доме Роберт Кеннеди пригласил Большакова к себе домой, но, поскольку тот твердил, что никаких ракет нет, утратил к нему доверие.

Тогда американцы решили использовать в качестве дополнительного канала связи резидента КГБ Александра Феклисова.

22 октября ему позвонил близкий к администрации обозреватель телеканала Эй-би-си Джон Скали.

В ходе "исторической" встречи в вашингтонском отеле "Оксидентал" 26 октября Скали передал Феклисову условия Кеннеди: вывод ракет в обмен на обещание не трогать Кубу.

Российский историк, бывший начальник Архивного управления при президенте РФ Рудольф Пихоя считает, что значение переговоров Скали и Феклисова сильно преувеличено.

В дни кризиса между Вашингтоном и Москвой действовали 17 различных каналов связи, указывает он.

Добрынин не стал визировать шифротелеграмму Феклисова, сказав, что для информирования руководства в Москве нужны официальные заявления, а не слова какого-то журналиста, и резидент отправил ее без подписи посла.

Много шума из ничего

Большинство военных аналитиков считают карибскую операцию авантюрой.

Долгое время скрывать наличие на Кубе ракет было невозможно, а когда тайное стало явным, у Хрущева не оставалось иного выхода, кроме как идти на попятный.

По количеству ядерных боеприпасов США на тот момент превосходили СССР в 17 раз. Их территория оставалась почти неуязвимой, тогда как американские авиабазы окружали Советский Союз по всему периметру границ.

Суммарная мощность ввезенных на Кубу зарядов составляла около 70 мегатонн, однако использовать даже теоретически можно было только 24.

Главную ударную силу составляли тяжелые ракеты Р-14, но доставить успели только боеголовки, а носители еще плыли через океан.

Ракеты Р-12 имели вдвое меньший радиус действия, причем перед стартом их требовалось привести в вертикальное положение и готовить два с половиной часа, а подлетное время американских бомбардировщиков, постоянно дежуривших в воздушном пространстве вокруг Кубы, составляло 15-20 минут. Советская ПВО, конечно, не дремала бы, но превосходство ВВС США было подавляющим.

Почти половина всех зарядов приходилась на беспилотные самолеты-снаряды ФКР-1, но они могли достичь только Флориды, к тому же, как и бомбардировщики Ил-28А, летали на дозвуковых скоростях, и их шансы прорваться к целям сквозь заслон американских сверхзвуковых истребителей были близки к нулю.

Тактические ракеты "Луна" с дальностью 80 км вообще годились только для ударов по кубинской территории в случае высадки десанта.

Кто кого переиграл?

15 дислоцированных в Турции американских ракет средней дальности "Юпитер" являлись устаревшими и в 1963 году все равно подлежали плановому списанию.

Обязательство Кеннеди не вторгаться на Кубу на бумаге не фиксировалось и для следующих президентов юридической силы не имело.

Советские суда, вывозившие войска с Кубы, в Атлантике на близком расстоянии сопровождали корабли ВМФ США. По воспоминаниям участников событий, "убирались восвояси под улюлюканье сплевывающей за борт американской матросни".

О существовании плана "Мангуста" стало известно много лет спустя. В 1962 году Кеннеди предстал в облике честного партнера, ставшего жертвой наглой лжи и вероломства.

Казалось бы, больше всех мирному разрешению кризиса должны были радоваться руководители Кубы, чья страна в случае войны первой превратилась бы в радиоактивную пыль. Официальная позиция СССР всегда сводилась к тому, что единственной целью операции являлась защита Кубы, и эта цель достигнута. Однако Фидель Кастро и его коллеги сильно обиделись на то, что при принятии решения о выводе ракет с ними не посоветовались.

"Мы поняли, как одиноки были бы в случае войны", - сказал Фидель в речи перед соратниками.

5 ноября Че Гевара заявил Анастасу Микояну, срочно прилетевшему в Гавану успокаивать самолюбивых партнеров, что СССР своим "ошибочным", по его мнению, шагом "уничтожил Кубу".

Не преминул извлечь пропагандистские дивиденды маоистский Китай. Сотрудники посольства КНР в Гаване устроили "хождения в массы", во время которых обвиняли СССР в оппортунизме, и демонстративный сбор крови для кубинцев.

"Замешательство коснулось не только простого народа, но и ряда кубинских руководителей", - докладывал 3 ноября в Москву посол Алексеев.

Высокопоставленный работник Международного отдела ЦК КПСС Анатолий Черняев вспоминал, как в 1975 году во время работы в Завидово над Отчетным докладом XXV съезду КПСС Леонид Брежнев вдруг вспомнил Карибский кризис.

"Я не забуду, как Никита в панике то пошлет телеграмму Кеннеди, то требует задержать ее, отозвать. А все почему? Никита хотел надуть американцев. Кричал на президиуме ЦК: "Мы попадем ракетой в муху в Вашингтоне!". И этот дурак Фрол Козлов ему вторил: "Мы держим пистолет у виска американцев!". А что получилось? Позор! И чуть в мировой войне не оказались. Сколько пришлось трудов потом положить, чтобы поверили, что мы действительно хотим мира!" - сказал преемник Хрущева.

Хронология событий

09.10.12

50-летие Карибского кризиса


16 июля 1945

В американском штате Нью-Мексико, на полигоне Аламогордо, проходит первое в мировой истории успешное испытание ядерного оружия.


6 и 9 августа 1945

Так называются ядерные бомбы, которые американцы сбрасывают на Хиросиму и Нагасаки. В результате взрывов гибнет более 210 тысяч человек.


5 марта 1946

Выступая перед студентами Вестминстерского колледжа г. Фултон, штат Миссури, Уинстон Черчилль впервые употребляет термин «железный занавес». Именно этот момент многие считают началом холодной войны между сверхдержавами.


29 августа 1949

На Семипалатинском полигоне проходят испытания первой советской атомной бомбы РДС-1. Ядерная монополия США закончена.


27 ноября 1958

Передав контроль над Восточным Берлином ГДР, Никита Хрущев требует от США, Франции и Великобритании вывести оккупационные войска из Западного Берлина. На требование советского лидера союзники отвечают отказом. Начинается Берлинский кризис.


Январь 1959

Фидель Кастро одерживает победу в шестилетней вооруженной борьбе за власть. Кубинский диктатор Фульхенсио Батиста бежит за границу, а Кастро занимает пост премьер-министра Кубы.


7 мая 1960

СССР признает правительство Кубы и устанавливает с ней дипломатические отношения.


Январь 1961

Правительство Кастро национализирует американские компании. В ответ на это Соединенные Штаты отзывают из страны своего посла и закрывают посольство.


17-19 апреля 1961

Военная операция США, целью которой является свергнуть режим Фиделя Кастро, терпит поражение. Советское правительство направляет Соединенным Штатам ноту протеста с требованием прекратить агрессию по отношению к Кубе.


Июнь


1961

В соответствии с соглашением, заключенным между Турцией и США еще в конце 1959 года, американские ракеты средней дальности дислоцированы на турецкой территории. Хрущев воспринимает это как личное оскорбление.


3-4 июня 1961

В Вене проходит первая встреча Никиты Хрущева и Джона Кеннеди. Советского лидера разочаровывают молодость и неопытность Кеннеди. По распространенному мнению, это во многом объясняет дальнейший ход истории.


13 августа 1961

«Железный занавес» обретает материальную форму: в течение одной ночи возводится Берлинская стена, которая физически разделяет западную и восточную части города и метафорически – социалистический и капиталистический миры.


3 февраля 1962

Правительство США запрещает американским акторам иметь экономические, торговые и финансовые отношения с Кубой.


13-20 мая 1962

Из мемуаров Н. Хрущева: «Ездил я по Болгарии, а мой мозг неотвязно сверлила мысль: "Что будет с Кубой? Кубу мы потеряем!" […] Надо было что-то придумать. Что? Очень сложно найти вот это что-то, что можно было противопоставить США. […] И я подумал: а что, если мы, договорившись с правительством Кубы, тоже поставим там свои ракеты с атомными зарядами, но скрытно, чтобы от США это было сохранено в тайне?». Вернувшись из поездки, Хрущев поделился своей идеей с Андреем Громыко, Анастасом Микояном и Родионом Малиновским.


21 мая 1962

На заседании Совета обороны СССР принимается план секретного перемещения советских вооружений на территорию Кубы.


28-29 мая 1962

Группа советских дипломатов едет на Кубу с целью договориться с Кастро о размещении на кубинской территории советских ракет. Поездка проходит успешно.


10 июня 1962

Президиум ЦК единогласно голосует за создание Группы советских войск на Кубе по плану министра обороны Малиновского. Среди прочего, на Остров Свободы решено перебросить 24 ракеты среднего радиуса действия, 16 ракет промежуточного радиуса действия, а также более 50 тысяч военнослужащих.


Август 1962

Разработанная Генштабом под руководством маршала СССР Ивана Баграмяна операция по переброске вооружений на Кубу получает название «Анадырь», которое призвано создать и у «своих», и у «чужих» впечатление, будто грузы направляются на Север. Уже в этом месяце на Кубу приходят первые советские корабли.


8 сентября 1962

Сухогруз с таким названием доставляет на Кубу первые советские ядерные вооружения – 8 ракет типа «Р-12».


14 октября 1962

К середине октября на Кубу прибывает большая часть советских ракет и оборудования. Американский самолет-разведчик U2 пролетает над Кубой и делает фотографии баллистических ракет средней дальности.


16 октября 1962

С целью разрешения ситуации Джон Кеннеди создает Исполнительный комитет Совета национальной безопасности США (The Executive Committee of the National Security Council), в который, кроме него самого, входят вице-президент Линдон Джонсон, госсекретарь Дин Раск, министр обороны Роберт Макнамара, генеральный прокурор Роберт Кеннеди и другие. Комитет предлагает 3 варианта поведения: уничтожить ракеты точечными ударами, провести полномасштабную военную операцию или ввести блокаду Кубы.


18 октября 1962

Кеннеди встречается с министром иностранных дел СССР Андреем Громыко и советским послом в США Анатолием Добрыниным. Последний ничего не знает о планах Хрущева, а Громыко заверяет американского президента, что советских ракет на Кубе нет.


22 октября 1962

В телеобращении к нации президент США объявляет о наличии на территории Кубы советского ядерного оружия и о введении карантина. Термин выбран неслучайно: блокада была бы воспринята международным сообществом как акт войны, а карантин предполагает «лишь» препятствование поставкам на Остров Свободы вооружений.


24 октября 1962

К 10 утра, когда вступает в силу карантин, американские военные суда окружают Кубу. Капитанам 30 кораблей, идущих по направлению к Острову Свободы, Хрущев отдает приказ продолжать путь. Вооруженные силы СССР и стран Варшавского договора приводятся в состояние повышенной боевой готовности.


Вечер 24 октября 1962

Несмотря на блокаду «Александровск» (с ядерными боеголовками на борту) и другие советские корабли достигают берега Кубы. Американцы не открывают по ним огонь. Хрущев и Кеннеди обмениваются посланиями: американский президент призывает советского лидера «проявить благоразумие», а глава СССР требует прекратить карантин – «акт агрессии, толкающий человечество к пучине мировой ракетно-ядерной войны».


25 октября 1962

На экстренном заседании СБ ООН представитель Соединенных Штатов Адлай Стивенсон потребовал у советского коллеги Валерия Зорина признать – не дожидаясь официального перевода – наличие ракет Советского Союза на территории Кубы. Зорин отказался, и Стивенсон продемонстрировал участникам встречи фотографии ракетных позиций на кубинской территории. Впервые в американской истории боевая готовность вооруженных сил США повышена до уровня DEFCON-2.


26 октября 1962

Хрущев отправляет Кеннеди письмо, в котором предлагает демонтировать советские ракеты и увезти их с территории Кубы, если Соединенные Штаты пообещают не вторгаться на территорию Острова Свободы. Письмо заканчивается фразой «Нам с вами не следует сейчас тянуть за концы верёвки, на которой вы завязали узел войны».


27 октября 1962

Фидель Кастро направляет Хрущеву письмо, в котором говорит о неминуемости американской интервенции на Кубу. Одновременно министр обороны Родион Малиновский получает от Иссы Плиева, командующего советскими войсками на Кубе, сообщение об активизации американцев у кубинских берегов. Оба послания приходят в Кремль в субботний полдень. Вечером этого же дня на Кубе советские военные сбивают американский самолет-разведчик. Ядерная война кажется неотвратимой.


Ночь 27-28 октября 1962

В ходе встречи с Анатолием Добрыниным Роберт Кеннеди утверждает, что США готовы прекратить блокаду и предоставить гарантии ненападения на Кубу, если Советский Союз выведет ракеты с территории Острова Свободы. Добрынин поднимает вопрос об американских ракетах в Турции. Роберт Кеннеди подтверждает готовность их демонтировать в течение нескольких месяцев.

 


28 октября 1962

Члены Президиума ЦК собираются на даче в Ново-Огарево, чтобы обсудить возможные варианты ответа на письмо американского президента, пришедшее утром и содержащее план решения кризиса. В это же время приходит послание из Вашингтона: Добрынин передает суть разговора с Робертом Кеннеди и желание Пентагона получить ответ в тот же день. Хрущев вызывает стенографистку и надиктовывает ей текст своего согласия. В официальном заявлении, опубликованном в «Правде», нет ни слова о выводе американских ракет с территории Турции.


5-9 ноября 1962

Советский Союз демонтирует ракеты и вывозит их с территории Кубы.


20 ноября 1962

Убедившись, что на территории Кубы не осталось советских ядерных вооружений, США снимают карантин с Острова Свободы.


Апрель 1963

Американцы демонтируют размещенные в Турции ракеты «Юпитер».


20 июня 1963

Между Москвой и Вашингтоном проложена прямая телефонная линия, позволяющая решать наиболее срочные вопросы без посредников.


5 августа 1963

США, СССР и другие ядерные, а также многие безъядерные государства подписывают договор об ограничении ядерных испытаний. Соглашение предусматривает возможность испытывать ядерные бомбы только под землей.


5 марта 1970

Вступает в силу благодаря усилиям Советского Союза, США и Великобритании. Сегодня членами ДНЯО являются 190 государств. Израиль, Индия, Пакистан и Северная Корея членами договора не являются.


26 мая 1972

Первый раунд переговоров между США и СССР об ограничении стратегических ядерных вооружений завершается подписанием ОСВ-I. Договор предусматривает ограничение количества баллистических ракет и пусковых установок на уровне того времени.


18 июня 1979

Второй раунд переговоров завершается подписанием в Вене Леонидом Брежневым и Джимми Картером договора ОСВ-II, который предусматривает дальнейшее сокращение стратегических вооружений.



9 ноября 1989

Берлинцы разрушают стену, разделявшую город на восточную и западную части в течение 28 лет. Это событие считается одним из ярчайших символов конца холодной войны.



30-31 июля 1991

Договор об ограничении стратегических наступательных вооружений вступает в силу через три года после подписания. Его соблюдение усложняется из-за распада Советского Союза.



Январь 1993

Второй договор об ограничении стратегических наступательных вооружений подписывают Борис Ельцин и Джордж Буш. Договор так и не вступает в силу, хотя и Россия, и США ратифицировали его.


24 мая 2002

Россия и США подписывают Договор о сокращении стратегических наступательных потенциалов (СНП). Договор предусматривает ограничение ядерных боеголовок, которые находятся в состоянии боевой готовности. Срок действия документа истекает 31 декабря 2012 года.



8 апреля 2010

Дмитрий Медведев и Барак Обама подписывают Договор между РФ и США о мерах по дальнейшему сокращению и ограничению стратегических наступательных вооружений. Документ вступает в силу 5 февраля 2011 года и предусматривает сокращение ядерных боезарядов до 1550 единиц, межконтинентальных баллистических ракет, баллистических ракет подводных лодок и тяжёлых бомбардировщиков — до 700 единиц.


Карибский кризис – кратко

Карибский кризис 1962 – острый политический и военный конфликт между СССР и США, который поставил мир на порог ядерной войны. Это был пик Холодной войны, после которого отношения между двумя сверхдержавами стали оттаивать. Но что там все-таки произошло и причем тут Карибы? Разберём поэтапно:

Участники Карибского кризиса:

Главные роли: генеральный секретарь СССР – Н. Хрущев и президент США Дж. Кеннеди.

Роль второстепенная: лидер кубинской революции Фидель Кастро.

Этапы:

1. 1959 год. На Кубе совершается социалистическая революция под предводительством Фиделя Кастро. Обостряются отношения с США, т.к. кубинцы национализируют предприятия, принадлежавшие американцам. Параллельно налаживаются отношения с СССР, который начинает закупать на Кубе сахар и присылает своих специалистов в помощь построения социалистического общества.

2. США располагает свои баллистические ракеты в Турции. Таким образом, в зоне досягаемости находилась вся европейская часть России и Москва в частности. СССР воспринимает этот шаг как угрозу.

3. Никита Хрущев в 1962 г. решает в ответ на отказ США убрать турецкие ракеты расположить свои баллистические ракеты уже на Кубе – в непосредственной близости от США. Тем более, Фидель Кастро давно просил усилить советское присутствие для защиты от возможных посягательств США.

4. Операция «Анадырь» – август-сентябрь 1962. Собственно, размещение советских баллистических ракет на Кубе. Проходила под прикрытием отправки груза на Чукотку.

5. Сентябрь 1962. Американские самолеты разведчики сфотографировали строительство зенитных установок на Кубе. Президент США Кеннеди с конгрессом обсуждают ответную реакцию США. Предлагалось военное вторжение на Кубу, но Кеннеди высказался против. В итоге сошлись на морской блокаде (что, согласно международному праву, считается актом войны).

6. 24 октября 1962 г. Начало военно-морской блокады Кубы. В это же время туда шли 30 советских кораблей с ядерными боеголовками. Проблема состояла в том, что в самом факте присутствия советских ракет на Кубе не было ничего противозаконного. Точно такие же ракеты НАТО устанавливал по всей Европе и в Турции в частности. Президиум ЦК КПСС объявляет повышенную боевую готовность.

7. 25 октября 1962 г. Повышение боевой готовности вооруженных сил США до рекордного за историю уровня.

8. 26 октября 1962 г. Хрущев пишет Кеннеди письмо, где предлагает демонтировать ракеты с условием гарантий безопасности режима на Кубе.

9. 27 октября 1962 г., «Черная суббота». Современники назвали ее «днем, когда мог кончиться календарь». Над Кубой был сбит американский самолет-разведчик U-2. В тот же день произошло столкновение советской подводной лодки Б-59 с американскими ВМС. Подводная лодка под командованием капитана Савитского и его помощника Архипова вышла в сторону Кубы еще 1 октября, связи с Москвой не имела и экипаж не знал о политической ситуации. Американцы не знали, что на подводной лодке находятся ядерные ракеты и начали обкладывать подлодку бомбами, вынуждая всплыть. Экипаж подводной лодки и командир решили, что война уже началась и начали голосование за удар по американским силам – «Все умрем, но их потопим». Из офицерского состава отказался от удара Василий Архипов. Согласно инструкции, атаку можно было начать

только в случае согласия всех офицеров, поэтому вместо ядерного удара был подан сигнал американским ВМС о прекращении провокации и лодка всплыла. Если бы Василий Архипов проголосовал «за», то началась бы ядерная война.

10. Ночь с 27 на 28 октября 1962 г. Роберт Кеннеди, министр юстиции США, встречается с послом СССР Анатолием Добрыниным. Они обсуждают условия перемирия и снятия конфликта.

11. 28 октября 1962 г. Кеннеди отправляет в Кремль сообщения, в котором дает гарантии ненападения на Кубу и обещает снять военно-морскую блокаду с условием, что СССР выводит свои баллистические ракеты с Кубы. Кризис начал разрешаться.

Итоги и последствия Карибского кризиса:

1. СССР выводит баллистические ракеты с Кубы

2. США выводит баллистические ракеты из Турции.

3. США дает гарантии невмешательства в политический режим на Кубе.

4. Создание прямой телефонной связи между Москвой и Вашингтоном

5. Осознание серьезности ядерной угрозы заставило пойти на спад Холодную войну

Записаться на курсы ЕГЭ по истории в Красноярске вы можете позвонив по телефону +7(391)2-950-216, +7(391)2-4141-23 

Глушенкова Ольга Александровна,
преподаватель истории и обществознания

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

Поделиться ссылкой:

Похожее

вех: 1961–1968 - Офис историка

Кубинский ракетный кризис октября 1962 года был прямым и опасным противостоянием. между Соединенными Штатами и Советским Союзом во время холодной войны и был момент, когда две сверхдержавы вплотную подошли к ядерному конфликту. Кризис был уникальный во многих отношениях, включая расчеты и просчеты как прямые и секретные сообщения и недопонимание между двумя сторонами.Драматический кризис характеризовался еще и тем, что в первую очередь разыгралась на уровне Белого дома и Кремля с относительно небольшим вкладом от соответствующей бюрократии, обычно участвующей во внешней политике процесс.

Аэрофотоснимок ракетной площадки в Сан-Кристобале, Куба. (Джон Ф. Кеннеди)

После неудачного U.Попытка С. свергнуть режим Кастро на Кубе с помощью Залива вторжения свиней, и пока администрация Кеннеди планировала операцию Мангуст, июль 1962 года, премьер-министр СССР Никита Хрущев. достигли тайного соглашения с кубинским премьером Фиделем Кастро. разместить советские ядерные ракеты на Кубе, чтобы предотвратить любую попытку вторжения в будущем. Строительство нескольких ракетных площадок началось в конце лета, но СШАразведка обнаружила доказательства общего наращивания советских вооружений на Кубе, включая советские бомбардировщики Ил-28, во время обычных наблюдательных полетов и на 4 сентября 1962 г. президент Кеннеди опубликовал предупреждение против введения наступательных вооружений на Кубу. Несмотря на предупреждение, 14 октября американский самолет U – 2 сделал несколько снимков, ясно показывающих площадки для баллистических ядерных ракет средней и средней дальности (БРСД). и БРСД), строящиеся на Кубе.Эти изображения были обработаны и представлены в Белый дом на следующий день, тем самым ускорив наступление кубинских Ракетный кризис.

Кеннеди вызвал своих ближайших советников, чтобы рассмотреть варианты и направить курс действия для Соединенных Штатов, которые разрешили бы кризис. Некоторый советники, в том числе весь Объединенный комитет начальников штабов, выступали за нанесение воздушного удара по уничтожить ракеты, а затем - U.С. вторжение на Кубу; другие предпочитали строгий предупреждения Кубе и Советскому Союзу. Президент выбрал середину курс. 22 октября он приказал ввести морской «карантин» Кубы. Использование «Карантин» юридически отличил это действие от блокады, которая предполагала состояние войны существовало; также разрешено использование «карантина» вместо «блокады» Соединенные Штаты, чтобы получить поддержку Организации американских Состояния.

В тот же день Кеннеди отправил Хрущеву письмо, в котором заявил, что Соединенные Штаты Государства не разрешали поставки наступательного оружия на Кубу и требовали что Советы демонтируют уже строящиеся ракетные базы или завершено, и вернуть все наступательное оружие в СССР. первый в серии прямых и косвенных коммуникаций между Белым домом и Кремль на протяжении оставшейся части кризиса.

В тот вечер Президент также выступил по национальному телевидению, чтобы проинформировать общественность. событий на Кубе, его решение инициировать и обеспечить соблюдение «Карантин» и возможные глобальные последствия, если кризис продолжится обостриться. Тон высказывания президента был суровым, а послание безошибочно узнаваемый и вызывающий воспоминания о Доктрине Монро: «Это должна быть политика эта нация, чтобы рассматривать любую ядерную ракету, запущенную с Кубы, против любой нации в Западном полушарии как нападение Советского Союза на Соединенные Штаты, требуя полного ответного ответа Советскому Союзу.”Объединенный комитет начальников штаба объявили о статусе военной готовности DEFCON 3 как военно-морские силы США. начал внедрение карантина и ускорило планы для военных удар по Кубе.

24 октября Хрущев ответил на сообщение Кеннеди заявлением, что «блокада» США была «актом агрессии», и советские корабли, направлявшиеся в Кубе будет приказано действовать.Тем не менее, 24 и 25 октября некоторые корабли повернули назад от карантинной линии; другие были остановлены военно-морскими силами США сил, но они не содержали наступательного оружия, и поэтому им было разрешено двигаться дальше. Между тем разведывательные полеты США над Кубой указали на наличие советской ракеты. объекты приближались к оперативной готовности. Без видимого конца кризиса в Вооруженные силы США были размещены на DEFCON 2, что означает войну с участием стратегических Воздушное командование было неизбежно.26 октября Кеннеди сказал своим советникам, что, похоже, что только нападение США на Кубу приведет к удалению ракет, но он настаивал на давая дипломатическому каналу немного больше времени. Кризис достиг виртуальный тупик.

Однако в тот день кризис принял драматический оборот. Корреспондент ABC News Джон Скали сообщил в Белый дом, что к нему обратился советский агент, предполагающий, что может быть достигнуто соглашение, в котором Советы будут вывести свои ракеты с Кубы, если Соединенные Штаты пообещали не вторгаться в остров.В то время как сотрудники Белого дома изо всех сил пытались оценить обоснованность этой «обратной канал », Хрущев отправил Кеннеди сообщение вечером 26 октября. Это означало, что оно было отправлено посреди ночи по московскому времени. Это было долго, эмоциональное послание, поднявшее призрак ядерного холокоста, и представившее предложенное решение, которое удивительно напоминало то, что Скали сообщил ранее, что день. «Если нет намерения, - сказал он, - обречь мир на катастрофу. термоядерной войны, то давайте не только ослабим силы, дергающие за концы веревки, давайте примем меры, чтобы развязать этот узел.Мы готовы к это."

Хотя американские эксперты были убеждены, что послание Хрущева было подлинным, надежда на разрешение была недолгой. На следующий день, 27 октября, Хрущев прислал другое сообщение о том, что любая предлагаемая сделка должна включать удаление Американские ракеты Юпитер из Турции. В тот же день американский разведывательный самолет U – 2. был сбит над Кубой. Кеннеди и его советники готовились к нападению на Кубу в течение нескольких дней, пока они искали оставшееся дипломатическое решение.Это было решил, что Кеннеди проигнорирует второе послание Хрущева и ответит к первому. В ту ночь Кеннеди изложил в своем послании Советскому Союзу. лидер предложил шаги по выводу советских ракет с Кубы под надзор со стороны Организации Объединенных Наций и гарантия того, что Соединенные Штаты не нападать на Кубу.

Игнорировать второе послание Хрущева было рискованным шагом.Генеральный прокурор Затем Роберт Кеннеди тайно встретился с послом СССР в США, Анатолий Добрынин и указал, что США планируют убрать ракеты Юпитер из Турции в любом случае, и что она сделает это в ближайшее время, но это не могли быть частью какого-либо публичного урегулирования ракетного кризиса. Следующий Утром 28 октября Хрущев выступил с публичным заявлением о том, что советские ракеты будут разобраны и вывезены с Кубы.

Кризис закончился, но морской карантин продолжался до согласия Советов. вывезти свои бомбардировщики Ил-28 с Кубы, а 20 ноября 1962 г. Штаты закончили свой карантин. Американские ракеты Юпитер были вывезены из Турции в Апрель 1963 г.

Кубинский ракетный кризис является уникальным событием времен холодной войны и укрепил имидж Кеннеди внутри страны и за рубежом.Он также может иметь помог смягчить негативное мировое мнение относительно провалившейся Бухты Свиней вторжение. Два других важных результата кризиса проявились в уникальных формах. Первый, несмотря на шквал прямых и косвенных связей между Белым домом и Кремль - возможно, из-за этого - Кеннеди и Хрущев, и их советники, которые на протяжении всего кризиса боролись за то, чтобы четко понимать друг друга истинные намерения, пока мир висел на грани возможной ядерной войны.В попытка предотвратить повторение этого, прямая телефонная связь между был основан Белый дом и Кремль; он стал известен как "Горячая линия." Во-вторых, приблизившись к грани ядерного конфликта, оба сверхдержавы начали пересматривать гонку ядерных вооружений и сделали первые шаги в согласии с Договором о запрещении ядерных испытаний.

кубинский ракетный кризис | Библиотека JFK

В течение тринадцати дней октября 1962 года мир ждал - казалось, на грани ядерной войны - и надеялся на мирное разрешение кубинского ракетного кризиса.

В октябре 1962 года американский самолет-разведчик U-2 тайно сфотографировал ядерные ракетные объекты, строящиеся Советским Союзом на острове Куба. Президент Кеннеди не хотел, чтобы Советский Союз и Куба знали, что он обнаружил ракеты. Он тайно встречался со своими советниками в течение нескольких дней, чтобы обсудить проблему.

После многих долгих и трудных встреч Кеннеди решил установить морскую блокаду или кольцо кораблей вокруг Кубы. Целью этого «карантина», как он его назвал, было воспрепятствовать Советскому Союзу ввозить больше военного снаряжения.Он потребовал снятия уже имеющихся ракет и уничтожения объектов. 22 октября президент Кеннеди рассказал нации о кризисе в телеобращении.

Щелкните здесь, чтобы прослушать адрес в цифровом архиве (JFKWHA-142-001)

Никто не был уверен, как советский лидер Никита Хрущев отреагирует на военно-морскую блокаду и требования США. Но лидеры обеих сверхдержав признали разрушительную возможность ядерной войны и публично согласились на сделку, по которой Советы демонтировали бы оружейные объекты в обмен на обещание Соединенных Штатов не вторгаться на Кубу.В рамках отдельной сделки, которая оставалась секретной более двадцати пяти лет, Соединенные Штаты также согласились вывести свои ядерные ракеты из Турции. Хотя Советы убрали свои ракеты с Кубы, они увеличили наращивание своего военного арсенала; ракетный кризис закончился, гонки вооружений не было.

Щелкните здесь, чтобы прослушать примечания в цифровом архиве (JFKWHA-143-004)

В 1963 году появились признаки ослабления напряженности между Советским Союзом и Соединенными Штатами.В своей вступительной речи в Американском университете президент Кеннеди призвал американцев пересмотреть стереотипы и мифы времен холодной войны и призвал к стратегии мира, которая сделает мир безопасным для разнообразия. Два действия также сигнализировали о потеплении в отношениях между сверхдержавами: установление телетайпа «Горячая линия» между Кремлем и Белым домом и подписание 25 июля 1963 года Договора об ограниченном запрещении ядерных испытаний.

В июне 1963 года президент Кеннеди сказал американцам языком, сильно отличавшимся от его инаугурационной речи: «Ибо, в конечном счете, наша основная общая связь - это то, что все мы живем на этой маленькой планете.Мы все дышим одним воздухом. Мы все дорожим будущим наших детей. И все мы смертны ».

Посетите нашу онлайн-выставку: Мир на грани: Джон Ф. Кеннеди и кубинский ракетный кризис

Ядерный вызов: кубинский ракетный кризис

Во время холодной войны США и Советский Союз в значительной степени не допускали вступают в прямой бой друг с другом из-за страха гарантированного взаимного уничтожения (MAD). Однако в 1962 году кубинский ракетный кризис опасно приблизил мир к ядерной войне.

«Почему бы не бросить ёжика в штаны дяди Сэма?»

Решение генерального секретаря СССР Никиты Хрущева разместить ядерные ракеты на Кубе было вызвано двумя важными событиями. Первым был подъем кубинского коммунистического движения, которое в 1959 году свергло президента Фульхенсио Батисту и привело к власти Фиделя Кастро. Кубинская революция стала оскорблением для Соединенных Штатов, которые взяли остров под свой контроль после испано-американской войны 1898 года. После предоставления Кубе независимости несколько лет спустя Соединенные Штаты остались ее близким союзником.По указанию президента Дуайта Д. Эйзенхауэра ЦРУ готовилось к свержению правительства Кастро. В результате вторжения в залив Свиней, приказанного президентом Джоном Ф. Кеннеди в апреле 1961 года, от рук кубинских революционных вооруженных сил было разгромлено около 1500 кубинских изгнанников, обученных американцами.

Между тем Советский Союз был заинтересован в том, чтобы помочь молодому коммунистическому правительству, которое неожиданно пришло к власти без какой-либо поддержки или влияния со стороны Москвы.Несмотря на унизительное поражение американцев в заливе Свиней, Советы опасались, что Соединенные Штаты будут продолжать выступать против режима Кастро и делегитимизировать его. Как объяснил Хрущев, «судьба Кубы и поддержание советского престижа в этой части мира занимали меня. Мы должны были придумать способ противостоять Америке не только словами. Нам нужно было создать ощутимый и эффективный сдерживающий фактор американского вмешательства в Карибский бассейн. Но что именно? Логичным ответом были ракеты »(Gaddis 76).

Еще одним фактором, который привел Хрущева к его решению, было несоответствие между американскими и советскими ядерными возможностями. По словам физика Павла Подвига, советские бомбардировщики в то время «могли доставить на территорию США около 270 единиц ядерного оружия». Напротив, у США были тысячи боеголовок, которые они могли доставить с помощью 1576 бомбардировщиков Стратегического авиационного командования, а также 183 межконтинентальных баллистических ракет (МБР) Atlas и Titan, 144 ракеты Polaris с помощью девяти атомных подводных лодок и десять недавно построенных межконтинентальных баллистических ракет Minuteman ( Родос 93).

У Советов еще не было надежного источника межконтинентальных баллистических ракет, но у них были эффективные баллистические ракеты средней дальности (БРСД) и баллистические ракеты средней дальности (БРСД). Если бы это оружие было развернуто на Кубе, всего в 90 милях от материковой части Америки, это, в глазах Хрущева, уравняло бы «то, что Запад любит называть« балансом сил »(Sheehan 438). С точки зрения Советского Союза, ядерное вооружение Кубы могло бы также послужить эффективным ответом на американские ракеты «Юпитер», развернутые в Турции.«Почему бы не бросить ежика в штаны дяди Сэма?» - пошутил Хрущев на митинге в апреле 1962 года (Gaddis 75).

Операция «Анадырь»

В мае 1962 года специальная советская делегация совершила секретную поездку на Кубу для проработки деталей операции под кодовым названием «Анадырь» с Кастро. (Маршал Сергей Бирюзов, член делегации, наивно предположил, что ракеты могут быть замаскированы под пальмы - на самом деле ракетные объекты очень трудно скрыть.) Советы планировали развернуть два типа ракет: Р-12, дальность действия 1292 миль могла поразить даже севернее Нью-Йорка или далеко на западе Даллас, а также R-14, который имел большую дальность действия 2500 миль, что делало большую часть Соединенных Штатов потенциальной целью.Только Р-12 сможет добраться до Кубы.

С июля по октябрь 1962 года Советы тайно перебрасывали войска и оборудование на Кубу. Если все пойдет по плану, американцы узнают об операции только тогда, когда будет уже поздно ее останавливать. 41 902 солдата были развернуты, большинство из которых были в гражданской одежде и представлены неубедительному кубинскому населению как «специалисты по сельскому хозяйству» - до начала кризиса. Тридцать шесть ракет Р-12 и двадцать четыре пусковые установки были успешно развернуты на острове, а также несколько тактических крылатых ракет, предназначенных для остановки вторжения американских войск (Шихан 441).После окончания холодной войны российские официальные лица сообщили, что на момент начала кризиса на Кубе было размещено 162 единицы ядерного оружия (Родос 99).

ЦРУ не знало об операции до октября, поскольку оно практически не присутствовало на Кубе после фиаско в заливе Свиней. Кроме того, серия международных инцидентов с участием самолетов-разведчиков U-2 вынудила Соединенные Штаты наложить пятинедельный мораторий на воздушную разведку над Кубой. Полеты возобновились 14 октября, когда майор ВВС Ричард Хейзер пролетел над островом и записал видеодоказательства местонахождения R-12.В сочетании с информацией от полковника Олега Пеньковского, шпиона ЦРУ в советской военной разведке, нельзя было отрицать суровую правду: Советский Союз размещал ракеты на Кубе.

Помещение ядерных ракет на карантин

Когда советские ракеты направлялись на Кубу, президент Кеннеди оказался перед неотложным решением. На брифинге 17 октября директор ЦРУ Джон А. Маккоун обозначил три варианта: 1) «Ничего не делать и жить с ситуацией», 2) «прибегнуть к тотальной блокаде, которая, вероятно, потребует объявления войны и ее применения». эффективное означало бы прерывание всех прибывающих кораблей »или 3)« Военные действия », которые, в свою очередь, имели ряд возможностей, начиная от прицельных ударов по ракетным объектам и заканчивая тотальным вторжением на остров (Ханхимаки и Вестад 484).

Кеннеди благоразумно исключил военный удар, отметив, что он мог бы пропустить хотя бы часть ракет и спровоцировал советский ответный удар, вероятно, против уязвимого Западного Берлина. В конечном итоге он выбрал второй вариант, предложенный ЦРУ, но с одним существенным отличием. Вместо того, чтобы публично назвать это «блокадой», которая, как отметил Маккоун, потребовала бы объявления войны, Кеннеди назвал это «карантином». Тем не менее его военные советники продолжали настаивать на атаке, на что Кеннеди язвительно заметил: «У этих латунных шляп есть одно большое преимущество в их пользу.Если мы послушаем их и сделаем то, что они от нас хотят, никто из нас не останется в живых позже, чтобы сказать им, что они были неправы »(Шихан, 445). Министр обороны Роберт Макнамара позже подтвердил, что американское вторжение побудило бы советские войска на Кубе «использовать свое ядерное оружие, а не терять его» (Rhodes 100).

Кеннеди объявил о блокаде 22 октября в речи, которая отозвала Доктрину Монро, политику девятнадцатого века, которая установила сферу влияния Соединенных Штатов в Западном полушарии, выступая против любой будущей европейской колонизации в Америке: «Это будет политика этой страны рассматривать любую ядерную ракету, запущенную с Кубы против любой страны в Западном полушарии, как нападение Советского Союза на Соединенные Штаты, требующее полного ответного ответа Советскому Союзу.Кеннеди также приказал Стратегическому авиационному командованию (SAC) перейти в состояние обороны 3 (DEFCON 3) и через два дня повысил его до DEFCON 2, всего в одном шаге от ядерной войны. Помимо прочего, в воздухе постоянно находились 66 B-52 с водородными бомбами, заменяемые свежим экипажем каждые 24 часа.

Гамбит был разработан, чтобы оказать максимальное давление на Советский Союз. Официальные лица США позаботились о том, чтобы Советы перехватили сообщения, приказывающие американским ядерным силам быть в состоянии повышенной боевой готовности.В Организации Объединенных Наций посол США Адлай Стивенсон провел известную дискуссию с послом СССР Валерианом Зориным по поводу кризиса. «Что ж, позвольте мне сказать вам кое-что, господин посол - у нас есть доказательства [ракетных объектов]», - заявил Стивенсон. «Она у нас есть, и она ясна и неопровержима. И позвольте мне сказать еще кое-что - это оружие должно быть вывезено с Кубы »(Hanhimaki and Westad 485).

Подводная лодка B-59

Пожалуй, самый опасный момент кубинского ракетного кризиса наступил 27 октября, когда У.S. Военные корабли ВМФ, соблюдая блокаду, попытались всплыть на советскую подводную лодку Б-59. Это была одна из четырех подводных лодок, отправленных из Советского Союза на Кубу, все они были обнаружены, а три из них в конечном итоге были вынуждены всплыть. Дизельный B-59 на несколько дней потерял связь с Москвой и поэтому не был проинформирован об эскалации кризиса. Из-за того, что кондиционер сломался, а батарея вышла из строя, температура внутри подводной лодки была выше 100 градусов по Фаренгейту. Члены экипажа потеряли сознание от теплового истощения и повышения уровня углекислого газа.


Американские военные корабли, отслеживающие подводную лодку, сбросили глубинные бомбы по обе стороны от B-59 в качестве предупреждения. Экипаж, не подозревая о блокаде, подумал, что, возможно, была объявлена ​​война. Вадим Орлов, офицер разведки на подводной лодке, вспоминал, как американские корабли «окружили нас и начали сжимать круг, отрабатывая атаки и сбрасывая глубинные бомбы. Они взорвались прямо у корпуса. Такое ощущение, что сидишь в металлической бочке, которую кто-то постоянно лупит кувалдой.

Без ведома американцев, B-59 был оснащен торпедой с ядерной боеголовкой Т-5. Он был способен произвести взрыв, эквивалентный 10 килотоннам в тротиловом эквиваленте, что составляет примерно две трети мощности бомбы, сброшенной на Хиросиму. Однако для стрельбы без прямого приказа из Москвы требовалось согласие всех трех старших офицеров на борту. Орлов вспомнил, как капитан Валентин Савицкий кричал: «Сейчас мы их взорвем! Мы умрем, но потопим их всех - мы не опозорим наш флот! » Политрук Иван Семонович Масленников согласился, что надо запустить торпеду.

Последний оставшийся офицер, второй капитан Василий Александрович Архипов, не согласился. Он утверждал, что они не знали наверняка, что корабль подвергся нападению. Почему бы не всплыть, а потом ждать приказов из Москвы? В конце концов, точка зрения Архипова возобладала. B-59 всплыл рядом с американскими военными кораблями, и подводная лодка отправилась на север, чтобы без происшествий вернуться в Советский Союз.

Армагедон предотвращен

Хотя американцы и Советы в конечном итоге достигли соглашения, после введения блокады потребовалась почти неделя напряженных переговоров.Между тем судьба мира продолжала висеть на волоске. 26 октября Хрущев направил Кеннеди частное письмо с предложением разрешения кризиса: «Мы, со своей стороны, заявим, что наши корабли, направляющиеся на Кубу, не будут нести никакого оружия. Вы бы заявили, что Соединенные Штаты не будут вторгаться на Кубу своими силами и не будут поддерживать какие-либо силы, которые могут намереваться осуществить вторжение на Кубу. Тогда отпала бы необходимость присутствия наших военных специалистов на Кубе.«Сделка была на столе - Советский Союз уберет ракеты, если Соединенные Штаты готовы согласиться с коммунистическим режимом Кастро на Кубе.

Однако 27 октября Хрущев повысил свои требования в обращении, публично транслированном по Московскому радио. Советский Союз отступит на Кубе только в том случае, если Соединенные Штаты согласятся удалить ракеты Юпитер, размещенные в Турции. Позже в тот же день над Кубой был сбит американский разведывательный самолет U-2. Пилот, майор Рудольф Андерсон, в конечном итоге стал единственным военнослужащим, погибшим во время кризиса.Американские официальные лица, ошибочно полагающие, что Кремль непосредственно отдал приказ об атаке, были деморализованы поворотом событий. Ядерная война казалась неизбежной.

И снова Кеннеди отказался отомстить. Без ведома многих своих советников президент поручил своему брату, генеральному прокурору Роберту Кеннеди, тайно встретиться с советским послом Анатолием Добрыниным. Соединенные Штаты были готовы вывести ракеты из Турции в течение пяти месяцев, но при условии, что это не будет частью какого-либо публичного урегулирования конфликта.Учитывая, что Турция была членом НАТО, признание того, что Соединенные Штаты торговали ракетами в Турции для урегулирования ситуации на Кубе, подорвало бы альянс. Секретное соглашение было раскрыто только спустя десятилетия.

На следующий день Хрущев отправил Кеннеди письмо, в котором согласился с условиями и объявил по Московскому радио об окончании кризиса: «Советское правительство в дополнение к ранее изданным инструкциям о прекращении дальнейших работ на стройплощадках для оружия, издал новый приказ о демонтаже оружия, которое вы описываете как «наступательное», его упаковке и возвращении в Советский Союз.Кеннеди приветствовал это решение как «важный и конструктивный вклад в дело мира», предупредив при этом о «неотложной необходимости прекращения гонки вооружений и снижения международной напряженности».

Последствия

Советский Союз начал демонтаж ядерных объектов на Кубе в течение дня после подписания соглашения. Фидель Кастро, разъяренный решением Хрущева уступить требованиям Америки, отказался допустить инспекторов ООН для проверки удаления ракет. Советам пришлось прибегнуть к загрузке ракет на палубу кораблей и обнаружению их в море, где они могли быть сфотографированы американскими самолетами.Соединенные Штаты сняли блокаду 20 ноября и к апрелю 1963 года вывели из Турции ракеты «Юпитер». Однако в конце концов удаление ракет было довольно бессмысленным жестом, поскольку новые межконтинентальные баллистические ракеты «Минитмен» сделали «Юпитеры» устаревшими.

Шок кубинского ракетного кризиса был очень влиятельным фактором в успехе будущих переговоров по контролю над вооружениями между Соединенными Штатами и Советским Союзом, таких как запрет на испытания в атмосфере. Как подтвердил Хрущев всего через несколько дней после окончания кризиса: «Мы полностью согласны в отношении трех типов испытаний или, так сказать, испытаний в трех средах.Это запрет испытаний в атмосфере, в космосе и под водой »(Hanhimaki and Westad 488). Менее чем через год две сверхдержавы подписали Договор об ограниченном запрещении испытаний (LTBT), который включал принципы, изложенные Хрущевым. В 1968 году последовал Договор о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО).

Тем не менее, спустя годы после кризиса также наблюдался значительный рост производства ядерного оружия в Советском Союзе. Советские запасы увеличились втрое к концу десятилетия и достигли пика в более чем 40 000 боеголовок в 1980-е годы.Это явление можно частично объяснить тем фактом, что советские лидеры чувствовали, что у них нет другого выбора, кроме как капитулировать во время кризиса, учитывая сравнительную слабость их ядерного арсенала. Как объяснил советский генерал-лейтенант Николай Детинов: «Из-за стратегического [дисбаланса] между Соединенными Штатами и Советским Союзом Советскому Союзу пришлось принять все, что ему диктовали Соединенные Штаты, и это оказало болезненное воздействие на нашу страну и нашу страну. правительство…. Все наши экономические ресурсы были мобилизованы [впоследствии] для решения этой проблемы »(Rhodes 94).

Кризис также побудил к созданию горячей линии Москва-Вашингтон, прямой телефонной линии между Кремлем и Белым домом, призванной предотвратить эскалацию конфликта в будущем. Кеннеди также приказал создать ядерный «футбол», который дал бы ему и будущим президентам возможность нанести ядерный удар в считанные минуты.

Настоящий кубинский ракетный кризис

16 октября 1962 года Джон Ф. Кеннеди и его советники были ошеломлены, узнав, что Советский Союз без всякой провокации устанавливает ядерное оружие среднего и среднего уровня. баллистические ракеты дальнего действия на Кубе.С помощью этого наступательного оружия, которое представляло новую и реальную угрозу для Америки, Москва значительно повысила ставки в ядерном соперничестве между сверхдержавами - гамбит, который поставил Соединенные Штаты и Советский Союз на грань ядерного Армагеддона. 22 октября президент, не имея другого выхода, заявил в телеобращении, что его администрация знает о незаконных ракетах, и предъявил ультиматум, настаивая на их удалении, объявив американский «карантин» Кубы, чтобы заставить выполнить его требования.Тщательно избегая провокационных действий и хладнокровно обдумывая каждую советскую контрмеру, Кеннеди и его помощники не терпели компромиссов; они стояли твердо, несмотря на попытки Москвы увязать решение с внешними проблемами и несмотря на предсказуемую бушевку Советского Союза по поводу американской агрессии и нарушения международного права. Во время напряженного 13-дневного кризиса американцы и Советский Союз сходились во мнениях. Благодаря безмятежной решимости администрации Кеннеди и осмотрительному управлению кризисными ситуациями, благодаря чему специальный помощник Кеннеди Артур Шлезингер-младшийохарактеризованный как президентское «сочетание твердости и сдержанности, воли, смелости и мудрости, столь блестяще управляемое, столь бесподобно откалиброванное, что [оно] ослепило мир», - советское руководство моргнуло: Москва демонтировала ракеты, и произошел катаклизм. предотвращено.

Каждое предложение в предыдущем абзаце, описывающее кубинский ракетный кризис, вводит в заблуждение или ошибочно. Но это была передача событий, которую администрация Кеннеди скармливала доверчивой прессе; это была история, которую участники в Вашингтоне обнародовали в своих мемуарах; и эта история вошла в национальную память, о чем свидетельствуют комментарии ученых мужей и освещение в СМИ по случаю 50-летия кризиса.

Ученым, однако, давно известна совсем другая история: с 1997 года у них был доступ к записям, которые Кеннеди тайно делал встреч со своими главными советниками, Исполнительным комитетом Совета национальной безопасности («ExComm»). Шелдон М. Стерн - который был историком в Библиотеке Джона Ф. Кеннеди в течение 23 лет и первым исследователем, оценившим записи ExComm, - входит в число многочисленных историков, которые пытались установить рекорд. В его новой книге собраны неопровержимые доказательства, позволяющие лаконично опровергнуть мифическую версию кризиса.Хотя нет оснований полагать, что его усилия принесут какую-либо пользу, тем не менее их следует приветствовать.

Сделанный на основе трезвого анализа вывод Стерна о том, что «Джон Ф. Кеннеди и его администрация, без сомнения, несут значительную долю ответственности за начало ракетного кризиса на Кубе», шокировал бы американский народ в 1962 году из-за простого Причина в том, что администрация Кеннеди ввела их в заблуждение относительно военного дисбаланса между сверхдержавами и скрыла свою кампанию угроз, заговоров с убийствами и саботажа, направленную на свержение правительства на Кубе - усилие, хорошо известное советским и кубинским официальным лицам.

На президентских выборах 1960 года Кеннеди цинично атаковал Ричарда Никсона справа, утверждая, что администрация Эйзенхауэра-Никсона допустила опасный «ракетный разрыв» в пользу СССР. Но на самом деле, как предполагали Эйзенхауэр и Никсон - и как показали секретные брифинги, которые Кеннеди получил в качестве кандидата в президенты, - ракетный разрыв и ядерный баланс в целом были в огромной степени на пользу Америке. Во время ракетного кризиса у Советов было 36 межконтинентальных баллистических ракет (МБР), 138 дальних бомбардировщиков с 392 ядерными боеголовками и 72 боеголовки баллистических ракет (БРПЛ) подводных лодок.Эти силы были выстроены против гораздо более мощного ядерного арсенала США, состоящего из 203 межконтинентальных баллистических ракет, 1306 бомбардировщиков дальнего действия с 3104 ядерными боеголовками и 144 БРПЛ - все это примерно в девять раз больше ядерного оружия, чем СССР. огромное преимущество не только в количестве оружия, но и в его качестве и применении.

Кеннеди и его гражданские советники понимали, что ракеты на Кубе не изменили стратегический ядерный баланс.

Более того, несмотря на подавляющее ядерное превосходство Америки, Джон Кеннеди, в соответствии с его общепризнанной целью проводить внешнюю политику, характеризуемую «энергичностью», отдал приказ о крупнейшем в мирное время расширении военной мощи Америки и, в частности, о колоссальном росте ее стратегических ядерных сил. .Это включало развертывание, начиная с 1961 года, ядерных ракет средней дальности «Юпитер» в Италии и Турции, прилегающих к Советскому Союзу. Оттуда ракеты могут достичь всего западного СССР, включая Москву и Ленинград (и это не считая ядерных ракет «Тор», которые США уже нацелили на Советский Союз с баз в Великобритании).

Ракеты «Юпитер» были исключительно неприятным компонентом ядерного арсенала США. Поскольку они сидели над землей, были неподвижны и требовали много времени для подготовки к запуску, они были чрезвычайно уязвимы.Не имея ценности в качестве сдерживающего фактора, они казались оружием, предназначенным для обезоруживающего первого удара - и, таким образом, сильно подрывали сдерживание, потому что они способствовали упреждающему удару Советского Союза по ним. Дестабилизирующий эффект Юпитеров был широко признан экспертами по обороне в правительстве США и за его пределами и даже лидерами Конгресса. Например, сенатор Альберт Гор-старший, союзник администрации, сказал госсекретарю Дину Раску, что они были «провокацией» на закрытом заседании сенатского комитета по международным отношениям в феврале 1961 года (более чем за полтора года до этого). ракетный кризис), добавив: «Интересно, каково было бы наше отношение», если бы Советы развернули на Кубе ракеты с ядерным оружием.Сенатор Клэйборн Пелл выдвинул аналогичный аргумент в записке, переданной Кеннеди в мае 1961 года.

Учитывая мощное ядерное превосходство Америки, а также размещение ракет «Юпитер», Москва подозревала, что Вашингтон рассматривает первый ядерный удар как привлекательный вариант. Они были правы в своих подозрениях. Архивы показывают, что на самом деле администрация Кеннеди решительно рассматривала этот вариант во время берлинского кризиса 1961 года.

Неудивительно, что, как утверждает Стерн, опираясь на множество научных исследований, в том числе, что наиболее убедительно, историка Филипа Нэша элегантное исследование 1997 года, «Другие ракеты» октября года - развертывание Кеннеди ракет «Юпитер» было ключевой причиной решения Хрущева отправить ядерные ракеты на Кубу.Сообщается, что Хрущев принял это решение в мае 1962 года, заявив своему доверенному лицу, что американцы «окружили нас базами со всех сторон» и что ракеты на Кубе помогут противостоять «невыносимой провокации». Сохраняя развертывание в секрете, чтобы поставить США перед свершившимся фактом, Хрущев вполне мог предположить, что ответ Америки будет аналогичен его реакции на ракеты Юпитер - риторическое осуждение, но никакой угрозы или действия, чтобы помешать развертыванию с помощью военной атаки. ядерный или иной.(Выйдя на пенсию, Хрущев объяснил свои рассуждения американскому журналисту Строубу Тэлботту: американцы «узнают, каково это, когда вражеские ракеты указывают на вас; мы будем делать не что иное, как давать им немного их собственного лекарства». )

Хрущев также руководствовался своей вполне обоснованной верой в то, что администрация Кеннеди хотела уничтожить режим Кастро. В конце концов, администрация начала вторжение на Кубу; последовал за этим с саботажем, военизированными нападениями и попытками убийства - крупнейшей тайной операцией в истории ЦРУ - и организовал крупномасштабные военные учения в Карибском бассейне, явно призванные расстроить Советский Союз и их кубинского клиента.Эти действия, как продемонстрировали Стерн и другие ученые, помогли вынудить Советы установить ракеты, чтобы сдерживать «скрытые или открытые атаки США» - во многом так же, как Соединенные Штаты прикрывали своих союзников ядерным зонтиком для сдерживания. Советская подрывная деятельность или агрессия против них.

Примечательно, что, учитывая встревоженную и конфронтационную позицию, которую Вашингтон занял во время ракетного кризиса, записи обсуждений в Исполкоме, которые Стерн тщательно оценил, показывают, что Кеннеди и его советники понимали ядерную ситуацию во многом так же, как Хрущев.В первый день кризиса, 16 октября, обдумывая мотивы Хрущева для отправки ракет на Кубу, Кеннеди сделал то, что должно быть одним из самых ошеломляюще рассеянных (или саркастических) наблюдений в анналах американской политики национальной безопасности: «Почему? а он их туда кладет? … Это как если бы мы внезапно начали размещать в Турции основных баллистических ракет средней дальности. Думаю, теперь это будет , чертовски опасный . Макджордж Банди, советник по национальной безопасности, сразу заметил: «Ну что ж, мы сделали это, г-н.Президент ».

Как только это было улажено, сам Кеннеди неоднократно заявлял, что ракеты «Юпитер» были «такими же», как советские ракеты на Кубе. Раск, обсуждая советские мотивы отправки ракет на Кубу, процитировал мнение директора ЦРУ Джона Маккоуна о том, что Хрущев «знает, что у нас есть существенное ядерное превосходство ... Он также знает, что мы на самом деле не живем в страхе перед его ядерным оружием в такой степени что ему приходится жить в страхе перед нашим. Кроме того, у нас есть ядерное оружие поблизости, в Турции.Председатель Объединенного комитета начальников штабов Максвелл Тейлор уже признал, что основная цель Советов при установке ракет на Кубе заключалась в том, чтобы «дополнить их довольно дефектную систему межконтинентальных баллистических ракет».

Советы были полностью оправданы в своем убеждении, что Кеннеди хотел уничтожить режим Кастро.

Кеннеди и его гражданские советники понимали, что ракеты на Кубе не изменили стратегический ядерный баланс. Хотя Кеннеди заявил в своем телеобращении 22 октября, что ракеты представляют собой «явную угрозу миру и безопасности всей Америки», он на самом деле оценил, как он сказал Исполнительному комитету в первый день кризиса, что «это не так. Нет никакой разницы, взорвется ли вас межконтинентальная баллистическая ракета, летевшая из Советского Союза или находившаяся в 90 милях от вас.География не так уж много значит ". Европейские союзники Америки, продолжил Кеннеди, «будут утверждать, что , если взять в худшем случае , наличие этих ракет на самом деле не меняет» ядерного баланса.

То, что ракеты были близки к Соединенным Штатам, было, как признал президент, несущественным: ничтожная разница во времени полета между МБР базирования Советского Союза и базирующихся на Кубе ракет не изменила бы последствий, когда ракеты поразили свои цели. и в любом случае время полета советских БРПЛ уже было таким же или короче, чем время полета ракет на Кубе, потому что это оружие уже скрывалось на подводных лодках у американского побережья (как, конечно, американские БРПЛ у берегов США). Советский берег).Более того, в отличие от советских межконтинентальных баллистических ракет, для подготовки ракет на Кубе к пуску требовалось несколько часов. Учитывая эффективность американской воздушной и спутниковой разведки (наглядно продемонстрированной изображениями ракет в СССР и на Кубе, которые они дали), у США почти наверняка было бы гораздо больше времени, чтобы обнаружить и отреагировать на неминуемый советский ракетный удар с Кубы, чем атакам советских бомбардировщиков, межконтинентальных баллистических ракет или БРПЛ.

«Ракета - это ракета», - заявил министр обороны Роберт Макнамара.«Нет большой разницы, убиты ли вы ракетой из Советского Союза или с Кубы». В тот первый день заседаний Исполкома Банди прямо спросил: «Какое стратегическое влияние на положение Соединенных Штатов БРСД на Кубе? Насколько серьезно этот изменяет стратегический баланс? » Макнамара ответил: «Вовсе нет» - приговор, который Банди затем сказал, что полностью поддерживает. На следующий день специальный советник Теодор Соренсен резюмировал взгляды Исполнительного комитета в меморандуме для Кеннеди.«Принято считать, - отметил он, - что эти ракеты, даже когда они находятся в полной боевой готовности, существенно не изменяют баланс сил, то есть они не значительно увеличивают потенциальный мегатоннаж, который может быть выпущен на американской земле, даже после неожиданный американский ядерный удар ».

Комментарий Соренсена о внезапном нападении напоминает нам, что, хотя ракеты на Кубе не добавили ощутимой ядерной угрозы, они могли несколько усложнить планирование Америки для успешного первого удара, что вполне могло быть частью обоснования Хрущева их развертывания. .Если так, то ракеты, как это ни парадоксально, могли бы усилить сдерживание между сверхдержавами и тем самым снизить риск ядерной войны.

Тем не менее, хотя военное значение ракет было незначительным, администрация Кеннеди пошла на опасный курс, чтобы заставить их удалить. Президент предъявил ядерной державе ультиматум - удивительно провокационный шаг, который немедленно вызвал кризис, который мог привести к катастрофе. Он приказал блокаду Кубы, акт войны, который, как мы теперь знаем, поставил сверхдержавы на волосок от ядерной конфронтации.Осажденные кубинцы охотно приняли оружие своего союзника, поэтому советское размещение ракет полностью соответствовало международному праву. Но блокада, даже если администрация эвфемистически назвала ее «карантином», была, как признали члены Исполкома, незаконной. Как напомнил юрисконсульт Госдепартамента: « Наша юридическая проблема с кодом заключалась в том, что их действие не было незаконным». Кеннеди и его лейтенанты намеренно задумывались о вторжении на Кубу и воздушном нападении на советские ракеты, находящиеся там - действия, которые с большой вероятностью могли спровоцировать ядерную войну.В свете крайних мер, которые они применяли или искренне принимали для разрешения кризиса, который они в значительной степени создали, реакция Америки на ракеты, оглядываясь назад, требует такого же объяснения, как и советское решение развернуть их - или даже большего.

Советы подозревали, что США рассматривали первый ядерный удар как привлекательный вариант. Они были правы в своих подозрениях.

В тот самый первый день заседаний Исполнительного комитета Макнамара представил более широкий взгляд на значение ракет: «Я буду откровенен.Я не думаю, что здесь есть военная проблема ... Это внутренняя, политическая проблема ». В интервью 1987 года Макнамара объяснил: «Вы должны помнить, что с самого начала именно президент Кеннеди сказал, что для нас неприемлемо с политической точки зрения, , чтобы оставить эти ракетные объекты в покое. Он не сказал в военном отношении, он сказал политически ». Что в значительной степени сделало ракеты политически неприемлемыми, так это явная и горячая враждебность Кеннеди по отношению к режиму Кастро - позиция, которую Кеннеди признал на заседании Исполнительного комитета, европейские союзники Америки считали «фиксацией» и «слегка безумной».

В своем предложении на пост президента Кеннеди заманил администрацию Эйзенхауэра-Никсона на «красную наживку», заявив, что ее политика «помогла коммунизму создать первую базу в Карибском бассейне». Учитывая, что он определил жесткую позицию по отношению к Кубе как важный вопрос выборов, и учитывая унижение, которое он перенес в результате разгрома в заливе Свиней, ракеты представляли для Кеннеди большую политическую опасность. Как позже сказал директор по разведке и исследованиям Госдепартамента Роджер Хилсман, «Соединенным Штатам, возможно, и не угрожает смертельная опасность, но… администрация наверняка была в опасности.Друг Кеннеди, Джон Кеннет Гэлбрейт, посол в Индии, позже сказал: «Когда [ракеты] были там, политические потребности администрации Кеннеди заставили ее пойти на любой риск, чтобы избавиться от них».

Но даже более серьезным, чем внутренняя политическая катастрофа, которая могла бы обрушиться на администрацию, если бы она показалась мягкой по отношению к Кубе, было то, что помощник госсекретаря Эдвин Мартин назвал «психологическим фактором», что мы «откинулись назад и позволили им сделать это с нами. . » Он утверждал, что это «более важно, чем прямая угроза , », и Кеннеди и другие его советники энергично согласились.Несмотря на то, что Соренсен в своем меморандуме президенту отметил консенсус Исполкома о том, что кубинские ракеты не изменили ядерный баланс, он также заметил, что Исполком, тем не менее, считает, что «Соединенные Штаты не могут мириться с наличием известных ракет ». на Кубе, «если союзники или противники поверят нашему мужеству и обязательствам» (курсив мой). Европейские союзники Америки (не говоря уже о Советах) настаивали на том, чтобы Вашингтон игнорировал эти нематериальные опасения, но Соренсен был пренебрежительно.Обращаясь к психологии, а не к жестким расчетам управления государством, он утверждал, что такие аргументы «несут некоторую логику, но не имеют большого веса».

В самом деле, самоуважение Вашингтона к своему авторитету почти наверняка было главной причиной, по которой он рисковал ядерной войной из-за незначительной угрозы национальной безопасности. На той же встрече, на которой Кеннеди и его помощники обдумывали военные действия против Кубы и СССР - действия, которые, как они знали, могут привести к апокалиптической войне, - президент заявил: «В прошлом месяце я сказал, что мы не собираемся [разрешить советские ядерные ракеты на Кубе], а в прошлом месяце я должен был сказать… нам все равно.Но когда мы сказали, что , а не , пойдем, и [Советы] идут вперед и делают это, а потом мы ничего не делаем, тогда ... я думаю, что наши ... риски увеличиваются на ».

Риски такого обрушения, по мнению Кеннеди и его советников, были разными, но взаимосвязанными. Во-первых, противники Америки сочтут Вашингтон малодушным; Кеннеди сказал, что известное присутствие ракет «заставляет их выглядеть так, как будто они равны нам и тому подобное» - здесь министр финансов Дуглас Диллон прервал его: «Мы боимся кубинцев.Второй риск заключался в том, что друзья Америки внезапно усомнились в том, что на страну, склонную к умиротворению, можно положиться в выполнении своих обязательств.

Фактически, союзники Америки, как признал Банди, были ошеломлены тем, что США угрожали ядерной войной из-за стратегически незначительного условия - наличия ракет средней дальности в соседней стране, - что эти союзники (и, в этом отношении, Советы) жили годами. В напряженные дни октября 1962 года союз с Соединенными Штатами потенциально равнялся, как предупреждал Шарль де Голль, «уничтожению без представительства».Похоже, Кеннеди и Исполнительный комитет никогда не приходили в голову, что все, что Вашингтон получил, продемонстрировав твердость своих обязательств, он потерял из-за эрозии уверенности в своих суждениях.

При таком подходе к внешней политике руководствовались - и по-прежнему руководствуются - тщательно продуманными теориями, уходящими корнями в школьный взгляд на мировую политику, а не на холодную оценку стратегических реалий. Он поставил - и до сих пор ставит - Америку в любопытное положение, когда ей приходится вступать в войну, чтобы поддержать то самое доверие, которое должно было предотвратить войну в первую очередь.

Если бы только внутриполитические приоритеты администрации диктовали удаление кубинских ракет, решение проблемы Кеннеди казалось бы довольно очевидным: вместо публичного ультиматума с требованием, чтобы Советы вывели свои ракеты с Кубы, частное соглашение между сверхдержавами удалить как ракеты Москвы на Кубе, так и ракеты Вашингтона в Турции. (Напомним, что администрация Кеннеди обнаружила ракеты 16 октября, но только объявила об открытии американской общественности и Советскому Союзу и предъявила ультиматум 22-го.)

Администрация, однако, не сделала такой попытки Советам. Вместо этого, публично потребовав одностороннего вывода советских войск и введя блокаду Кубы, он спровоцировал то, что по сей день остается самым опасным ядерным кризисом в истории. В разгар этого кризиса самые здравомыслящие и разумные наблюдатели - в том числе дипломаты в Организации Объединенных Наций и в Европе, редакционные авторы для Manchester Guardian , Уолтер Липпманн и Адлай Стивенсон - считали торговлю ракетами довольно простой решение.Пытаясь выйти из тупика, сам Хрущев открыто выступил с этим предложением 27 октября. Согласно версии событий, пропагандируемой администрацией Кеннеди (и давно принимаемой как исторический факт), Вашингтон однозначно отверг предложение Москвы и вместо этого, благодаря решимости Кеннеди, , вынудил односторонний вывод советских войск.

Однако, начиная с конца 1980-х годов, открытие ранее засекреченных архивов и решение ряда участников наконец сказать правду показали, что кризис действительно разрешился путем явной, но скрытой сделки по удалению как Юпитера, так и Кубы. ракеты.Кеннеди фактически пригрозил отменить, если Советы раскроют это. Он сделал это по тем же причинам, которые в значительной степени породили кризис, - внутренняя политика и поддержание имиджа Америки как незаменимой нации. Рассекреченная советская телеграмма показывает, что Роберт Кеннеди, которому президент поручил разработать секретный обмен с послом СССР в Вашингтоне Анатолием Добрыниным, настаивал на возвращении Добрынину официального советского письма, подтверждающего соглашение, поясняя, что письмо «может нанести непоправимый вред моей политической карьере в будущем.”

Лишь горстка чиновников из администрации знала о торговле; большинство членов Исполкома, включая вице-президента Линдона Джонсона, этого не сделали. И в своих усилиях по поддержанию сокрытия некоторые из тех, кто это делал, в том числе Макнамара и Раск, солгали Конгрессу. Дж. Кеннеди и другие негласно поощряли убийство Стивенсона, позволяя изобразить его как умиротворителя, который «хотел Мюнхен» за предложение сделки - сделку, которую, как они громогласно утверждали, администрация никогда бы не разрешила.

Артур Шлезингер-младший «неоднократно манипулировал и скрыл факты».

Терпеливая подготовка Стерна и других ученых с тех пор привела к новым откровениям. Стерн показывает, что Роберт Кеннеди едва ли исполнял роль примирителя и государственного деятеля во время кризиса, который его союзники описали в своих агиографических хрониках и мемуарах, и что он сам продвинулся в своей посмертно опубликованной книге Тринадцать дней . Фактически, он был одним из наиболее последовательно и безрассудных ястребиных советников президента, настаивая не на блокаде или даже воздушных ударах по Кубе, а к полномасштабному вторжению как «последний шанс, который у нас будет для уничтожения Кастро.Стерн авторитетно заключает, что «если бы РФК был президентом и возобладали взгляды, которые он выражал на заседаниях Исполкома, ядерная война была бы почти неизбежным исходом». Он справедливо критикует льстивого придворного Шлезингера, чьи истории «неоднократно манипулировали и затемняли факты» и чьи рассказы - «глубоко вводящие в заблуждение, если не откровенно обманчивые» - были написаны не для науки, а для Кеннеди.

Хотя Стерн и другие ученые перевернули панегирическую версию событий, выдвинутую Шлезингером и другими приспешниками Кеннеди, исправленная хроника показывает, что действия Джона Кеннеди по разрешению кризиса - опять же кризиса, который он в значительной степени создал - были разумными, ответственными и смелыми. .Явно потрясенный апокалиптическим потенциалом ситуации, Кеннеди выступил перед лицом воинственной и почти единодушной оппозиции его советников-псевдо-крутых парней, приняв предложение об обмене ракетами, предложенном Хрущевым. «Для любого человека в Организации Объединенных Наций или любого другого рационального человека это будет выглядеть как очень честная сделка», - рассудительно сказал он Исполнительному комитету. «Большинство людей думают, что если вам разрешили равную сделку, вы должны воспользоваться этим». Он ясно понимал, что история и мировое общественное мнение осудят его и его страну за вступление в войну - войну, которая почти наверняка перерастет в обмен ядерными ударами - после США.С.С.Р. публично предложил такую ​​разумную услугу за услугу. Предложение Хрущева, как отмечает историк Рональд Стил, «напугало советников Белого дома - не в последнюю очередь потому, что оно выглядело совершенно справедливым».

Хотя Кеннеди фактически согласился на обмен ракетами и вместе с Хрущевым помог зрелым образом урегулировать конфронтацию, наследие этой конфронтации, тем не менее, было пагубным. Успешно скрыв сделку от вице-президента, поколения политиков и стратегов, а также от американской общественности, Кеннеди и его команда укрепили опасное представление о твердости перед лицом того, что Соединенные Штаты считают агрессией, и Постепенная эскалация военных угроз и действий по противодействию этой агрессии способствует успешной стратегии национальной безопасности - на самом деле, почти определяет ее.

Президент и его советники также подтвердили сопутствующее мнение о том, что Америка должна определять угрозу не просто как обстоятельства и силы, которые прямо угрожают безопасности страны, но как обстоятельства и силы, которые могут косвенно заставить потенциальных союзников или врагов усомниться в решимости Америки. . Этот непонятный расчет привел к американской катастрофе во Вьетнаме: пытаясь объяснить, как потеря стратегически несущественной страны Южного Вьетнама может ослабить доверие к Америке и тем самым поставить под угрозу безопасность страны, один из ближайших помощников Макнамары, помощник министра обороны Джон Макнотон, допустил, что «требуется некоторая изощренность, чтобы увидеть, как Вьетнам автоматически затрагивает» наши жизненно важные интересы.Кеннеди сказал в своем обращении к нации во время ракетного кризиса, что «агрессивное поведение, если его не сдерживать и не оспаривать, в конечном итоге приводит к войне». Он объяснил, что «если друг или враг снова поверит нашему мужеству и нашим обязательствам», то Соединенные Штаты не могут мириться с таким поведением Советов, хотя, опять же, он в частном порядке признал, что развертывание ракеты не изменили ядерный баланс.

Это представление о том, что противодействие агрессии (каким бы размытым и широким оно ни было) будет сдерживать агрессию в будущем (каким бы размытым и широким она ни была), не выдерживает исторического исследования.В конце концов, американское вторжение и оккупация Ирака не остановили Муаммара Каддафи; Война Америки против Югославии не остановила Саддама Хусейна в 2003 году; Освобождение Кувейта Америкой не остановило Слободана Милошевича; Вмешательство Америки в Панаму не остановило Саддама Хусейна в 1991 году; Вмешательство Америки в Гренаду не остановило Мануэля Норьегу; Война Америки против Северного Вьетнама не остановила сильного лидера Гренады Хадсона Остина; и конфронтация Джона Кеннеди с Хрущевым из-за ракет на Кубе, конечно же, не остановила Хо Ши Мина.

Более того, идея о том, что усилия иностранной державы противостоять подавляющему стратегическому превосходству Соединенных Штатов - страны, которая тратит на оборону почти столько же, сколько и весь остальной мир вместе взятые, - ipso facto ставит под угрозу безопасность Америки, глубоко ошибочна. Подобно тому, как Кеннеди и его советники осознавали угрозу в советских усилиях по нейтрализации того, что на самом деле было дестабилизирующей ядерной гегемонией США, сегодня и либералы, и консерваторы оксюморонически утверждают, что безопасность Соединенных Штатов требует, чтобы страна «уравновесила» Китай путем сохранение своего стратегически доминирующего положения в Восточной Азии и западной части Тихого океана, то есть на заднем дворе Китая.Это означает, что Вашингтон рассматривает попытки Пекина исправить слабость своей собственной позиции как опасность, даже несмотря на то, что политики признают, что США имеют сокрушительное превосходство вплоть до самой окраины азиатского материка. Однако позиция Америки больше говорит о ее собственных амбициях, чем о Китае. Представьте, что ситуация изменилась, и военно-воздушные и военно-морские силы Китая были доминирующим и потенциально угрожающим присутствием на прибрежном шельфе Северной Америки. Конечно, U.С. хотел бы противодействовать этому перевесу. На огромной части земного шара, простирающейся от канадской Арктики до Огненной Земли и от Гренландии до Гуама, США не потерпят вмешательства другой великой державы. Безусловно, безопасность Америки не будет поставлена ​​под угрозу, если другие великие державы будут пользоваться своими собственными (и в этом отношении меньшими) сферами влияния.

Эта эзотерическая стратегия - эта неуместная одержимость достоверностью, эта опасно расширяющаяся концепция того, что составляет безопасность, - поразившая как демократическую, так и республиканскую администрации, а также либералов и консерваторов, является антитезой государственному искусству, которое требует проницательности, основанной на силе и интересе. , и обстоятельства.Это позиция по отношению к миру, которая может легко обречь Соединенные Штаты на военные обязательства и интервенции в стратегически незначительных местах по по сути тривиальным вопросам. Это позиция, которая может породить внешнюю политику, приближающуюся к паранойе в упорно хаотическом мире, изобилующем государствами, личностями и идеологиями, которые являются сомнительными и антигениальными, но не обязательно смертельно опасными.

Кубинский ракетный кризис 1962 года

Кубинский ракетный кризис представлял собой напряженное 13-дневное (16-28 октября 1962 года) противостояние между Соединенными Штатами и Советским Союзом, спровоцированное открытием Америкой размещения советских баллистических ракет с ядерным оружием на Кубе.С российскими ядерными ракетами большой дальности всего в 90 милях от берега Флориды кризис раздвинул пределы атомной дипломатии и обычно считается самым близким к перерастанию холодной войны в полномасштабную ядерную войну.

Кубинский ракетный кризис, приправленный открытым и секретным общением и стратегическим недоразумением между двумя сторонами, был уникален тем, что он произошел в основном в Белом доме и Советском Кремле, при незначительном или нулевом внешнеполитическом вкладе со стороны США.С. Конгресс или законодательная ветвь советского правительства, Верховный Совет.

События, приведшие к кризису

В апреле 1961 года правительство США поддержало группу кубинских эмигрантов в вооруженной попытке свергнуть коммунистического кубинского диктатора Фиделя Кастро. Печально известное нападение, известное как вторжение в залив Свиней, с треском провалилось, стало черным глазом во внешней политике для президента Джона Ф. Кеннеди и только увеличило растущий дипломатический разрыв времен холодной войны между США и Советским Союзом.

Все еще страдая от провала в заливе Свиней, администрация Кеннеди весной 1962 года спланировала операцию «Мангуст» - сложный комплекс операций, организованных ЦРУ и Министерством обороны, чтобы снова отстранить Кастро от власти. В то время как некоторые невоенные действия в рамках операции «Мангуст» проводились в 1962 году, режим Кастро оставался стабильным.

В июле 1962 года советский премьер Никита Хрущев в ответ на бухту Свиней и присутствие американских баллистических ракет Юпитер в Турции тайно договорился с Фиделем Кастро о размещении советских ядерных ракет на Кубе, чтобы предотвратить попытки Соединенных Штатов в будущем вторгнуться на Кубу. остров.

Кризис начинается после обнаружения советских ракет

В августе 1962 года регулярные разведывательные полеты США начали демонстрировать накопление на Кубе обычных вооружений советского производства, в том числе советских бомбардировщиков Ил-28, способных нести ядерные бомбы.

Патрульный самолет США пролетает над советским грузовым судном во время кубинского ракетного кризиса 1962 года. Сотрудники Getty Images

4 сентября 1962 года президент Кеннеди публично предупредил кубинское и советское правительства о прекращении накопления наступательных вооружений на Кубе.Однако на фотографиях с американского высотного самолета U-2 от 14 октября четко видны места для хранения и запуска баллистических ядерных ракет средней и средней дальности (БРСД и БРСД), которые строятся на Кубе. Эти ракеты позволили Советскому Союзу эффективно поразить большую часть континентальной части Соединенных Штатов.

15 октября 1962 года фотографии с полетов U-2 были доставлены в Белый дом, и через несколько часов начался кубинский ракетный кризис.

Кубинская «блокада» или «карантинная» стратегия

В Белом доме президент Кеннеди собрался со своими ближайшими советниками, чтобы спланировать ответ на действия Совета.

Более агрессивные советники Кеннеди - во главе с Объединенным комитетом начальников штабов - выступали за немедленный военный ответ, включая удары с воздуха для уничтожения ракет до того, как они будут вооружены и подготовлены к запуску, с последующим полномасштабным военным вторжением на Кубу.

С другой стороны, некоторые советники Кеннеди выступали за чисто дипломатический ответ, включая резкие предупреждения Кастро и Хрущеву, которые, как они надеялись, приведут к контролируемому удалению советских ракет и демонтажу стартовых площадок.

Кеннеди, однако, предпочел пройти курс посередине. Его министр обороны Роберт Макнамара предложил военно-морскую блокаду Кубы в качестве сдержанной военной акции. Однако в тонкой дипломатии каждое слово имеет значение, и слово «блокада» было проблемой.

В международном праве «блокада» считается актом войны. Итак, 22 октября Кеннеди приказал ВМС США установить строгий военно-морской «карантин» Кубы и обеспечить его соблюдение.

В тот же день президент Кеннеди направил советскому премьер-министру Хрущеву письмо, в котором разъяснил, что дальнейшие поставки наступательного оружия на Кубу не будут разрешены, и что советские ракетные базы, которые уже строятся или завершаются, должны быть демонтированы, а все оружие возвращено Советскому Союзу. Союз.

Кеннеди информирует американский народ

Рано вечером 22 октября президент Кеннеди выступил в прямом эфире по всем телевизионным сетям США, чтобы проинформировать страну о советской ядерной угрозе, развивающейся всего в 90 милях от американских берегов.

В своем телеобращении Кеннеди лично осудил Хрущева за «тайную, безрассудную и провокационную угрозу миру во всем мире» и предупредил, что Соединенные Штаты готовы ответить тем же в случае запуска любых советских ракет.

«Политика этой страны будет заключаться в том, чтобы рассматривать любую ядерную ракету, запущенную с Кубы против любой страны в Западном полушарии, как нападение Советского Союза на Соединенные Штаты, требующее полного ответного ответа на Советский Союз», - заявил президент Кеннеди. .

Кеннеди объяснил план своей администрации по преодолению кризиса с помощью военно-морского карантина.

«Чтобы остановить это наращивание наступления, вводится строгий карантин для всей наступательной военной техники, отправляемой на Кубу», - сказал он.«Все корабли любого типа, направляющиеся на Кубу, из какой бы страны или порта, в случае обнаружения на них груза наступательного оружия, будут возвращены».

Кеннеди также подчеркнул, что карантин в США не помешает доставке продуктов питания и других гуманитарных «предметов первой необходимости» кубинскому народу, «как Советы пытались сделать во время блокады Берлина в 1948 году».

Всего за несколько часов до выступления Кеннеди Объединенный комитет начальников штабов перевел все вооруженные силы США в статус DEFCON 3, согласно которому ВВС были готовы нанести ответный удар в течение 15 минут.

Ответ Хрущева вызывает напряжение

24 октября в 22:52 по восточному времени президент Кеннеди получил телеграмму от Хрущева, в которой советский премьер заявил: «Если вы [Кеннеди] хладнокровно оцените нынешнюю ситуацию, не поддаваясь страсти, вы поймете, что Советский Союз не может позволить себе не отклонять деспотические требования США ». В той же телеграмме Хрущев заявил, что приказал советским кораблям, идущим на Кубу, игнорировать U.С. военно-морская «блокада», которую Кремль расценил как «акт агрессии».

В течение 24 и 25 октября, несмотря на сообщение Хрущева, некоторые корабли, направлявшиеся на Кубу, повернули назад от карантинной линии США. Другие корабли были остановлены и обысканы военно-морскими силами США, но было обнаружено, что они не содержат наступательного оружия, и им было разрешено плыть на Кубу.

Однако ситуация на самом деле становилась все более отчаянной, поскольку разведывательные полеты США над Кубой показали, что работы на советских ракетных объектах продолжаются, а некоторые из них близятся к завершению.

Войска США переходят в DEFCON 2

В свете последних фотографий U-2 и отсутствия мирного выхода из кризиса Объединенный комитет начальников штабов вывел силы США на уровень готовности DEFCON 2; указание на неизбежность войны с участием Стратегического авиационного командования (САК).

В течение периода DEFCON 2 около 180 из более чем 1400 ядерных бомбардировщиков SAC оставались в боевой готовности, а около 145 межконтинентальных баллистических ракет США были переведены в состояние готовности, некоторые нацелены на Кубу, некоторые - на Москву.

Утром 26 октября президент Кеннеди сказал своим советникам, что, хотя он намеревается дать больше времени для морского карантина и дипломатических усилий, он опасается, что удаление советских ракет с Кубы в конечном итоге потребует прямого военного нападения.

Пока Америка затаила дыхание, рискованное искусство атомной дипломатии столкнулось со своим величайшим испытанием.

Хрущев первый мигает

Днем 26 октября Кремль, похоже, смягчил свою позицию.Корреспондент ABC News Джон Скали сообщил Белому дому, что «советский агент» лично предложил ему, что Хрущев может приказать вывести ракеты с Кубы, если президент Кеннеди лично пообещал не вторгаться на остров.

Хотя Белый дом не смог подтвердить обоснованность советского дипломатического предложения Скали о «обратном канале», президент Кеннеди получил пугающе похожее послание от самого Хрущева вечером 26 октября. В нехарактерно длинной, личной и эмоциональной ноте Хрущев выразил желание избежать ужасов ядерной катастрофы.«Если нет намерения, - писал он, - обречь мир на катастрофу термоядерной войны, то давайте не только ослабим силы, тянущие за концы веревки, но и примем меры, чтобы развязать этот узел». Мы к этому готовы ». Тогда президент Кеннеди решил не отвечать Хрущеву.

Из сковороды, но в огонь

Однако на следующий день, 27 октября, Белый дом узнал, что Хрущев не совсем «готов» положить конец кризису.Во втором послании Кеннеди Хрущев решительно потребовал, чтобы любая сделка по удалению советских ракет с Кубы включала вывоз американских ракет «Юпитер» из Турции. И снова Кеннеди предпочел не отвечать.

Позже в тот же день кризис обострился, когда американский разведывательный самолет U – 2 был сбит ракетой класса «земля-воздух», запущенной с Кубы. Пилот U-2, майор ВВС США Рудольф Андерсон-младший, погиб в авиакатастрофе. Хрущев утверждал, что самолет майора Андерсона был сбит «кубинскими военными» по приказу брата Фиделя Кастро Рауля.Хотя президент Кеннеди ранее заявлял, что он отомстит кубинским объектам ЗРК, если они обстреляют американские самолеты, он решил не делать этого, если не будет новых инцидентов.

Продолжая искать дипломатическое решение, Кеннеди и его советники начали планировать нападение на Кубу, которое должно быть осуществлено как можно скорее, чтобы предотвратить открытие новых ядерных ракетных объектов.

На данный момент президент Кеннеди так и не ответил ни на одно из посланий Хрущева.

Как раз вовремя, секретное соглашение

Президент Кеннеди предпринял рискованный шаг. Он решил ответить на первое менее требовательное послание Хрущева и проигнорировать второе.

В ответе Кеннеди Хрущеву предлагался план вывода советских ракет с Кубы под надзором Организации Объединенных Наций в обмен на гарантии того, что Соединенные Штаты не вторгнутся на Кубу. Кеннеди, однако, не упомянул о ракетах США в Турции.

Пока президент Кеннеди отвечал Хрущеву, его младший брат, генеральный прокурор Роберт Кеннеди, тайно встречался с послом СССР в США Анатолием Добрыниным.

На встрече 27 октября генеральный прокурор Кеннеди сказал Добрынину, что Соединенные Штаты планировали вывести свои ракеты из Турции и будут делать это, но что этот шаг не может быть обнародован в каком-либо соглашении о прекращении кубинского ракетного кризиса.

Добрынин рассказал Кремлю о деталях своей встречи с генеральным прокурором Кеннеди, и утром 28 октября 1962 года Хрущев публично заявил, что все советские ракеты будут демонтированы и вывезены с Кубы.

Хотя ракетный кризис практически закончился, военно-морской карантин США продолжался до 20 ноября 1962 года, когда Советы согласились вывести свои бомбардировщики Ил-28 с Кубы. Интересно, что американские ракеты Юпитер не выводились из Турции до апреля 1963 года.

Наследие ракетного кризиса

Кубинский ракетный кризис, ставший определяющим и наиболее отчаянным событием холодной войны, помог улучшить негативное мнение мира о Соединенных Штатах после неудавшегося вторжения в Залив свиней и укрепил общий имидж президента Кеннеди в стране и за рубежом.

Кроме того, секретный и опасно запутанный характер жизненно важных коммуникаций между двумя сверхдержавами, когда мир балансировал на грани ядерной войны, привел к установке так называемой прямой телефонной линии «горячей линии» между Белым домом и Кремлем. Сегодня «горячая линия» по-прежнему существует в виде защищенного компьютерного соединения, по которому осуществляется обмен сообщениями между Белым домом и Москвой по электронной почте.

Наконец, что наиболее важно, осознав, что они поставили мир на грань Армагеддона, две сверхдержавы начали рассматривать сценарии прекращения гонки ядерных вооружений и начали работать над окончательным Договором о запрещении ядерных испытаний.

Вы (и почти все, кого вы знаете) обязаны своей жизнью этому человеку.

Темперамент имеет значение.

Особенно, когда речь идет о ядерном оружии, а вы не знаете - вы не можете - знать, что замышляет противник, и вы напуганы. Тогда это помогает (очень помогает) быть спокойным.

Мир в огромном долгу перед тихим, стойким русским военно-морским офицером, который, вероятно, спас мне жизнь. И твой. И все, кого вы знаете. Даже те из вас, кто еще не родился. Хочу рассказать его историю ...

Фотография NY Daily News Archive, Getty

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Октябрь 1962 года, разгар кубинского ракетного кризиса, и в Карибском море есть советская подводная лодка, которую заметили американские военно-морские силы. Президент Кеннеди заблокировал Кубу. Морское движение не разрешено.

Подлодка прячется в океане, а американцы сбрасывают глубинные бомбы слева и справа от корпуса. Внутри субмарина качается, трясется от каждого нового взрыва.Американцы не знают, что у этой подлодки есть на борту тактическая ядерная торпеда, доступная для запуска, и что русский капитан спрашивает себя: «Стрелять»?

Это действительно произошло.

Упомянутый россиянин, измученный нервный командир подводной лодки Валентин Савицкий, решил это сделать. Он приказал подготовить ракету с ядерной боеголовкой. Его заместитель одобрил приказ. Москва несколько дней не общалась со своей подлодкой. Рядом находились одиннадцать кораблей ВМС США, все возможные цели.Ядерная бомба этой ракеты имела примерно мощность бомбы в Хиросиме.

«Мы их сейчас взорвем!»

Температура на подводной лодке поднялась выше 100 градусов. Была сломана система кондиционирования воздуха, и корабль не мог всплыть на поверхность, оставшись незащищенным. Капитан чувствовал себя обреченным. Вадим Орлов, офицер разведки, который был там, вспоминает особенно громкий взрыв: «Американцы поразили нас чем-то более сильным, чем гранаты - очевидно, учебной глубинной бомбой», - писал он позже.«Мы подумали, вот и все, конец». И тогда, по его словам, советский капитан крикнул: «Может, там война уже началась ... Мы их сейчас взорвем! Мы умрем, но потопим их всех - мы не станем позором флота ».

Если бы Савицкий запустил свою торпеду, если бы он испарил американский эсминец или авианосец, США, вероятно, ответили бы глубинными ядерными бомбами, «таким образом, - дико недооценивала российский архивист Светлана Савранская, - запустив цепь непреднамеренных событий , что могло привести к катастрофическим последствиям.

Но этого не произошло, потому что именно тогда в историю вступает Василий Александрович Архипов.

Фото предоставлено М. Яровской и А. Лабунской

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Ему тогда было 34 года. Симпатичный, с густой шевелюрой и чем-то вроде завитка, свисающего со лба. Он был равным Савицкому, командир флотилии, ответственной за три русские подводные лодки в этой секретной миссии на Кубу - и он, возможно, один из самых тихих и незамеченных героев современности.

Что он сказал Савицкому, мы никогда не узнаем, не совсем так. Но, по словам Томаса Блэнтона, бывшего директора неправительственного Архива национальной безопасности, проще говоря, этот «парень по имени Василий Архипов спас мир».

Архипов, которого жена описала как скромного и тихого человека, просто отговорил Савицкого.

Точные детали спорны. Обычно говорят, что каждый из трех капитанов советских подводных лодок в океане вокруг Кубы имел право запустить ядерную торпеду, если - и только если - у него было согласие всех трех старших офицеров на борту.На замене Савицкий отдал приказ и получил один голос в поддержку, но Архипов возразил. Он не пойдет.

Он утверждал, что этот не был нападением.

Официальные советские отчеты по-прежнему засекречены, но российский репортер Александр Мозговой, американский писатель, и свидетельские показания разведчика Орлова предполагают, что Архипов сказал капитану, что кораблю ничего не угрожает. Его просили всплыть. - Сбрасывать глубинные бомбы налево, затем направо, шумно, но всегда не по цели - это сигналы, - утверждал Архипов.Они говорят: мы знаем, что вы там. Представьтесь. Подойди и поговори. Мы не собираемся причинять вреда.

Что происходит?

Русский экипаж не мог понять, что происходило над ними: они замолчали задолго до начала кризиса. Изначально им было приказано отправиться прямо на Кубу, но затем, без объяснения причин, им было приказано остановиться и ждать в Карибском море. Орлов, живший в Америке, слышал по американским радиостанциям, что Россия тайно доставила на остров ракеты, что Куба сбила U.S. шпионский самолет, который президент Кеннеди приказал ВМС США окружить остров и никого не пропустить. Когда американцы заметили подлодку, Савицкий приказал ей опуститься глубже в океан, чтобы скрыться из виду, но это их отрезало. Они не слышали (и не доверяли) американским СМИ. Насколько они знали, война уже началась.

Мы не знаем, как долго они спорили. Мы действительно знаем, что ядерное оружие, которое было у русских (на каждом корабле было только одно, со специальной охраной, которая оставалась с ним днем ​​и ночью), можно было использовать только в том случае, если сама Россия подверглась нападению.Или если атака неизбежна. Савицкий чувствовал, что имеет право выстрелить первым. Официальные российские источники утверждают, что ему нужен был прямой приказ из Москвы, но жена Архипова Ольга говорит, что произошла конфронтация.

Она и Рюрик Кетов, златозубый капитан находившейся поблизости русской подводной лодки, оба слышали эту историю непосредственно от Василия. Оба верят ему и говорят об этом в документальном фильме PBS. Некоторые сцены драматизированы, но послушайте, что они говорят ...

По мере развития драмы Кеннеди беспокоился, что русские могут принять глубинные бомбы за атаку.Когда его министр обороны сказал, что США сбрасывают сигналы размером с «гранату» над подводными лодками, президент вздрогнул. Его брат Роберт Кеннеди позже сказал, что разговоры о глубинных бомбах «были временем наибольшего беспокойства для президента. Его рука поднялась к лицу [и] он сжал кулак ».

Видеокадр из документального фильма PBS «Ракетный кризис: Человек, который спас мир».

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Русское командование, со своей стороны, понятия не имело, насколько тяжело было внутри этих подлодок.Анатолий Андреев, член экипажа другой, находившейся неподалеку подлодки, вел дневник, продолжающееся письмо жене, в котором описывалось, на что это было похоже:

Последние четыре дня нас даже не подпускали к глубина перископа… Голова разрывается от душного воздуха… Сегодня трое моряков снова упали в обморок от перегрева… Регенерация воздуха работает плохо, содержание углекислого газа растет, запасы электроэнергии падают. Те, кто свободны от своих смен, сидят неподвижно, уставившись в одну точку… Температура в секциях выше 50 [122ºF].

Спор между капитаном и Архиповым происходил на старой дизельной подводной лодке, предназначенной для арктических путешествий, но застрявшей в климате, который был почти невыносимым. И все же Архипов сохранял хладнокровие. После их столкновения ракету не готовили к стрельбе. Вместо этого российская подлодка поднялась на поверхность, где ее встретил американский эсминец. Американцы не поднялись на борт. Инспекций не было, поэтому ВМС США не знали, что на этих подлодках есть ядерные торпеды, и не знали бы около 50 лет, когда бывшие воюющие стороны встретились на 50-м заседании.Вместо этого русские отвернулись от Кубы и направились на север, обратно в Россию.

Фотография любезно предоставлена ​​Национальным архивом США, Отделение неподвижных изображений, Рекордная группа 428, товар 428-N-711199

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Оглядываясь назад, все сводилось к Архипову. Все согласны с тем, что именно он остановил капитана. Он тот, кто стоял на пути.

Насколько мы можем судить, он не был наказан Советами.Позже он получил повышение. Репортер Александр Мозговой описывает, как советский военно-морской флот провел официальную проверку, и как ответственный, маршал Грачко, когда ему рассказали об условиях на этих кораблях, «снял очки и в ярости ударил ими по столу, разбив их на мелкие кусочки, и внезапно выходя из комнаты после этого ».

Фото предоставлено М. Яровской и А. Лабунской

Пожалуйста, соблюдайте авторские права. Несанкционированное использование запрещено.

Как Архипову (это он наверху) удалось сдержать самообладание во все это время, как ему удалось уговорить своего неистового коллегу, мы не можем сказать, но полезно знать, что Архипов уже был советским героем.Годом ранее он был на другой советской подводной лодке, К-19, когда вышла из строя система теплоносителя и бортовой ядерный реактор оказался под угрозой расплавления. Не имея системы резервного копирования, капитан приказал экипажу провести ремонт на машине, и Архипов, среди прочих, подвергся воздействию высоких уровней радиации. Двадцать два члена экипажа умерли от лучевой болезни в течение следующих двух лет. Архипов не умрет до 1998 года, но это будет от рака почки, вызванного, как говорят, заражением.

Ядерное оружие опасно по своей природе.Обращаться с ними, использовать, не использовать, требует осторожности, осторожности. Живя, как мы сейчас, с Северной Кореей, пакистанскими генералами, джихадистами и неизвестно, кто станет следующим президентом США, миру очень, очень повезло, что в один критический момент кто-то достаточно спокойный, достаточно осторожный и достаточно хладнокровный был там сказать нет.

Спасибо Алексу Веллерстайну, автору впечатляющего блога Restricted Data, за его помощь в поиске исходных материалов по этой теме.

Сорок лет назад: Кубинский ракетный кризис

Осень 2002 г., т.34, № 3

Библиотека Кеннеди отмечает сороковую годовщину ракетного кризиса

На неделе 7 октября 1962 года в Карибском бассейне была плохая погода, не позволившая американским самолетам-разведчикам U-2 совершать больше разведывательных полетов над Кубой Фиделя Кастро, всего в девяноста милях от побережья Флориды.

Но в воскресенье утром, 14 октября, было безоблачно, и самолет U-2 получил несколько хороших фотографий - снимков, которые в течение следующих нескольких дней были проанализированы и повторно проанализированы.Они предоставили убедительное доказательство того, о чем Соединенные Штаты подозревали в течение нескольких месяцев: Советский Союз установил ядерное оружие средней дальности на Кубе Кастро, способное нанести удар по крупным городам США и убить десятки миллионов американцев в считанные минуты.

Столкнувшись с этой драматической документацией, президент Джон Ф. Кеннеди немедленно решил, что ракеты должны быть удалены, и созвал своих самых доверенных советников вместе, чтобы они выступили в качестве Исполнительного комитета Совета национальной безопасности или ExComm.Его задача заключалась в разработке возможных ответов на накопление ракет и последствия этого накопления.

Сорок лет спустя то, что сейчас известно как «Кубинский ракетный кризис», который длился несколько недель, вспоминают как самый жаркий момент в холодной войне между Востоком и Западом и решающий момент президентства Кеннеди.

американских военнослужащих по всему миру были приведены в состояние боевой готовности. Четыре тактических авиационных эскадрильи были готовы к воздушным ударам над Кубой с ракетными позициями, аэродромами, портами и огневыми точками в качестве потенциальных целей.Более 100 000 солдат были отправлены во Флориду для возможного вторжения на Кубу. Военно-морской флот направил 180 судов в Карибское море для запланированных морских учений с участием 40 000 морских пехотинцев. Б-52 с ядерным оружием все время находились в воздухе.

На фотографиях от 14 октября Соединенные Штаты запечатлели, как Советский Союз строит наступательные ядерные ракетные базы на своем заднем дворе, и теперь две сверхдержавы объединились в первом прямом ядерном противостоянии в истории.

На протяжении 1962 года перемещение советского персонала и техники на Кубу вызывало подозрения в американском разведывательном сообществе. В ответ американские корабли и самолеты начали фотографировать каждое советское судно, направлявшееся на Кубу, а самолеты-разведчики U-2 начали регулярные разведывательные полеты над островом.

Первые свидетельства прибытия на Кубу ракет класса «земля-воздух», торпедных катеров с ракетами для береговой обороны и большого количества советских военнослужащих были сделаны на фотографиях, сделанных в конце августа.Но эти фотографии не свидетельствовали о наличии наступательных баллистических ракет. В сентябре Кеннеди сделал два четких предупреждения советскому премьер-министру Никите Хрущеву относительно наращивания так называемых «оборонительных» советских вооружений на Кубе.

13 сентября Кеннеди написал: «Если в какой-либо момент коммунистическое наращивание на Кубе будет угрожать или вмешиваться в нашу безопасность каким-либо образом ... или если Куба когда-либо ... станет наступательной военной базой значительного потенциала. для Советского Союза эта страна сделает все возможное для защиты своей безопасности и безопасности своих союзников.«

Несмотря на предупреждения Кеннеди, Советы продолжали строительство баз, а Соединенные Штаты продолжали следить за их действиями и фотографировать. Однако фотографии от 14 октября изменили характер игры и запустили серию необычных событий.

Исполком должен был рассмотреть, как отреагировать на действия Советского Союза. Члены обсудили ряд возможных ответов: ничего не делать; передать вопрос в Организацию Объединенных Наций и Организацию американских государств; предлагают удалить У.S. ракеты в Турции, если Советы уберут ракеты на Кубе; отправить секретных посланников для переговоров с Кастро; блокада Кубы; нанести удар по Кубе с воздуха; или вторгнуться на Кубу.

По мере того, как дискуссии в ExComm продолжались, идея морской блокады возникла как ответ выбора.

Между тем, 18 октября Кеннеди встретился на несколько часов с министром иностранных дел СССР Андреем Громыко, который подчеркнул, что оружие Советского Союза на Кубе «ни в коем случае не является наступательным». Кеннеди зачитал Громыко его предыдущее заявление, в котором предостерегал против наступательных ракет на Кубе.

Позже в тот же день началась подготовка к морской блокаде, но Объединенный комитет начальников штабов продолжал настаивать на авиаударе и вторжении. Президент, желая вести себя нормально, вылетел на Средний Запад для участия в предвыборной кампании в связи с предстоящими выборами в Конгресс. Он вернулся в субботу, 20 октября, чтобы прочитать проект речи, объявляющей о блокаде. Хотя блокада, которую Кеннеди предпочитал называть «карантином», представляла собой лишь «ограниченные действия» против Кубы и Советов, Кеннеди считал, что «ограниченные действия» - лучший способ начать; он всегда мог выбрать более широкие действия, такие как вторжение или воздушные удары, если блокада не сработала.

В то время как ExComm заседал официально как Совет национальной безопасности, Кеннеди решил, что в своей речи Соединенные Штаты не должны занимать дипломатическую оборону, а вместо этого должны обвинить Советы в двуличии и угрозе миру во всем мире. Он хотел выступить в воскресенье вечером, но его уговорили отложить выступление до понедельника, чтобы Государственный департамент мог проинформировать лидеров союзных стран и лидеров Конгресса.

В понедельник вечером 22 октября Кеннеди обратился к нации.Он был ясным и прямым:

Чтобы остановить это наращивание наступательной активности, вводится строгий карантин на всю наступательную военную технику, отправляемую на Кубу. Все корабли любого типа, направляющиеся на Кубу, из какой бы страны или порта, в случае обнаружения на них груза наступательного оружия, будут возвращены. . . .

Политика этой страны будет заключаться в том, чтобы рассматривать любую ядерную ракету, запущенную с Кубы против любого государства в Западном полушарии, как нападение Советского Союза на Соединенные Штаты, требующее полного ответного ответа на Советский Союз.. . .

Я призываю Председателя Хрущева остановить и устранить эту тайную, безрассудную и провокационную угрозу миру во всем мире и стабильным отношениям между нашими двумя странами. . . . Теперь у него есть возможность вернуть мир из бездны разрушения. . . .

Мои сограждане, пусть никто не сомневается в том, что это трудное и опасное усилие, к которому мы приступили. Никто не может точно предвидеть, какой курс он пойдет или какие затраты или потери будут понесены.Впереди многие месяцы жертв и самодисциплины - месяцы, в которые будут проверены и наша воля, и наше терпение, - месяцы, в течение которых множество угроз и обвинений будут держать нас в курсе нашей опасности. Но самая большая опасность - ничего не делать.

Напряжение нарастало в течение следующих нескольких дней, поскольку мир задавался вопросом, можно ли урегулировать кризис мирным путем. Речь Кеннеди получила широкую поддержку в Латинской Америке и среди союзников США. Но Пентагон продолжал планировать авиаудары и наземное вторжение.Несколько советских судов отвернулись от карантинной линии, и Соединенные Штаты представили в Организации Объединенных Наций фотографические доказательства ракет во время телевизионной конфронтации с Советским Союзом. Но строительство ракетных стартовых площадок на Кубе продолжалось.

26 октября Кеннеди получил письмо от Хрущева, в котором предлагалось, что «если будут даны гарантии, что президент Соединенных Штатов не будет участвовать в нападении на Кубу и блокада будет снята, тогда встанет вопрос об удалении или уничтожении ракетных объектов. на Кубе тогда был бы совсем другой вопрос."В тот же день вашингтонский журналист получил разъяснение предложения Хрущева от важного должностного лица в советском посольстве в Вашингтоне: Советы снимут ракеты под наблюдением и инспекцией Организации Объединенных Наций, а Соединенные Штаты снимут блокаду и пообещают не вторгнуться на Кубу.

Кеннеди получил еще одно письмо от Хрущева с требованием удалить американские ракеты из Турции, соседа Советского Союза, в обмен на удаление советских ракет с Кубы.Подразумевается, что если Соединенные Штаты вторгнутся на Кубу, Советы вторгнутся в Турцию, и конфликт может обостриться. Кеннеди решил проигнорировать это письмо и ответить на первое. В воскресенье, 28 октября, Советы согласились удалить ракеты с Кубы.

Переговоры об окончательном урегулировании кризиса продолжались несколько дней, но непосредственная угроза ядерной войны была предотвращена.

20 ноября Кеннеди объявил: «Сегодня председатель Хрущев сообщил мне, что все бомбардировщики Ил-28 с Кубы будут выведены через тридцать дней.. . . Сегодня днем ​​я дал указание министру обороны отменить наш военно-морской карантин ". Впоследствии Соединенные Штаты демонтировали несколько своих устаревших авиабаз и ракетных баз в Турции.

Кубинский ракетный кризис стал, возможно, самым большим испытанием президентства Джона Ф. Кеннеди, и, хотя он и Хрущев смогли достичь мирного урегулирования, кризис имел ряд далеко идущих исторических последствий. В течение года Кеннеди и Хрущев подписали Договор о запрещении ядерных испытаний, первое соглашение о разоружении в ядерную эпоху.В том же 1963 году была открыта первая «горячая линия» между Вашингтоном и Москвой.


Эта статья была адаптирована из книги Кубинский ракетный кризис: обращение президента Кеннеди к нации, , опубликованной NARA в 1988 году в рамках серии «Основные вехи в национальных архивах».

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *