Битва при молодях 1572 год карта – Битва при Молодях — великая победа русских войск под руководством Ивана Грозного. ФОТО

Содержание

Интересное описание битвы при Молодях 1572 года


Вообще его непростая судьба и полная военных приключений биография – настолько гигантский пласт невыдуманного «экшна», такого замысловатого по закрученности сюжетов, что «Властелин колец» нервно курит в сторонке.

Молодейской битве вообще и князю Хворостинину категорически не повезло с историческим моментом. Дело в том, что князь в 1572 году был самым настоящим опричником, которому, в соответствии с генеральной исторической концепцией ВЦСПС и последовавших за ним неолибералов, полагается быть слабым и подлым ублюдком, способным исключительно и только «водку пьянствовать и безобразия нарушать».

Ну а если факты противоречат этой концепции, то тем хуже для фактов. Историки – вообще интересный народец, второй по честности после карточных шулеров и первый — перед древнейшей профессии — по продажности.

Ну да бог им судья... Хотя они и бога... того... смогут, если захотят или если кто проплатит...

Все! «Ни слова о драконах!» Вернемся в лето 1572-го, когда 27 июля крымско-турецкое войско подошло к Оке и стало переправляться через нее у впадения в нее реки Лопасни по Сенькиному броду (именно по этому броду вел свое войско на Куликово поле Дмитрий Донской).


Памятный знак у Турово

Место переправы охранял небольшой сторожевой полк «детей боярских» под командованием Ивана Шуйского, состоявший всего из 200 воинов, хотя скорее всего 200 – это дворяне, офицерский состав. Первоисточники дают другую цифру – «Со князем Иваном Петровичем Шуйским: выборных 15 чел., колужан 200 чел., Ярославля большого 430 чел., углечан 200 чел., лихвинцов 40 чел., и с Перемышля 1 чел., лушан и кинешемцов 70 чел. И всего со князем Иваном Петровичем 956 чел.».


Сенькин брод

На этот сторожевой (пограничный) отряд обрушился весь ногайский авангард крымско-турецкого войска под командованием Теребердей-мурзы. Я не знаю, кто и когда возьмется экранизировать этот бой, но тема эта не менее духовна и трогательна своей готовностью к самопожертвованию, чем подвиг героев Бреста и героев-панфиловцев.

Почти тысяча, это, конечно, больше, чем 200, но и 300 спартанцев, как оказывается, тоже было совсем не 300 и защищали они чрезвычайно выгодную для обороны горную дорогу. А тут, вы только представьте: среднерусская равнина, невысокие, топкие бережка, ни одной высоты, за которую можно зацепиться, и 20-тысячная ногайская конница слева, справа и сзади...

То есть шансов – ни одного. У вас лично. Но есть шанс задержать переправу – хотя бы на день, хотя бы на час – и дать, таким образом, собрать основные силы где-то там, пока вас убивают здесь. Вам не страшно, читатель? Мне – очень страшно.

Я не нашел в первоисточниках информации, как долго сражалась эта застава. Оказать помощь им было некому. Помощь просто не успевала. Есть только скупые строки «не бежали», «вступили в бой», «потрепали ногайскую конницу настолько, что в основной битве она уже принимала только вспомогательное участие», «были рассеяны»...

Хроники скупы и лаконичны: «А как крымской царь приходил, и на Сенкине перевозе стояли по сю сторону Оки двести человек детей боярских. И Теребердей мурза с нагайскими тотары пришол на Сенкин перевоз в ночи и тех детей боярских розгромили и плетени ис подкопов выняли да перешли на сю сторону Оки реки».

Итак, направление движения противника и численность и расположение его в приграничных сражениях было выявлено. Требовалось принять решение.

Расклад был невеселый:

— Девлет Гирей: 140 тыс. крымских татар, турецких янычар и ногайцев.

— Воротынский и Хворостинин: около 20 тысяч стрельцов, дворянской конницы и служилых ливонских немцев, 7 тысяч немецких наемников, около 5 тыс. казаков Михаила Черкашенина, а также, возможно, посошная рать (ополчение).

Русское командование расположило основные силы под Коломной, надежно прикрыв подходы к Москве со стороны Рязани. Но оно учло также возможность повторного вторжения татар с юго-запада, из района Угры. На этот случай командование выдвинуло на крайний правый фланг в Калугу воеводу князя Д. И. Хворостннина с передовым полком. Именно этому полку и его командиру суждено было сыграть ключевую роль во всех последующих событиях. Рассмотрим его повнимательнее:

«С окольничим со князем Дмитреем Ивановичем Хворостининым: выборных 15 чел., олексинцов 190 чел., галичан 150 чел., старичан 40 чел., вереич 30 чел., медынцов 95 чел., Ярославца Малово 75 чел. 118. Деревские пятины 350 чел. 119. И всего со князем Дмитреем Ивановичем 945 чел.».


 «Поместное войско, 16-й век»

Именно во главе этого войска опричник Хворостинин спешил к переправам. Спешил помочь сторожевому полку Шуйского, но не успел, и , влетев на полном ходу в самый центр уже переправившегося ханского войска, моментально превратившем его в партизанский отряд, вынужден был решать сразу две нерешаемые проблемы:

— Как остановить продвижение хана к Москве, находясь чуть ли не в середине оккупационной зоны?

— Какую такую позицию занять, чтобы он, хан, не мог ее обойти?

Вот тут и проявился полководческий талант князя, которому (на минутку задумайтесь!) не было еще и сорока лет. Пропустив мимо себя основные силы неприятеля и подождав, пока колонна растянется на неприличное расстояние в 40 верст, Хворостинин ударил с тыла, не давая развернуться в боевые порядки и методично скатывая в рулон толпящихся на узкой дороге ордынцев.


 «Войска Ивана Грозного»

Тактика ударов была зубодробительной: полк Хворостинина выстраивался полумесяцем, выгнутым в сторону неприятеля, где на флангах располагалась пищальная пехота и артиллерия, а центр составляли подвижная конница и лучники. В резерве находилась тяжеловооруженная поместная кавалерия, офицерский корпус, белая кость и голубая кровь царской армии. Центр, вытянутый, как указательный палец, наскакивал на арьегард, громил и рассекал обозы и также стремительно отходил, как только подтягивалось охранение.

Разъяренная наглостью «микроба», ханская конница бросалась в погоню. Теперь выгнутый месяц превращался в вогнутый серп, и как только погоня втягивалась внутрь, серп превращался в огненный мешок, где с трех сторон — и с фронта, и с обоих флангов на ордынцев обрушивался огонь из всех стволов, буквально выкашивая атакующие колонны.

Разгром довершала тяжеловооруженная поместная конница, показательно нанизывая на длинные трехметровые пики гордых детей степей, которые своим оружием не могли достать даже до лошадиных морд русской кавалерии.


 «Русская поместная конница»

Сосредоточенно вырубая арьегард и громя ханские тылы, Хворостинин «дожал» крымский сторожевой полк до самой ханской ставки. Чуть не попав вместе со штабом в плен к наглому опричному московиту, потеряв за неполный рабочий день почти все обозы, хан обиделся и остановился. Пришлось высвистывать авангард, уже почти доскакавший до ворот Москвы, укреплять его элитной кавалерией, одним словом с марша разворачивать стотысячную армию на 180 градусов. Сто тысяч – это серьезно. Время торможения и тормозной путь – как у океанского лайнера.

Пока это все упиралось, толпилось и разворачивалось, не понимая, что происходит, Девлет I вынужден был бросить на помощь своим, командовавшим арьергардом, сыновьям, весь свой резерв — полнокровную кавалерийскую дивизию — 12 тысяч крымских с приданным им остатками ногайских всадников. Партия стремительно переходила в миттельшпиль.

«Ща мы им!» — разворачивалась степная лава, вдесятеро более широкое по фронту, чем изрядно поредевший «батальон» Хворостинина. «Кыг-дым-тым-тым» донеслось в ответ с того места, где только что стояло московское войско. Князь Дмитрий Иванович, оказавшись один на один со всей ханской кавалерией, уводил своих солдат от самоубийственного столкновения с ней, делая элегантный «ход конем», в результате которого, мимо стен уже готового к бою гуляй-города князя Баратынского, сначала парадным маршем проследовал Дмитрий Иванович Хворостинин и сопровождающие его лица, а следом подтянулись радостно догонявшие его ханские кавалеристы.


Гуляй-город

Гуляй-город — это укрепленные повозки с бойницами. Фактически — подвижная крепость. Одна повозка – 6 бойниц, за каждой из которой скрывались вот такие красавицы, выплевывающающие один раз в три минуты до двух фунтов (около киллограмма) различной гадости. И вот мимо фронта такого гуляй-города, состоявшего из 40 повозок (240 бойниц) и потащил за собой Хворостинин распаренных от догонялок членов своего фан-клуба из элитной ханской кавалерии.


Пищаль 2-фунтовая

«Бадабум!» — сказала крепость, когда первые ряды девлетовской конницы уверенно втянулись в узкую полоску между холмом, на которой стояла крепость и рекой Рожайкой. «Трах-тибидох-тибидох», — ответил в унисон из трех тысяч ручных пищалей, стоящий в засаде у подножия холма стрелецкий полк.


 «Стрельцы ведут беглый огонь»

Полтонны свинца, равномерно распределенные на сомкнутый кавалерийский строй – это очень много, даже если строй состоит из 20 тысяч храбрых воинов. Пищальная пуля легко пробивает два человека и застревает только в третьем. Залп из более чем четырех тысяч стволов смел преследовавшую Хворостинина конницу в реку Рожайку, как мух.

Остатки преследователей, вернувшись к хану, несли что-то бессвязное про шайтан-арбу, идиота-начальника и жаловались на отсутствие современных систем связи, навигаторов GPS и беспилотников, необходимых для предварительной рекогносцировки поля боя.

Два дня (!) Девлет 1-й менял памперсы и проветривал портки своей крайне неудачно повоевавшей кавалерии, приводил в чувство остальной, уже изрядно потрепанный, экспедиционный корпус. А на господствующих высотах нагло закрепились и периодически постреливали в его сторону неполиткорректные московские полки, так и ждущие, когда хан продолжит движение и будет вынужден оголить тылы и обозы.

О каком-то движени на Москву с таким геморроем на тыльной стороне спины можно было забыть. Но теперь (о God Damned!), чтобы хотя бы вернуться домой, надо было как-то пройти эту рассвирипевшую Моську, намертво вцепившуюся в ногу слона и заперевшую его между деревенькой Молоди и Москвой. И хан решил пойти ва-банк.

Эндшпиль

Кавалерия спешилась и усилила и так немаленькую мощь пехотных полков. Диковинка для местной публики – свирепые янычары — были выдвинуты в первые ряды атакующих. В строй встали даже кашевары и массажисты. Такое впечатление, что Девлет хотел буквально вручную передвинуть ненавистную крепость-лайт вместе с ее защитниками куда-подальше с глаз своих.


 «Атакуют янычары»

Ожесточенность, с которой ханское войско долбило русскую оборону вполне можно сравнить с Курской битвой, когда стороны прекрасно понимали – «или пан, или пропал»! Развязка наступила на третий день штурма, когда, увлекшись таким близким «ну вот еще чуть-чуть и мы их доломаем!» хан прозевал очередной «сюрпрайз».

«Воспользовавшись тем, что враг сосредоточился на одной стороне холма и увлекся атаками, князь Воротынский предпринял смелый маневр. Дождавшись, когда главные силы крымцев и янычар втянутся в кровавую схватку за гуляй-город, он незаметно вывел большой полк из укрепления, провел его лощиной и ударил в тыл татарам. Одновременно, сопровождаемые мощными залпами пушек, из-за стен гуляй-города сделали вылазку и воины Хворостинина. Не выдержав двойного удара, татары и турки побежали, бросая оружие, обозы и имущество.


 «Русские атакуют»

Потери были огромны – погибли все семь тысяч янычар, большинство крымских мурз, а также сын, внук и зять самого Девлет Гирея. Множество высших крымских сановников попало в плен.

Во время преследования пеших крымцев до переправы через Оку было перебито большинство бежавших, а также еще один 5-тысячный крымский арьергард, оставленный на охрану переправы. В Крым возвратилось не более 10 тысяч воинов...»


Памятник битве при Молодях

Молодейскую битву игнорируют школьные учебники, не жалуют писатели и киношники, но зато каждый год на этом месте собираются реконструкторы истории и сочувствующие им лица. Если будете проезжать село Троицкое Чеховского района – загляните и поклонитесь скромному памятнику на том самом месте, где был поставлен очередной жирный крест на очередной попытке умножить на ноль государство российское.

Не первый и не последний…

chester854.livejournal.com

Битва при Молодях - великая победа русских войск под руководством Ивана Грозного. ФОТО

Если ехать из Москвы по Варшавскому шоссе на юг, то в 40 км от МКАДа встретится село Молоди. Здесь 2 августа 1572 года русские ратники истребили идущую на Москву татаро-турецко-ногайскую орду. Вон на том холме с церковью стоял гуляй-город. А в этой низине с речкой Рожайкой полегли оборонявшие его московские стрельцы. Давайте помянем их, доблестно сражавшихся и умиравших здесь тем знойным летом. Они честно делали свое трудное дело. Ведь есть такая профессия – Родину защищать. И они ее защитили, отстояв столицу.

Русь Ивана Грозного

В 1533 году в Москве воцарился Иван IV (Грозный). Он унаследовал разоренную Русь: элита растаскивала страну, тупо идя на посулы алчной заграницы, продавая все и вся. Дальновидно и активно молодой царь стал укреплять страну. Сделав ставку на верность простых людей, он основал опричнину: «Наши князи и бояре учали нам изменять, и мы вас, страдников, приближаем, хотячи от вас службы и правды». Русь начала подниматься с колен, расправив плечи от Балтики до Сибири, увеличилась вдвое, население выросло. Иван принял титул царя, равный императорскому, что было узаконено Вселенским Патриархом и другими иерархами церкви, видевшими в нем единственного защитника православия.
Архив: Зарежь себя сам

Неожиданно для Запада и Востока возникла держава, мешавшая тем, кто стремился подмять под себя весь мир. Это сделало ее врагом № 1; формой отношений с нею стала война. Запад громили поляки/литовцы, северо-запад — ливонцы, но главное кровопускание устраивали на юге и востоке потомки Чингисхана: Казанское, Астраханское, Крымское ханства, Ногайская орда. Нужно было что-то делать. Первое: прекратить набеги со стороны Казани, причем покончить с заразой навсегда, включив ханство в состав Московского царства. Но война не удалась, а Казань обнаглела еще больше. В 1551 году царь снова пришел под ее стены. Лукавые запросили мира, приняли все требования и, как обычно, обманули. Однако «глупые урусы» почему-то обиду не проглотили и в 1552 году нещадно избили войско врага, взяли его столицу, поставив жирную точку вековым бедствиям с этой стороны. Турецкий султан Сулейман Великолепный никак не ожидал, что «неверные» разгромят единоверцев — и послал крымского хана Девлет-Гирея с 30-тысячной ордой на помощь. Царь взял 15 000 всадников, ринулся навстречу и разгромил «помощников» наголову. Астраханский хан Ямгурчей в приступе гнева объявил Руси войну. Через 4 года настал и его черед: Астрахань пала, Русь вышла к Каспию, овладев Волгой на всем ее протяжении; разорвав веками душившую петлю, устремилась на юг и восток. Под руку Москвы добровольно пошли сибирский хан Едигер, башкиры, черкесские князья. Эти события вызвали всплеск злобы в тюркском мире и означали только одно — новую войну. Положение скоро осложнилось: почти все русское войско было на ливонской войне в Прибалтике, а южные рубежи Руси начал громить крымский хан…
Люди как товар

Крымское ханство: в него входили Крым и земли от Дуная до Кубани. Население было двух типов: коренное — смуглые потомки древних тавров, скифов, алан, греков, армян, оседло проживавшие в горах и по южному берегу полуострова; и пришельцы — осколки орд Чингисхана, монголоидные татары, кочевавшие по степям. Покоренный Османской империей, Крым практически стал ее составной частью, вернейшим вассалом. Столицей ханства был Бахчисарай, резиденцией турецкого наместника — Кафа (Феодосия). Давние мирные отношения между крымцами и их соседями-славянами с приходом в Крым турок изменились. Хан Менгли-Гирей всю жизнь поддерживал добрые отношения с Русью, а первый набег на нее совершил его сын Мухаммед, нарушивший завет отца. Инициаторами охоты за рабами были турки, гаремам которых была нужна масса невольников, особенно девушек и мальчиков. Набеговое хозяйство и работорговля скоро стали «специализацией» Крыма, определяя его политику, от денег купцов зависели визири, мурзы, турецкие наместники. Ханство переродилось, теперь оно жило захватом ясыря, и без этого существовать уже не могло.
Прикрытый широкими безлюдными степями, отрезанный от материка Перекопом длиной 6 верст (широкий и глубокий ров с высоким укрепленным валом), Крым превратился в гнездо хищников, паразитирующих на рабах, неприступное разбойничье логово, созданное именно для такой «экономики». Здесь рабами владели все, но основной «товар» шел за рубеж. Османская империя дала работорговцам массу рынков, а Крым стал главным поставщиком рабов в Азию, Африку, Европу. В выгодный промысел включились поволжские/кубанские ногайцы, астраханские/казанские татары, кавказские племена. Возникли новые центры работорговли: Очаков, Темрюк, Тамань, Анапа. Главный оптовый рынок был на Перекопе. Турки и татары, считая профессию купца недостойной, сдавали здесь людей скопом оптовикам (этим занимались армяне, арабы, евреи). На рабах быстро вырос Азов, еще удобнее Перекопа: отсюда «товар» везли морем, а не гнали через степи Крыма. В Кафе с постоянным запасом в десятки тысяч пленников их перепродавали и морем везли в Азию, Африку, Европу. Главными покупателями были турки, итальянцы, берберы, испанцы. За два века в Крыму было продано более 3 миллионов людей: украинцев, поляков, русских (они за свое уменье убегать ценились меньше). Один еврей-меняла, сидя на Перекопе у единственных ворот, ведущих в Крым, при виде нескончаемых колонн рабов спрашивал: «Есть ли еще люди в тех странах или уж не осталось никого?»
Архив: Зарежь себя сам

Чтобы предотвратить нападения крымцев, Москва ежегодно давала откуп («поминки»), но это мало помогало, в течение первой половины XVI века они нападали каждый год, угоняя до 50 000 человек, что было намного больше военных потерь. Гигантский «насос» откачивал десятки тысяч лучшего населения; еще десятки тысяч стояли на границах, чтобы прикрыть Родину от разорения.
Техника набега

Коренные крымцы в походы не ходили, платя за это особый налог. А вот кочевникам закон орды разрешал убивать отказников, и потому тут участвовали все. Малый набег (бешбаш, «пять голов») возглавлял мурза; в средний набег (чапуле) шли 50 000 всадников с беем; в большой набег (сефери) во главе с ханом — все взрослое мужское население. Полная мобилизация давала до 150 000 сабель. Для сравнения: Великое княжество Литовское (население в 5 раз больше) могло выставить лишь 40 000 воинов, ведь кочевники могут мобилизовать большую часть мужчин безболезненно для своего скотоводства. В поход оружия брали немного: пику, лук («стрелы их летят вдвое далее ружейной пули»), саблю, нож, но непременно — много веревок для пленных. В орде царила жесткая дисциплина, залог минимального риска для участников набега.
Архив: Зарежь себя сам

Из Крыма на Москву вели три древние дороги: Муравский, Изюмский и Кальмиусский шляхи. Они шли через Дикое Поле — совершенно обезлюдевшие от набегов степные пространства. На своих малорослых, сильных, выносливых лошадях, имея по две запасных, без обоза, питаясь пшеном, сыром и кобылиной, татары легко преодолевали эту тысячу верст. Скрываясь от русских разъездов, крайне осторожно крались по лощинам, оврагам, ночью не разводя огня, рассылая лазутчиков во все стороны; имитируя прорыв границы в одном месте, нападали в другом; идя малыми силами, сажали на лошадей чучела, чтобы казаться больше; через подосланных языков слали на Русь ложные вести о своих намерениях и силах. И им удавалось чаще всего безнаказанно делать свое черное дело. Обычно они нападали 1–2 раза в год, чаще во время жатвы, когда легче ловить людей по полям; в зимнем набеге мороз облегчал путь через реки и топи. Вооруженного противника крымцы избегали, в бой вступали, превосходя его минимум вдесятеро. Боевые действия вела их меньшая часть, большинство занималось «делом». Углубившись в чужую страну на 100–200 км, орда поворачивала назад и, разбросив от главного отряда широкие крылья, гребенкой мелких стай окружала селения, чтобы никто не ускользнул, грабила, жгла, резала, захватывала ясырь. Старых, немощных убивали, как и взрослых мужчин, способных взбунтоваться в пути. Угоняли женщин, молодежь, самым дорогим «товаром» были дети, особенно красивые.
Вековая, непрерывная, изнурительная борьба без перемирий, на грани жизни и смерти.
Разорение Москвы

…Итак, Русью занялся сам турецкий султан Селим II. Велев крымскому хану «прессовать» ее постоянными набегами, он в 1569 году послал из Азова на восток 20 000 янычар и 50 000 татар/ногайцев с задачей отвоевать Астрахань, отрезать Русь от Каспия, установить связь с мусульманской Средней Азией. Конница и гребная флотилия поднялись по Дону, но в Волгу суда перетащить не смогли, а на них остался осадный парк. Подошли к Астрахани: без тяжелых пушек ее было не взять, да и людей было мало; зимовать янычары не хотели и взбунтовались. Выручать город шла русская рать, и турки, сняв осаду, стали отходить через северокавказскую равнину. По пути их кромсали казаки, от стычек, голода и болезней в зимней степи большинство южан-турок погибло, в Азов вернулось всего 700 человек, но своего замысла крепко наказать Москву султан не оставил.
1570 год: 50-тысячная орда осадила Рязань и Коломну, с большим трудом удалось ее отогнать и отбить полон.
1571 год: польский король Сигизмунд богатыми подарками склонил хана к новому нападению на москалей, 40-тысячная армия Крыма выступила в поход. Донские казаки вовремя предупредили своих, но предатели провели орду через южные засечные линии.
Поначалу целью был город Козельск. Однако к хану явился изменник боярин Сумароков: «На Руси засуха, мор, войско воюет в немцех, людей у царя мало» — и орда повернула на Москву. «Агенты влияния» при царском дворе (готовившие польское вторжение заговорщики Челяднина-Старицкого) недоглядели приближения татар. На рубеже Оки воеводе Ивану Бельскому удалось собрать лишь 6000 бойцов, на подмогу пришел сам царь с опричниками. Но предатели показали врагу броды через Оку, и орда обошла заслон. Увидев татар уже в тылу, войско поспешило к беззащитной Москве. Подойдя одновременно с ордой, русские прорвались-таки в город и, когда враг полез в атаку, дали отпор. Началась бойня. Москва-река была завалена трупами, течение остановилось, но город не сдавался. И тогда татары его подожгли. Из-за сильного ветра он за три часа выгорел дотла, в огне погибли десятки тысяч людей, в т. ч. самих крымцев, кинувшихся грабить. Хан увел орду от пожарища, разорил центральные области, вырезал 36 городов и ушел в Крым. Крымский посол в Литве хвастался: «Мы убили 60 000 русских и еще столько же увели в полон». Нашествие, подобное Батыевому погрому, хан объявил местью за Казань («Жгу и опустошаю все из-за Казани и Астрахани, отдай наш юрт!»). Наглея, он послал царю нож: «Зарежь себя сам!»
«Младшие братья» мстили за Москву как могли: запорожцы «впали за Перекоп» и погромили крымские улусы; волжские казаки отплатили ногайцам, сожгли их столицу Сарайчик. Тем не менее для Руси набег был катастрофой; таких потерь, такого унижения она не знала давно (в 1520 году в ней было 100 000 жителей, а в 1580 году — всего 30 000!). Ошеломленный царь был готов мириться на любых условиях: отдать Астрахань, платить «поминки», приказал срыть казачий Терский городок на Кавказе, однако Казань вернуть отказался. Но врагу теперь было этого мало! Набег показал, что урусы воевать не умеют, отсиживаясь по крепостям. Послы привезли грубый ответ султана: он согласен на мир, «только если царь уступит Казань, Астрахань, а сам станет нашим подручным». Крымский хан наглел еще больше: «Зачем брать часть, если можно взять все?» Получив титул «Тахт-алган» (Взявший трон), он был уверен, что Русь уже не оправится. К тому же по ней прошли эпидемия чумы, неурожай, голод, осталось ее добить!
Весь год хан собирал армию. «Осваивать новые земли» собралось все мужское население кочевого Крыма старше 15 лет, а именно 60 000 сабель. К ним примкнули ногайцы, кавказские горцы, 40 000 турецких ополченцев. Султан дал 7000 янычар и стенобойные пушки с командами. Летопись сообщает: «Хан расписал всю Русскую землю, что кому дать, как при Батые». Им заранее были назначены мурзы в пока еще русские города, наместники в еще не покоренные княжества. Купцам-спонсорам похода он дал ярлыки на свободную торговлю по Волге, обещал султану покорить Русь за год и привести царя в цепях. Летом 1572 года с огромным по тем временам 120-тысячным войском Девлет-Гирей двинулся на Москву, объявив, что «едет на царство». Орда шла устанавливать новое иго, шла, чтобы остаться на Руси навсегда (кстати, так оно и вышло).
Русские силы

Русь тоже готовилась. Осенью 1571 года казаки выжгли сухую траву на огромных пространствах Дикого поля, не оставив подножного корма для татарских коней, и поход был отложен «до новой травы». Естественный рубеж обороны – реку Оку укрепили на 50 верст по берегу: набили два частокола 1,5 м высотой, между ними насыпали землю, сделали щели для стрельбы, напротив переправ поставили пушки. Не было главного — людей для всех этих позиций. Русь была чрезвычайно обессилена, ратников наскребали с миру по нитке, царь даже где-то нанял немцев. Войсковая роспись сохранила точные сведения: «Всего людей 20 034, кроме Мишки с казаками». «Мишка», атаман Михаил Черкашенин, привел с Дона 3000 отборных бойцов; пришли 1000 украинских казаков с пищалями; 1000 волжских казаков снарядили за свой счет купцы Строгановы. В общем, удалось собрать 25 000 бойцов против 120 000 сабель противника. Команду приняли лучшие полководцы — князья Михаил Воротынский (глава пограничной стражи), Иван Шереметев и опричный воевода Дмитрий Хворостинин. Обговорили действия при разном развитии событий: «партизанить» из засад, отбивать пленных, прикрывая переправы казаками и вятичами на стругах. Дело было гораздо серьезнее обычного набега: казну эвакуировали в Новгород, туда перенес свою резиденцию и царь. Главный узел обороны устроили на переправе под Серпуховом. Полки Воротынского, Шереметева и наемники немца Фаренсбаха выкопали рвы, поставили плетни из хвороста, у самого брода собрали гуляй-город на колесном ходу.
Гуляй-город: русское подвижное полевое укрытие XVI века из щитов размером со стену избы, сделанных из дубовых досок в полбревна. Щиты с бойницами для стрельбы скреплялись деревянными/железными/веревочными связями, для огнеупорности обмазывались глиной; перевозились в град-обозе специальным воеводой; из них собирали различные укрепления: стены, башни, штурмовые сооружения. В бою применялись отдельные щиты или «острожки» из нескольких щитов, укрывшиеся за ними стрельцы/пушкари двигались в сторону противника летом на колесах, зимой на полозьях. Гуляй-город ставили кругом или в линию фронтом от 2 до 10 км, оставляя между щитами промежутки в 3 м для отхода войск под их защиту. Для развертывания гуляй-города желательна равнинная местность, но у Молодей он стоял на холме и был большим, т. к. вмещал 8255 стрельцов плюс казаков Черкашенина.
Архив: Зарежь себя сам

Главную роль в бою при Молодях сыграло огнестрельное оружие, и его было много, в XVI веке русские превосходили в этом многие другие армии. Еще в 1514 году в смоленском сражении у них было 2000 больших и малых пищалей, «чего еще никогда ни один человек не слыхивал». Ручными пищалями были вооружены все стрельцы и казаки. Конницу хорошо уничтожали 7-ствольные пушки залпового огня («сороки»). Были в войске и стрелки из лука, успешно выбивавшие не защищенных броней степняков. Делая до 20 выстрелов в минуту, они давали возможность перезарядить огнестрельное оружие. В обороне гуляй-города применялись длинно-древковые копья, метательные копья (сулицы), рогатины с секировидным лезвием.
…В июле 1572 года с юга на Русь пошла черная туча. Наступил один из самых критических моментов в истории нашей Родины.
Битва при Молодях

Последним рубежом на пути татар к Москве была Ока. Обойдя стороной сильную тульскую крепость, 27 июля орда подошла к переправе, наткнулась на крепкую оборону и весь день суетилась, якобы готовя форсирование. Ночью, оставив 2000 человек, которые шумели и жгли множество костров, Девлет-Гирей увел татар и, смеясь над глупостью урусов, пересек Оку у села Дракино, был встречен полком воеводы Одоевского, в тяжелейшем ночном бою разбил его, понеся при этом большие потери.
28 июля: ногайцы Теребердей-мурзы форсировали Сенькин брод выше Серпухова, который охраняли всего 200 бойцов Ивана Шуйского. В неравном бою они нанесли врагу большой урон, почти все пали, а ногайская конница «потекла» на московский берег; дойдя до реки Пахры у нынешнего Подольска, перерезала все дороги на север, стала ждать татар. Обойдя русских с двух сторон, орда объединилась и по Серпуховской дороге двинулась на Москву. Воротынский снял войска с береговых позиций и рванулся следом. Казалось, повторяется прошлогодняя история, но сейчас не стали сломя голову мчаться к столице, ведь в прошлому году, даже опередив крымцев, не смогли предотвратить ее поджога. Единственный шанс на успех был в том, чтобы развернуть орду для сражения, не пустив ее на беззащитный город.
29 июля: 120-тысячное войско — это очень много народу. Орда сильно растянулась: в то время как ее авангард стоял на Пахре, арьергард под командой ханских сыновей лишь подходил к селу Молоди в 15 км позади. По их пятам шел 5-тысячный отряд казаков и «детей боярских» (военное сословие) во главе с Хворостининым — и здесь он нанес удар. Казаки, в яростном бою изрубив арьергард, врезались в основные силы татар. Удивившись такой наглости, те стали разворачиваться для атаки. Но это тебе не степной простор: в лесных, частично топких местах орда не могла нападать всей массой, со всех сторон. Ханские сынки бежали в ставку отца, для устранения помехи он выделил им еще 12000 сабель. Все это отнимало время, а казаки, мастера разборок с всегда численно превосходящим врагом, рубили все и вся — и произошло то, что было нужно. Такое бывает, когда наступают на хвост змее: шипя, она поворачивается зубами к обидчику. Не дойдя до Москвы всего 35 верст, Девлет-Гирей из опасения за свой тыл развернул все войско! Оказавшись лицом к лицу со всей ордой, хворостининцы «все вдруг» развернулись и бросились прочь. Крымцы рванулись в погоню, но у Молодей неожиданно наткнулись на препятствие. Здесь стояли русские. И не просто стояли: обманутые на Оке, поспешая за конницей, они уже выбрали удобное место на холме, прикрытом рекой Рожайкой, укрепились и развернули гуляй-город, в котором изготовились к бою полк Воротынского и казаки Черкашенина. Хворостинин применил против врага казачий тактический прием «вентерь»: быстрым маневром уйдя своим отрядом вправо, он подвел разогнавшихся татар под убийственный огонь гуляй-города. Из бойниц ударили пушки, пищали, поверх укрепления хлынул ливень стрел. Первые ряды степняков были выкошены полностью.
Картечь пробивала широкие бреши в сплошной стене набегающей конницы, каждая пуля валила одну, а то и несколько жертв. Атакующие смешались. В этот момент из-за гуляй-города выскочили и ударили в пики казачьи сотни, тут же пустив в ход сабли. Изрубив первые ряды начавшего приходить в себя противника, казаки развернулись и мигом скрылись за дощатым укрытием. С гиканьем рванувшаяся за ними лава степняков снова попала под залп успевшего перезарядиться гуляй-города. За минуты понеся огромные потери, враг откатился на безопасное расстояние и стал приходить в себя. Четкого представления того, что происходит, ни у кого не было. Главный крымский военачальник, второе лицо в ханстве Дивей-мурза, решив лично разобраться на месте, приблизился к гуляй-городу и был взят в плен. В растянувшейся по дороге огромной орде царила неимоверная сумятица, совершенно неизбежная в таких условиях. Торопясь уничтожить неведомо откуда взявшееся препятствие, подходившие по дороге конные тысячи одна за другой попадали в жестокую мясорубку, обильно поливая русскую землю своей кровью, и лишь наступившая ночь остановила эту бойню.
Утром 30 июля враг увидел, что попал в капкан. Позади были прочные стены Москвы с ее пушками, обратный путь в степь загородила хрупкая на вид, но жестоко бьющая преграда. Теперь уж думалось не о покорении Руси, а о том, как бы выбраться живыми. День прошел в попытках сбить стоящих на пути русских: крымцы осыпали гуляй-город стрелами, шли в верховые атаки, надеясь прорваться в оставленные для прохода русской конницы щели, и тут же умирали на мгновенно выраставшем частоколе копий, под ливнем стрел и пуль. Поредевшие ряды казаков бросались в контратаки, давая своим время на перезарядку оружия, и опять отходили под прикрытие щитов и «огневого боя». В безуспешных атаках были убиты предводитель ногайцев Теребердей и трое его мурз. Это была затяжная битва, к которой незваные гости не были готовы. Сильные против мирных жителей, десятеро против одного, сейчас они сами крепко «влетели». Кровь лилась весь день, но вечером гуляй-город все так же стоял на своем месте. Было ясно, что русские скорее умрут, чем дадут хищникам уйти.
31 июля Девлет-Гирей начал решающий штурм. Обрушившись всей массой, татары ценой огромных потерь сбили с позиций защитников флангов, но конница опять не смогла взять гуляй-город. И тогда хан приказал всем спешиться и атаковать в пешем строю вместе с янычарами. Захватчики лезли на холм саранчой, устилая его трупами; прекрасно понимая, что спасают свою шкуру, дрались, как бешеные. Накал битвы достиг высочайшего напряжения: подступив к дощатым стенам гуляй-города, нападавшие рубили их саблями, расшатывали руками, силясь перелезть или повалить, «и тут много татар побили и рук поотсекли бесчисленно много». Устав рубить и колоть, изможденные защитники держались на ногах лишь яростью, а врагу приходилось карабкаться через завалы из трупов. Он понес такой урон, что сутки приходил в себя.
1 августа атак не было, но и положение защитников было критическим. Полегли все 3000 московских стрельцов, прикрывавших подножие холма и фланги. От конницы осталась едва половина. В гуляй-городе было огромное число раненых. В погоню за врагом русские взяли лишь оружие, бросив обоз с припасами, и теперь были блокированы без воды, еды и фуража. Выкопанные колодцы остались сухими, «в полках был голод великий людям и лошадям», ели павших коней, чтобы хоть как-то держаться. Следует признать, что наравне с русскими лишения терпели немцы, но тоже не роптали, а продолжали отчаянно драться. В сумерках Воротынский скрытно вывел оставшуюся конницу, по лощине обошел вражеский лагерь и затаился; в гуляй-городе остались стрельцы, пушкари и немцы. На рассвете 2 августа крымцы и янычары опять пошли в пешую атаку, крича и завывая. Их подпустили и ударили в упор из всех стволов, защитники с криком выскочили в контратаку и завязали жестокую сечу. В самый ее разгар в тыл врага ударила конница Воротынского. Не выдержав двойного удара, завоеватели побежали, бросая оружие. Их гнали и рубили, не беря пленных. Повезло одетым в богатые одежды («много мурз живых поймали»): их вязали для обмена на своих. Во время преследования большинство крымцев перебили еще до реки, плывущих били со стругов баграми, веслами, обагряя Оку кровью. Прошерстив прибрежные камыши, выловили прячущихся там самых хитрых и утопили тут же. 5-тысячный отряд, охранявший переправу, перебили до последнего человека: вятичи из стругов стрелами, стрельцы с берега пулями. Хан с телохранителями ушел на тот берег.
Такого разгрома Крымское ханство не знало, при Молодях было уничтожено почти все его боеспособное мужское население — 110 000 захватчиков. И не только простых воинов: под русскими саблями полегли сын, внук, зять Девлет-Гирея, большинство мурз, все янычары. Домой вернулось не более 10 000 «покорителей Руси». Отправившиеся по чужую шерсть сами оказались стрижеными. Русского мужика в очередной раз «достали».
Сражение стало поворотной точкой в противостоянии Руси и Крымского ханства, последней крупной битвой со Степью. Эта оборона не имеет аналогов в истории военного искусства: русские не преградили врагу путь к столице, а угрозой с тыла навязали ему сражение еще до подхода к ней, втянули его в мясорубку, смогли продержаться и истощить его силы, а потом в нужный момент нанесли решающий удар. Здесь было все: умелое использование инженерных сооружений и рельефа местности, эффективное применение огнестрельного оружия, точный выбор времени для обходного маневра и решающего удара. Ключевую роль в битве сыграл гуляй-город; это было выдающееся применение мобильной крепости.
Военная мощь давнего врага была подорвана, и он уже не смог восстановить прежние силы. Да, разрозненные кочевники еще долго осложняли жизнь на окраинах, но походов за рабами в глубь Руси больше не было. Самая мощная держава того века, Османская империя, удар вынесла, однако, потеряв на русских границах за три года 30 000 янычар и всю огромную армию своего вассала, от планов завоевания Руси отказалась. Разоренная набегами, стихийными бедствиями и внутренними врагами, воюющая на два фронта Русь выстояла в крайне критической ситуации. Пограничные укрепления были отодвинуты на юг на 300 километров, началось освоение богатых черноземных земель. Победа русского оружия имела огромное значение и для Европы: и так отступая под ударами турок, та вряд ли устояла бы, увеличься натиск хоть ненамного. Русь в очередной раз спасла тех, кто всегда делал ей только зло.
Неизвестная битва

Битва при Молодях — из одного ряда с Куликовской битвой, Полтавой и Сталинградом. Но это знают немногие. Там нет даже памятного знака, не говоря уже об объявлении поля заповедным. Исследования этой битвы начались лишь в конце XX века! Почему же о ней не снимают фильмы, не рассказывают в школе, не отмечают ее годовщину? Потому что битва, определившая будущее всей европейской цивилизации, случилась в правление царя, объявленного «плохим». Иван Грозный, первый государь всея Руси, фактически создавший страну, в которой мы живем, принявший Московское княжество и оставивший после себя Великую Россию, был последним из рода Рюриковичей, вытесненных с престола людьми Запада, династией Романовых, сделавших все возможное, чтобы опорочить величайшего собирателя державы.

Денисов Артем
Иллюстрации из архива автора

Первоисточник - http://bratishka.ru/


zema.su

Битва при Молодях: забытая победа русского оружия

Битва при Молодях

В российской истории есть моменты, которые без всякого преувеличения можно назвать судьбоносными. Когда решался вопрос о самом существовании нашей страны и ее народа, и на десятилетия, а то и на целые столетия определялся дальнейший вектор развития государства. Как правило, они связаны с отражением иноземных вторжений, с важнейшими битвами, которые сегодня знает каждый школьник – Куликовская битва, Бородино, оборона Москвы, Сталинградское сражение.

Одним из таких событий в истории нашей страны, без сомнения, является битва при Молодях, в которой 2 августа 1572 года сошлись русские войска и объединенная татаро-турецкая армия. Несмотря на значительное численное превосходство, войско под командованием Девлет Гирея было наголову разбито и рассеяно. Многие историки считают битву при Молодях поворотным моментом в противостоянии Москвы и Крымского ханства…

Парадокс: несмотря на громадную важность, сегодня битва при Молодях практически неизвестна российскому обывателю. Конечно, историки и краеведы прекрасно осведомлены о Молодинском сражении, но вы не найдете дату его начала в школьных учебниках, о нем даже нет упоминаний в институтской программе. Обделена эта битва вниманием публицистов, писателей и кинематографистов. И в этом отношении сражение при Молодях – это действительно забытая битва в нашей истории.

Сегодня Молоди – это небольшое село в Чеховском районе Московской области с населением в несколько сотен человек. С 2009 года здесь проходит фестиваль реконструкторов, приуроченный к годовщине памятного сражения, а в 2018 году областная Дума присвоила Молодям почетное звание «Населенного пункта воинской доблести».

Прежде чем перейти к повествованию о самом сражении, хотелось бы сказать несколько слов о его предпосылках и геополитической ситуации, в которой находилось Московское государство в середине XVI столетия, ибо без этого наш рассказ будет неполным.

Русские воины в бою

XVI столетие – рождение Российской империи

XVI век – важнейший период в истории нашей страны. Во время царствования Ивана III завершилось создание единого Российского государства, к нему были присоединены княжество Тверское, Великий Новгород, Вятская земля, часть княжества Рязанского и другие территории. Московское государство наконец-то вышло за границы земель Северо-Западной Руси. Большая Орда была окончательно разгромлена, и Москва объявила себя ее наследницей, впервые таким образом заявив о своих евразийских претензиях.

Наследники Ивана III продолжили его политику по дальнейшему укреплению центральной власти и собиранию окрестных земель. Особых успехов в последнем вопросе удалось добиться Ивану IV, которого мы больше знаем, как Ивана Грозного. Период его царствования – это бурное и противоречивое время, о котором историки продолжают спорить даже спустя четыре с лишним столетия. Причем наиболее полярные оценки вызывает сама фигура Ивана Грозного… Однако к теме нашего рассказа это не имеет прямого отношения.

Московские стрельцы и их обычное вооружение

Иван Грозный провел успешную военную реформу, благодаря которой сумел создать большое боеспособное войско. Это во многом и позволило ему значительно расширить границы Московского государства. К нему были присоединены Астраханское и Казанское ханство, земли войска Донского, Ногайской Орды, Башкирия, Западная Сибирь. К концу царствования Ивана IV территория Московского государства увеличилась в два раза и стала больше, чем вся остальная Европа.

Уверовав в свои силы, Иван IV начал Ливонскую войну, победа в которой бы гарантировала Московии свободный выход к Балтийскому морю. Эта была первая русская попытка «прорубить окно в Европу». Увы, не увенчавшаяся успехом. Боевые действия шли с переменным успехом и затянулись на целые 25 лет. Они истощили Российское государство и привели к его упадку, чем не преминула воспользоваться еще одна сила – Османская империя и вассальное к ней Крымское ханство – самый западный осколок распавшейся Золотой Орды.

Крымские татары на протяжении столетий были одной из главных угроз для российских земель. В результате их регулярных набегов опустошались целые области, десятки тысяч людей попадали в рабство. К моменту описываемых событий регулярный грабеж русских земель и работорговля стали основой экономики Крымского ханства.

К середине XVI века Османская империя достигла пика своего могущества, простираясь на трех континентах, от Персии до Алжира и от Красного моря до Балкан. Она по праву считалась крупнейшей военной державой того времени. Астраханское и Казанское ханство входило в орбиту интересов Блистательной Порты, и их потеря абсолютно не устраивала Стамбул. Более того, завоевание этих земель открыло для Московского государства новые пути для экспансии – на юг и восток. Покровительства российского царя стали искать многие кавказские правители и князья, что нравилось туркам еще меньше. Дальнейшее усиление Москвы могло представлять непосредственную угрозу уже для Крымского ханства. Поэтому неудивительно, что Османская империя решила воспользоваться ослаблением Московии и забрать у царя Ивана земли, завоеванные им в Казанском и Астраханском походах. Турки хотели получить обратно Поволжье и восстановить «тюркское» кольцо на юго-востоке России.

В это время большая и лучшая часть российских военных сил находилась на «западном фронте», поэтому Москва сразу же оказалась в невыгодном положении. Грубо говоря, Россия получила классическую войну на два фронта. После подписания Люблинской унии к числу ее противников присоединились еще и поляки, что сделало положение российского царя практически безнадежным. Весьма сложной была и ситуация внутри самого Московского государства. Опричнина опустошала российские земли иногда почище любых степняков, к этому можно добавить эпидемию чумы и несколько лет неурожая, которые вызвали голод.

В 1569 году турецкие войска вместе с татарами и ногайцами уже пытались взять Астрахань, но успеха в этом не достигли и с большими потерями были вынуждены отступить. Историки называют этот поход первой из целой череды русско-турецких войн, которые продлятся вплоть до начала XIX столетия.

Поход крымского хана 1571 года и сожжение Москвы

Весной 1571 года крымский хан Девлет Гирей собрал мощное войско в составе 40 тыс. бойцов и, заручившись поддержкой Стамбула, отправился в набег на российские земли. Татары, практически не встречая сопротивления, дошли до Москвы и полностью сожгли ее – нетронутыми остались только каменный Кремль и Китай-город. Сколько человек при этом погибло – неизвестно, называются цифры от 70 до 120 тыс. человек. Кроме Москвы, степняки разграбили и сожгли еще 36 городов, здесь количество потерь также шло на десятки тысяч. Еще 60 тыс. человек были уведены в рабство… Иван Грозный, узнав о приближении татар к Москве, сбежал из города.

На протяжении столетий татарские набеги были страшным бедствием для Руси

Ситуация была настолько тяжелой, что царь Иван сам запросил мира, пообещав вернуть Астрахань. Девлет Гирей потребовал возвратить и Казань, а также выплатить ему огромный по тем временам выкуп. Позже татары и вовсе отказались от переговоров, решив добить Московское государство окончательно, и забрать себе все его земли.

На 1572 год был запланирован еще один набег, который, по мнению татар, должен был окончательно решить «московский вопрос». Для этих целей было собрано огромное по тем временам войско – примерно 80 тыс. конных крымчаков и ногайцев, плюс 30 тыс. турецкой пехоты и 7 тыс. отборных турецких янычар. Некоторые источники вообще называют численность татаро-турецкого войска в 140-160 тыс. человек, но это, вероятно, преувеличение. Так или иначе, но Девлет Гирей неоднократно заявлял перед походом, что «едет в Москву на царство» – настолько он был уверен в собственной победе.

Вероятно, впервые с момента окончания ордынского ига над Московскими землями опять нависла угроза попасть под иноземное владычество. И она была вполне реальной…

А что было у русских?

Численность российских сил под Москвой в несколько раз уступала захватчикам.

Большая часть царского войска находилась в Прибалтике или защищала западные рубежи державы. Отражать вражескую навалу должен был князь Воротынский, именно его царь назначил главнокомандующим. Под его началом находились около 20 тыс. бойцов, к которым позже присоединился отряд немецких наемников (около 7 тыс. воинов), донские казаки и тысяча запорожских казаков («каневских черкасс») под руководством полковника Черкашенина. Иван Грозный, как и в 1571 году, при приближении неприятеля к Москве, прихватив казну, сбежал в Новгород.

Михаил Иванович Воротынский был опытным военачальником, проведшим почти всю свою жизнь в боях и походах. Он был героем казанской кампании, где полк под его командованием отразил атаку противника, а затем занял часть городской стены и несколько дней удерживал ее. Входил в состав Ближней думы царя, но потом попал в немилость – был заподозрен в измене, но уберег голову и отделался всего лишь ссылкой. В критической ситуации Иван Грозный вспомнил о нем и доверил ему командовать всеми имеющимися силами под Москвой. Помогал князю опричный воевода Дмитрий Хворостинин, который на полтора десятка лет был младше Воротынского. Хворостинин показал себя при взятии Полоцка, за что и был отмечен царем.

Чтобы хоть как-то компенсировать свою малочисленность, защитники соорудили гуляй-город – специфическое фортификационное сооружение, состоящее из сцепленных телег с деревянными щитами. Подобный тип полевого укрепления особенно любили казаки, гуляй-город позволял надежно защитить пехоту от атак кавалерии. Зимой это укрепление можно было изготовить из саней.

Гуляй-город. Традиционное казацкое укрепление.

Сохранились документы, позволяющие нам определить численность отряда князя Воротынского с точностью до одного бойца. Она составляла 20034 человека. Плюс отряд казаков (3-5 тыс. воинов). Еще можно добавить, что у русских войск были пищали и артиллерия, и это впоследствии сыграло важнейшую роль в ходе сражения.

Отступать некуда – позади Москва!

Историки спорят о численности татарского отряда, который непосредственно пошел на Москву. Называются цифры в 40 и 60 тыс. бойцов. Однако в любом случае неприятель имел минимум двукратное превосходство над русскими воинами.

Отряд Хворостинина напал на арьергард татарского отряда при его подходе к селу Молоди. Расчет был на то, что татары не пойдут штурмовать город, имея в тылу довольно многочисленный отряд противника. Так оно и получилось. Узнав о разгроме своего арьергарда, Девлет Гирей развернул войско, и начал преследование Хворостинина. Тем временем основной отряд русских войск разместился в гуляй-городе, расположенном в очень удобном месте – на холме, перед которым протекала река.

Увлекшись преследованием Хворостинина, татары попали прямо под огонь пушек и пищалей защитников гуляй-города, в результате чего понесли значительные потери. В числе убитых оказался и Теребердей-мурза – один из лучших полководцев крымского хана.

На следующий день – 31 июля – татары предприняли первый массированный штурм укрепления русских. Однако он не увенчался успехом. Причем нападающие опять понесли тяжелые потери. В плен попал заместитель самого хана – Дивей-мурза.

1 августа прошло спокойно, однако положение осажденных быстро ухудшалось: было много раненых, не хватало воды и продовольствия – в ход пошли лошади, которые должны были двигать гуляй-город.

На следующий день атакующие предприняли еще один штурм, который отличался особенным ожесточением. В ходе этого боя полегли все стрельцы, находившиеся между гуляй-городом и рекой. Однако и на этот раз татарам не удалось взять укрепление. В следующую атаку татары и турки пошли в пешем строю, надеясь так преодолеть стены гуляй-города, но и этот приступ был отбит, причем с большими потерями для наступающих. Атаки продолжались до вечера 2 августа, а когда враг ослабел Воротынский с большим полком незаметно вышел из укрепления и ударил татарам в тыл. Одновременно вылазку устроили и оставшиеся защитники гуляй-города. Неприятель не выдержал двойного удара и побежал.

Современные реконструкторы на месте Молодинского сражения

Потери татаро-турецкого войска были огромными. Были убиты или взяты в плен почти все военачальники хана, самому Девлет Гирею удалось бежать. Московские войска преследовали неприятеля, особенно много крымчаков было убито или утонуло при переправе через Оку. В Крым вернулось не более 15 тыс. воинов.

Последствия битвы при Молодях

Какими же были последствия сражения при Молодях, почему современные исследователи ставят эту битву в один ряд с Куликовской и Бородино? Вот основные из них:

  • Разгром захватчиков на подступах к столице, вероятно, спас Москву от повторения разорения 1571 года. От смерти и плена были спасены десятки, а то и сотни тысяч россиян;
  • Поражение при Молодях почти на двадцать лет отбили у крымчаков желание устраивать набеги на Московское государство. Следующий поход на Москву Крымское ханство смогло организовать только в 1591 году. Дело в том, что в крупных набегах принимало участие большинство мужского населения Крымского полуострова, значительная часть которого была вырезана у Молодей;
  • Российское государство, ослабленное Ливонской войной, опричниной, голодом и эпидемиями, получило несколько десятков лет для «зализывания ран»;
  • Победа при Молодях позволила Москве сохранить в своем составе Казанское и Астраханское царство, а Османская империя была вынуждена отказаться от планов вернуть их. Если говорить кратко, битва при Молодях положила конец притязаниям османов на Поволжье. Благодаря этому уже в следующих столетиях русские продолжат свою экспансию на юг и восток («встреч солнцу») и выйдут к берегам Тихого океана;
  • После сражения границы государства на Дону и Десне были передвинуты на несколько сот километров дальше на юг;
  • Победа при Молодях показала преимущества армии, построенной по европейскому образцу;
  • Однако главный результат победы при Молодях – это, конечно же, сохранение Московским государством суверенитета и полной международной субъектности. В случае поражения, Москва в том или ином виде стала бы частью Крымского ханства и надолго вошла в орбиту Османской империи. В этом случае история всего континента пошла бы по совершенно другому пути. Не будет преувеличением сказать, что летом 1572 года на берегах Оки и Рожайки решался вопрос о самом существовании Российского государства.

Судьба главного творца славной «виктории» при Молодях – князя Воротынского – сложилась печально. Вскоре он опять попал в опалу, был обвинен в измене и «попал на подвал», где его лично пытал сам царь Иван. Допросы воевода пережил и был отправлен в ссылку, но по пути скончался от ран.

Памятный знак на месте Молодинского сражения

Интерес к битве при Молодях начал возрождаться только в конце XX столетия, тогда же появились и первые серьезные исследования по этой теме. Вызывает удивление, почему это абсолютно реальное историческое событие до сих пор не нашло должного отражения в отечественной массовой культуре.

militaryarms.ru

Битва при Молодях - Видеоблог

Почти десять лет назад я впервые услышал про битву при Молодях. Эта битва какая-то незаметная потому, что произошла она во времена царя Ивана Грозного который, как известно, "кушал на завтрак боярских детей" и это ему до сих пор простить не могут (на елиту руку поднял!!!). Впрочем, у нас в истории все кто поднимает руку на элиту - злодеи. Вспомним про 1937 год - нонешняя елита аж слюной захлебывается, когда вспоминает, как их предков отодвинули от кормушки...


Если ехать из Москвы по Варшавскому шоссе на юг, то в 40 км от МКАДа встретится село Молоди. Здесь 2 августа 1572 года русские ратники истребили идущую на Москву татаро-турецко-ногайскую орду. Вон на том холме с церковью стоял гуляй-город. А в этой низине с речкой Рожайкой полегли оборонявшие его московские стрельцы. Давайте помянем их, доблестно сражавшихся и умиравших здесь тем знойным летом. Они честно делали свое трудное дело. Ведь есть такая профессия – Родину защищать. И они ее защитили, отстояв столицу.



Русь Ивана Грозного

В 1533 году в Москве воцарился Иван IV (Грозный). Он унаследовал разоренную Русь: элита растаскивала страну, тупо идя на посулы алчной заграницы, продавая все и вся. Дальновидно и активно молодой царь стал укреплять страну. Сделав ставку на верность простых людей, он основал опричнину: «Наши князи и бояре учали нам изменять, и мы вас, страдников, приближаем, хотячи от вас службы и правды». Русь начала подниматься с колен, расправив плечи от Балтики до Сибири, увеличилась вдвое, население выросло. Иван принял титул царя, равный императорскому, что было узаконено Вселенским Патриархом и другими иерархами церкви, видевшими в нем единственного защитника православия.

Неожиданно для Запада и Востока возникла держава, мешавшая тем, кто стремился подмять под себя весь мир. Это сделало ее врагом № 1; формой отношений с нею стала война. Запад громили поляки/литовцы, северо-запад — ливонцы, но главное кровопускание устраивали на юге и востоке потомки Чингисхана: Казанское, Астраханское, Крымское ханства, Ногайская орда. Нужно было что-то делать. Первое: прекратить набеги со стороны Казани, причем покончить с заразой навсегда, включив ханство в состав Московского царства. Но война не удалась, а Казань обнаглела еще больше. В 1551 году царь снова пришел под ее стены. Лукавые запросили мира, приняли все требования и, как обычно, обманули. Однако «глупые урусы» почему-то обиду не проглотили и в 1552 году нещадно избили войско врага, взяли его столицу, поставив жирную точку вековым бедствиям с этой стороны. Турецкий султан Сулейман Великолепный никак не ожидал, что «неверные» разгромят единоверцев — и послал крымского хана Девлет-Гирея с 30-тысячной ордой на помощь. Царь взял 15 000 всадников, ринулся навстречу и разгромил «помощников» наголову. Астраханский хан Ямгурчей в приступе гнева объявил Руси войну. Через 4 года настал и его черед: Астрахань пала, Русь вышла к Каспию, овладев Волгой на всем ее протяжении; разорвав веками душившую петлю, устремилась на юг и восток. Под руку Москвы добровольно пошли сибирский хан Едигер, башкиры, черкесские князья. Эти события вызвали всплеск злобы в тюркском мире и означали только одно — новую войну. Положение скоро осложнилось: почти все русское войско было на ливонской войне в Прибалтике, а южные рубежи Руси начал громить крымский хан…


Люди как товар

Крымское ханство: в него входили Крым и земли от Дуная до Кубани. Население было двух типов: коренное — смуглые потомки древних тавров, скифов, алан, греков, армян, оседло проживавшие в горах и по южному берегу полуострова; и пришельцы — осколки орд Чингисхана, монголоидные татары, кочевавшие по степям. Покоренный Османской империей, Крым практически стал ее составной частью, вернейшим вассалом. Столицей ханства был Бахчисарай, резиденцией турецкого наместника — Кафа (Феодосия). Давние мирные отношения между крымцами и их соседями-славянами с приходом в Крым турок изменились. Хан Менгли-Гирей всю жизнь поддерживал добрые отношения с Русью, а первый набег на нее совершил его сын Мухаммед, нарушивший завет отца. Инициаторами охоты за рабами были турки, гаремам которых была нужна масса невольников, особенно девушек и мальчиков. Набеговое хозяйство и работорговля скоро стали «специализацией» Крыма, определяя его политику, от денег купцов зависели визири, мурзы, турецкие наместники. Ханство переродилось, теперь оно жило захватом ясыря, и без этого существовать уже не могло.
Прикрытый широкими безлюдными степями, отрезанный от материка Перекопом длиной 6 верст (широкий и глубокий ров с высоким укрепленным валом), Крым превратился в гнездо хищников, паразитирующих на рабах, неприступное разбойничье логово, созданное именно для такой «экономики». Здесь рабами владели все, но основной «товар» шел за рубеж. Османская империя дала работорговцам массу рынков, а Крым стал главным поставщиком рабов в Азию, Африку, Европу. В выгодный промысел включились поволжские/кубанские ногайцы, астраханские/казанские татары, кавказские племена. Возникли новые центры работорговли: Очаков, Темрюк, Тамань, Анапа. Главный оптовый рынок был на Перекопе. Турки и татары, считая профессию купца недостойной, сдавали здесь людей скопом оптовикам (этим занимались армяне, арабы, евреи). На рабах быстро вырос Азов, еще удобнее Перекопа: отсюда «товар» везли морем, а не гнали через степи Крыма. В Кафе с постоянным запасом в десятки тысяч пленников их перепродавали и морем везли в Азию, Африку, Европу. Главными покупателями были турки, итальянцы, берберы, испанцы. За два века в Крыму было продано более 3 миллионов людей: украинцев, поляков, русских (они за свое уменье убегать ценились меньше). Один еврей-меняла, сидя на Перекопе у единственных ворот, ведущих в Крым, при виде нескончаемых колонн рабов спрашивал: «Есть ли еще люди в тех странах или уж не осталось никого?»

Чтобы предотвратить нападения крымцев, Москва ежегодно давала откуп («поминки»), но это мало помогало, в течение первой половины XVI века они нападали каждый год, угоняя до 50 000 человек, что было намного больше военных потерь. Гигантский «насос» откачивал десятки тысяч лучшего населения; еще десятки тысяч стояли на границах, чтобы прикрыть Родину от разорения.


Техника набега

Коренные крымцы в походы не ходили, платя за это особый налог. А вот кочевникам закон орды разрешал убивать отказников, и потому тут участвовали все. Малый набег (бешбаш, «пять голов») возглавлял мурза; в средний набег (чапуле) шли 50 000 всадников с беем; в большой набег (сефери) во главе с ханом — все взрослое мужское население. Полная мобилизация давала до 150 000 сабель. Для сравнения: Великое княжество Литовское (население в 5 раз больше) могло выставить лишь 40 000 воинов, ведь кочевники могут мобилизовать большую часть мужчин безболезненно для своего скотоводства. В поход оружия брали немного: пику, лук («стрелы их летят вдвое далее ружейной пули»), саблю, нож, но непременно — много веревок для пленных. В орде царила жесткая дисциплина, залог минимального риска для участников набега.

Из Крыма на Москву вели три древние дороги: Муравский, Изюмский и Кальмиусский шляхи. Они шли через Дикое Поле — совершенно обезлюдевшие от набегов степные пространства. На своих малорослых, сильных, выносливых лошадях, имея по две запасных, без обоза, питаясь пшеном, сыром и кобылиной, татары легко преодолевали эту тысячу верст. Скрываясь от русских разъездов, крайне осторожно крались по лощинам, оврагам, ночью не разводя огня, рассылая лазутчиков во все стороны; имитируя прорыв границы в одном месте, нападали в другом; идя малыми силами, сажали на лошадей чучела, чтобы казаться больше; через подосланных языков слали на Русь ложные вести о своих намерениях и силах. И им удавалось чаще всего безнаказанно делать свое черное дело. Обычно они нападали 1–2 раза в год, чаще во время жатвы, когда легче ловить людей по полям; в зимнем набеге мороз облегчал путь через реки и топи. Вооруженного противника крымцы избегали, в бой вступали, превосходя его минимум вдесятеро. Боевые действия вела их меньшая часть, большинство занималось «делом». Углубившись в чужую страну на 100–200 км, орда поворачивала назад и, разбросив от главного отряда широкие крылья, гребенкой мелких стай окружала селения, чтобы никто не ускользнул, грабила, жгла, резала, захватывала ясырь. Старых, немощных убивали, как и взрослых мужчин, способных взбунтоваться в пути. Угоняли женщин, молодежь, самым дорогим «товаром» были дети, особенно красивые.
Вековая, непрерывная, изнурительная борьба без перемирий, на грани жизни и смерти.


Разорение Москвы

…Итак, Русью занялся сам турецкий султан Селим II. Велев крымскому хану «прессовать» ее постоянными набегами, он в 1569 году послал из Азова на восток 20 000 янычар и 50 000 татар/ногайцев с задачей отвоевать Астрахань, отрезать Русь от Каспия, установить связь с мусульманской Средней Азией. Конница и гребная флотилия поднялись по Дону, но в Волгу суда перетащить не смогли, а на них остался осадный парк. Подошли к Астрахани: без тяжелых пушек ее было не взять, да и людей было мало; зимовать янычары не хотели и взбунтовались. Выручать город шла русская рать, и турки, сняв осаду, стали отходить через северокавказскую равнину. По пути их кромсали казаки, от стычек, голода и болезней в зимней степи большинство южан-турок погибло, в Азов вернулось всего 700 человек, но своего замысла крепко наказать Москву султан не оставил.
1570 год: 50-тысячная орда осадила Рязань и Коломну, с большим трудом удалось ее отогнать и отбить полон.
1571 год: польский король Сигизмунд богатыми подарками склонил хана к новому нападению на москалей, 40-тысячная армия Крыма выступила в поход. Донские казаки вовремя предупредили своих, но предатели провели орду через южные засечные линии.
Поначалу целью был город Козельск. Однако к хану явился изменник боярин Сумароков: «На Руси засуха, мор, войско воюет в немцех, людей у царя мало» — и орда повернула на Москву. «Агенты влияния» при царском дворе (готовившие польское вторжение заговорщики Челяднина-Старицкого) недоглядели приближения татар. На рубеже Оки воеводе Ивану Бельскому удалось собрать лишь 6000 бойцов, на подмогу пришел сам царь с опричниками. Но предатели показали врагу броды через Оку, и орда обошла заслон. Увидев татар уже в тылу, войско поспешило к беззащитной Москве. Подойдя одновременно с ордой, русские прорвались-таки в город и, когда враг полез в атаку, дали отпор. Началась бойня. Москва-река была завалена трупами, течение остановилось, но город не сдавался. И тогда татары его подожгли. Из-за сильного ветра он за три часа выгорел дотла, в огне погибли десятки тысяч людей, в т. ч. самих крымцев, кинувшихся грабить. Хан увел орду от пожарища, разорил центральные области, вырезал 36 городов и ушел в Крым. Крымский посол в Литве хвастался: «Мы убили 60 000 русских и еще столько же увели в полон». Нашествие, подобное Батыевому погрому, хан объявил местью за Казань («Жгу и опустошаю все из-за Казани и Астрахани, отдай наш юрт!»). Наглея, он послал царю нож: «Зарежь себя сам!»
«Младшие братья» мстили за Москву как могли: запорожцы «впали за Перекоп» и погромили крымские улусы; волжские казаки отплатили ногайцам, сожгли их столицу Сарайчик. Тем не менее для Руси набег был катастрофой; таких потерь, такого унижения она не знала давно (в 1520 году в ней было 100 000 жителей, а в 1580 году — всего 30 000!). Ошеломленный царь был готов мириться на любых условиях: отдать Астрахань, платить «поминки», приказал срыть казачий Терский городок на Кавказе, однако Казань вернуть отказался. Но врагу теперь было этого мало! Набег показал, что урусы воевать не умеют, отсиживаясь по крепостям. Послы привезли грубый ответ султана: он согласен на мир, «только если царь уступит Казань, Астрахань, а сам станет нашим подручным». Крымский хан наглел еще больше: «Зачем брать часть, если можно взять все?» Получив титул «Тахт-алган» (Взявший трон), он был уверен, что Русь уже не оправится. К тому же по ней прошли эпидемия чумы, неурожай, голод, осталось ее добить!
Весь год хан собирал армию. «Осваивать новые земли» собралось все мужское население кочевого Крыма старше 15 лет, а именно 60 000 сабель. К ним примкнули ногайцы, кавказские горцы, 40 000 турецких ополченцев. Султан дал 7000 янычар и стенобойные пушки с командами. Летопись сообщает: «Хан расписал всю Русскую землю, что кому дать, как при Батые». Им заранее были назначены мурзы в пока еще русские города, наместники в еще не покоренные княжества. Купцам-спонсорам похода он дал ярлыки на свободную торговлю по Волге, обещал султану покорить Русь за год и привести царя в цепях. Летом 1572 года с огромным по тем временам 120-тысячным войском Девлет-Гирей двинулся на Москву, объявив, что «едет на царство». Орда шла устанавливать новое иго, шла, чтобы остаться на Руси навсегда (кстати, так оно и вышло).

Русские силы

Русь тоже готовилась. Осенью 1571 года казаки выжгли сухую траву на огромных пространствах Дикого поля, не оставив подножного корма для татарских коней, и поход был отложен «до новой травы». Естественный рубеж обороны – реку Оку укрепили на 50 верст по берегу: набили два частокола 1,5 м высотой, между ними насыпали землю, сделали щели для стрельбы, напротив переправ поставили пушки. Не было главного — людей для всех этих позиций. Русь была чрезвычайно обессилена, ратников наскребали с миру по нитке, царь даже где-то нанял немцев. Войсковая роспись сохранила точные сведения: «Всего людей 20 034, кроме Мишки с казаками». «Мишка», атаман Михаил Черкашенин, привел с Дона 3000 отборных бойцов; пришли 1000 украинских казаков с пищалями; 1000 волжских казаков снарядили за свой счет купцы Строгановы. В общем, удалось собрать 25 000 бойцов против 120 000 сабель противника. Команду приняли лучшие полководцы — князья Михаил Воротынский (глава пограничной стражи), Иван Шереметев и опричный воевода Дмитрий Хворостинин. Обговорили действия при разном развитии событий: «партизанить» из засад, отбивать пленных, прикрывая переправы казаками и вятичами на стругах. Дело было гораздо серьезнее обычного набега: казну эвакуировали в Новгород, туда перенес свою резиденцию и царь. Главный узел обороны устроили на переправе под Серпуховом. Полки Воротынского, Шереметева и наемники немца Фаренсбаха выкопали рвы, поставили плетни из хвороста, у самого брода собрали гуляй-город на колесном ходу.
Гуляй-город: русское подвижное полевое укрытие XVI века из щитов размером со стену избы, сделанных из дубовых досок в полбревна. Щиты с бойницами для стрельбы скреплялись деревянными/железными/веревочными связями, для огнеупорности обмазывались глиной; перевозились в град-обозе специальным воеводой; из них собирали различные укрепления: стены, башни, штурмовые сооружения. В бою применялись отдельные щиты или «острожки» из нескольких щитов, укрывшиеся за ними стрельцы/пушкари двигались в сторону противника летом на колесах, зимой на полозьях. Гуляй-город ставили кругом или в линию фронтом от 2 до 10 км, оставляя между щитами промежутки в 3 м для отхода войск под их защиту. Для развертывания гуляй-города желательна равнинная местность, но у Молодей он стоял на холме и был большим, т. к. вмещал 8255 стрельцов плюс казаков Черкашенина.

Главную роль в бою при Молодях сыграло огнестрельное оружие, и его было много, в XVI веке русские превосходили в этом многие другие армии. Еще в 1514 году в смоленском сражении у них было 2000 больших и малых пищалей, «чего еще никогда ни один человек не слыхивал». Ручными пищалями были вооружены все стрельцы и казаки. Конницу хорошо уничтожали 7-ствольные пушки залпового огня («сороки»). Были в войске и стрелки из лука, успешно выбивавшие не защищенных броней степняков. Делая до 20 выстрелов в минуту, они давали возможность перезарядить огнестрельное оружие. В обороне гуляй-города применялись длинно-древковые копья, метательные копья (сулицы), рогатины с секировидным лезвием.
…В июле 1572 года с юга на Русь пошла черная туча. Наступил один из самых критических моментов в истории нашей Родины.


Битва при Молодях

Последним рубежом на пути татар к Москве была Ока. Обойдя стороной сильную тульскую крепость, 27 июля орда подошла к переправе, наткнулась на крепкую оборону и весь день суетилась, якобы готовя форсирование. Ночью, оставив 2000 человек, которые шумели и жгли множество костров, Девлет-Гирей увел татар и, смеясь над глупостью урусов, пересек Оку у села Дракино, был встречен полком воеводы Одоевского, в тяжелейшем ночном бою разбил его, понеся при этом большие потери.
28 июля: ногайцы Теребердей-мурзы форсировали Сенькин брод выше Серпухова, который охраняли всего 200 бойцов Ивана Шуйского. В неравном бою они нанесли врагу большой урон, почти все пали, а ногайская конница «потекла» на московский берег; дойдя до реки Пахры у нынешнего Подольска, перерезала все дороги на север, стала ждать татар. Обойдя русских с двух сторон, орда объединилась и по Серпуховской дороге двинулась на Москву. Воротынский снял войска с береговых позиций и рванулся следом. Казалось, повторяется прошлогодняя история, но сейчас не стали сломя голову мчаться к столице, ведь в прошлому году, даже опередив крымцев, не смогли предотвратить ее поджога. Единственный шанс на успех был в том, чтобы развернуть орду для сражения, не пустив ее на беззащитный город.
29 июля: 120-тысячное войско — это очень много народу. Орда сильно растянулась: в то время как ее авангард стоял на Пахре, арьергард под командой ханских сыновей лишь подходил к селу Молоди в 15 км позади. По их пятам шел 5-тысячный отряд казаков и «детей боярских» (военное сословие) во главе с Хворостининым — и здесь он нанес удар. Казаки, в яростном бою изрубив арьергард, врезались в основные силы татар. Удивившись такой наглости, те стали разворачиваться для атаки. Но это тебе не степной простор: в лесных, частично топких местах орда не могла нападать всей массой, со всех сторон. Ханские сынки бежали в ставку отца, для устранения помехи он выделил им еще 12000 сабель. Все это отнимало время, а казаки, мастера разборок с всегда численно превосходящим врагом, рубили все и вся — и произошло то, что было нужно. Такое бывает, когда наступают на хвост змее: шипя, она поворачивается зубами к обидчику. Не дойдя до Москвы всего 35 верст, Девлет-Гирей из опасения за свой тыл развернул все войско! Оказавшись лицом к лицу со всей ордой, хворостининцы «все вдруг» развернулись и бросились прочь. Крымцы рванулись в погоню, но у Молодей неожиданно наткнулись на препятствие. Здесь стояли русские. И не просто стояли: обманутые на Оке, поспешая за конницей, они уже выбрали удобное место на холме, прикрытом рекой Рожайкой, укрепились и развернули гуляй-город, в котором изготовились к бою полк Воротынского и казаки Черкашенина. Хворостинин применил против врага казачий тактический прием «вентерь»: быстрым маневром уйдя своим отрядом вправо, он подвел разогнавшихся татар под убийственный огонь гуляй-города. Из бойниц ударили пушки, пищали, поверх укрепления хлынул ливень стрел. Первые ряды степняков были выкошены полностью.
Картечь пробивала широкие бреши в сплошной стене набегающей конницы, каждая пуля валила одну, а то и несколько жертв. Атакующие смешались. В этот момент из-за гуляй-города выскочили и ударили в пики казачьи сотни, тут же пустив в ход сабли. Изрубив первые ряды начавшего приходить в себя противника, казаки развернулись и мигом скрылись за дощатым укрытием. С гиканьем рванувшаяся за ними лава степняков снова попала под залп успевшего перезарядиться гуляй-города. За минуты понеся огромные потери, враг откатился на безопасное расстояние и стал приходить в себя. Четкого представления того, что происходит, ни у кого не было. Главный крымский военачальник, второе лицо в ханстве Дивей-мурза, решив лично разобраться на месте, приблизился к гуляй-городу и был взят в плен. В растянувшейся по дороге огромной орде царила неимоверная сумятица, совершенно неизбежная в таких условиях. Торопясь уничтожить неведомо откуда взявшееся препятствие, подходившие по дороге конные тысячи одна за другой попадали в жестокую мясорубку, обильно поливая русскую землю своей кровью, и лишь наступившая ночь остановила эту бойню.
Утром 30 июля враг увидел, что попал в капкан. Позади были прочные стены Москвы с ее пушками, обратный путь в степь загородила хрупкая на вид, но жестоко бьющая преграда. Теперь уж думалось не о покорении Руси, а о том, как бы выбраться живыми. День прошел в попытках сбить стоящих на пути русских: крымцы осыпали гуляй-город стрелами, шли в верховые атаки, надеясь прорваться в оставленные для прохода русской конницы щели, и тут же умирали на мгновенно выраставшем частоколе копий, под ливнем стрел и пуль. Поредевшие ряды казаков бросались в контратаки, давая своим время на перезарядку оружия, и опять отходили под прикрытие щитов и «огневого боя». В безуспешных атаках были убиты предводитель ногайцев Теребердей и трое его мурз. Это была затяжная битва, к которой незваные гости не были готовы. Сильные против мирных жителей, десятеро против одного, сейчас они сами крепко «влетели». Кровь лилась весь день, но вечером гуляй-город все так же стоял на своем месте. Было ясно, что русские скорее умрут, чем дадут хищникам уйти.
31 июля Девлет-Гирей начал решающий штурм. Обрушившись всей массой, татары ценой огромных потерь сбили с позиций защитников флангов, но конница опять не смогла взять гуляй-город. И тогда хан приказал всем спешиться и атаковать в пешем строю вместе с янычарами. Захватчики лезли на холм саранчой, устилая его трупами; прекрасно понимая, что спасают свою шкуру, дрались, как бешеные. Накал битвы достиг высочайшего напряжения: подступив к дощатым стенам гуляй-города, нападавшие рубили их саблями, расшатывали руками, силясь перелезть или повалить, «и тут много татар побили и рук поотсекли бесчисленно много». Устав рубить и колоть, изможденные защитники держались на ногах лишь яростью, а врагу приходилось карабкаться через завалы из трупов. Он понес такой урон, что сутки приходил в себя.
1 августа атак не было, но и положение защитников было критическим. Полегли все 3000 московских стрельцов, прикрывавших подножие холма и фланги. От конницы осталась едва половина. В гуляй-городе было огромное число раненых. В погоню за врагом русские взяли лишь оружие, бросив обоз с припасами, и теперь были блокированы без воды, еды и фуража. Выкопанные колодцы остались сухими, «в полках был голод великий людям и лошадям», ели павших коней, чтобы хоть как-то держаться. Следует признать, что наравне с русскими лишения терпели немцы, но тоже не роптали, а продолжали отчаянно драться. В сумерках Воротынский скрытно вывел оставшуюся конницу, по лощине обошел вражеский лагерь и затаился; в гуляй-городе остались стрельцы, пушкари и немцы. На рассвете 2 августа крымцы и янычары опять пошли в пешую атаку, крича и завывая. Их подпустили и ударили в упор из всех стволов, защитники с криком выскочили в контратаку и завязали жестокую сечу. В самый ее разгар в тыл врага ударила конница Воротынского. Не выдержав двойного удара, завоеватели побежали, бросая оружие. Их гнали и рубили, не беря пленных. Повезло одетым в богатые одежды («много мурз живых поймали»): их вязали для обмена на своих. Во время преследования большинство крымцев перебили еще до реки, плывущих били со стругов баграми, веслами, обагряя Оку кровью. Прошерстив прибрежные камыши, выловили прячущихся там самых хитрых и утопили тут же. 5-тысячный отряд, охранявший переправу, перебили до последнего человека: вятичи из стругов стрелами, стрельцы с берега пулями. Хан с телохранителями ушел на тот берег.
Такого разгрома Крымское ханство не знало, при Молодях было уничтожено почти все его боеспособное мужское население — 110 000 захватчиков. И не только простых воинов: под русскими саблями полегли сын, внук, зять Девлет-Гирея, большинство мурз, все янычары. Домой вернулось не более 10 000 «покорителей Руси». Отправившиеся по чужую шерсть сами оказались стрижеными. Русского мужика в очередной раз «достали».
Сражение стало поворотной точкой в противостоянии Руси и Крымского ханства, последней крупной битвой со Степью. Эта оборона не имеет аналогов в истории военного искусства: русские не преградили врагу путь к столице, а угрозой с тыла навязали ему сражение еще до подхода к ней, втянули его в мясорубку, смогли продержаться и истощить его силы, а потом в нужный момент нанесли решающий удар. Здесь было все: умелое использование инженерных сооружений и рельефа местности, эффективное применение огнестрельного оружия, точный выбор времени для обходного маневра и решающего удара. Ключевую роль в битве сыграл гуляй-город; это было выдающееся применение мобильной крепости.
Военная мощь давнего врага была подорвана, и он уже не смог восстановить прежние силы. Да, разрозненные кочевники еще долго осложняли жизнь на окраинах, но походов за рабами в глубь Руси больше не было. Самая мощная держава того века, Османская империя, удар вынесла, однако, потеряв на русских границах за три года 30 000 янычар и всю огромную армию своего вассала, от планов завоевания Руси отказалась. Разоренная набегами, стихийными бедствиями и внутренними врагами, воюющая на два фронта Русь выстояла в крайне критической ситуации. Пограничные укрепления были отодвинуты на юг на 300 километров, началось освоение богатых черноземных земель. Победа русского оружия имела огромное значение и для Европы: и так отступая под ударами турок, та вряд ли устояла бы, увеличься натиск хоть ненамного. Русь в очередной раз спасла тех, кто всегда делал ей только зло.


Неизвестная битва

Битва при Молодях — из одного ряда с Куликовской битвой, Полтавой и Сталинградом. Но это знают немногие. Там нет даже памятного знака, не говоря уже об объявлении поля заповедным. Исследования этой битвы начались лишь в конце XX века! Почему же о ней не снимают фильмы, не рассказывают в школе, не отмечают ее годовщину? Потому что битва, определившая будущее всей европейской цивилизации, случилась в правление царя, объявленного «плохим». Иван Грозный, первый государь всея Руси, фактически создавший страну, в которой мы живем, принявший Московское княжество и оставивший после себя Великую Россию, был последним из рода Рюриковичей, вытесненных с престола людьми Запада, династией Романовых, сделавших все возможное, чтобы опорочить величайшего собирателя державы.

Артем Денисов

bratishka.ru


Подсмотрел у russbalt. Зарежь себя сам

dgv.livejournal.com

Битва при Молодях - второе Куликово поле

26 июля 1572 года началась Молодейская битва, в которой русские войска нанесли сокрушительное поражение шестикратно превосходящим силам Крымского ханства.

Вряд ли пассажиры подмосковной электрички, проезжая станцию Колхозная, что в 30 км от мкад (между Подольском и Чеховым), смогут ответить на вопрос, чем знаменито это место. Они будут удивлены, узнав, что 430 лет назад на окрестных полях решалась судьба России. Речь идет о прогремевшей тут летом 1572 года битве у села Молоди. По своему значению некоторые историки приравнивают ее к битве на Куликовом поле.

Сейчас это трудно представить, но в XVI веке подмосковная Ока была суровым российским пограничьем. В период правления крымского хана Девлет-Гирея (1551—1577) борьба россии со степными набегами достигает апогея. С его именем связан ряд крупных походов. Во время одного из них была сожжена Москва (1571).


Давлет Гирей. 14-й хан Крымского ханства. В 1571 году один из походов, осуществлённый его 40-тысячным войском при поддержке Османской империи и в согласовании с Польшей, закончился сожжением Москвы, за что Девлет I получил прозвище Taht Alğan – Взявший Трон.

 

Крымское ханство, отколовшееся в 1427 году от распадающейся под нашими ударами Золотой Орды, было для Руси злейшим врагом: с конца XV столетия крымские татары, которых сейчас пытаются представить жертвами русского геноцида, совершали постоянные набеги на Русское Царство. Почти ежегодно они разоряли то одну, то другую область Руси, угоняя в плен женщин и детей, которых крымские евреи перепродавали в Стамбул.

Самым же опасным и разорительным стал набег, совершённый крымцами в 1571 году. Целью этого набега стала сама Москва: в мае 1571 года крымский хан Давлет Гирей c 40-тысячной армией, обойдя с помощью перебежчиков, посланных изменником князем Мстиславским, засечные линии на южных окраинах Русского царства, крымское войско переправившись вброд через Угру, вышло во фланг русской армии, насчитывавшей не более 6000 человек. Сторожевой отряд русских был разгромлен крымцами, которые устремились к русской столице.

3 июня 1571 года крымские войска разорили незащищенные слободы и деревни вокруг Москвы, а затем подожгли предместья столицы. Благодаря сильному ветру огонь быстро распространился по городу. Гонимые пожаром горожане и беженцы бросились к северным воротам столицы. В воротах и узких улочках возникла давка, люди «в три ряда шли по головам один другого, и верхние давили тех, кто были под ними». Земское войско, вместо того, чтобы дать бой крымцам в поле или на окраинах города, стало уходить к центру Москвы и, смешавшись с беженцами, утратило порядок; воевода князь Бельский погиб во время пожара, задохнувшись в погребе своего дома. В течение трех часов Москва выгорела дотла. На другой день татары и ногайцы ушли по рязанской дороге в степь. Кроме Москвы Помимо Москвы крымский хан разорил центральные области и вырезал 36 русских городов. В результате этого набега было перебито до 80 тысяч русских людей, а около 60 тысяч было уведено в плен. Население же Москвы сократилось со 100 до 30 тысяч человек.

 


Крымско-татарский всадник

 

Давлет Гирей был уверен, что Русь уже не оправится от такого удара и сама сможет стать лёгкой добычей. Поэтому в следующем 1572 году он решил повторить поход. Для этого похода Давлет Гирей смог собрать 120-тысячное войско, включавшее 80 тысяч крымцев и ногайцев, 33 тысячи турок и 7 тысяч турецких янычар. Существование русского государства и самого русского народа повисло на волоске.

Этим самым волоском по счастью оказался князь Михаил Иванович Воротынский, который был главой пограничной стражи в Коломне и Серпухове. Под его началом были объединены опричные и земские войска. Кроме них к силам Воротынского примкнул посланный царём отряд из семи тысяч немецких наёмников, а также подоспевшие на помощь донские казаки. Общая численность войск под командованием князя Воротынского составила 20 034 человека.

Момент для нападения был удачен. Русское государство находилось в критической изоляции и вело борьбу сразу с тремя сильными соседями (Швецией, Речью посполитой и Крымским ханством). Ситуация была — хуже некуда. Вначале 1572 года Иван Грозный эвакуировал столицу. На сотнях возов из Кремля в Новгород были отправлены казна, архивы, высшая знать, в том числе семейство царя.

 

Гуляй-город

 

 

Москва могла стать добычей гиреев

Собираясь в поход на Москву, Девлет-Гирей уже поставил более крупную цель — завоевать всю Россию. Глава государства, как мы уже говорили, перебазировался в Новгород. А в сгоревшей от прошлого набега Москве не имелось крупных соединений. Единственной силой, прикрывавшей опустевшую столицу с юга, по линии Оки, была 60-тысячная армия во главе с князем Михаилом Воротынским. На помощь ему пришла тысяча донских казаков с атаманом Мишкой Черкашениным. Также в армии Воротынского находился посланный сюда царем 7-тысячный отряд немецких наемников.

У Серпухова он оборудовал главную позицию, укрепив ее “гуляй-городом” — подвижной крепостью из телег, на которые ставились деревянные щиты с прорезями для стрельбы.
Против нее хан выставил для отвлечения 2-тысячный отряд. Главные же силы в ночь на 27 июля форсировали Оку в двух слабо защищенных местах: у Сенкиного брода и у села Дракино.

У Сенкиного брода переправился 20-тысячный авангард Мурзы Теребердея. На его пути оказалась лишь небольшая застава из 200 воинов. Они не отступили и геройски погибли, воскресив знаменитый в истории подвиг трехсот спартанцев. В бою у Дракина отряд знаменитого полководца Дивей-Мурзы разбил полк воеводы Никиты Одоевского. После этого хан устремился к Москве. Тогда воротынский снял войска с береговой линии и двинулся вдогонку.

Впереди мчался конный полк молодого князя Дмитрия Хворостинина. В его авангарде были и донские казаки — опытные бойцы степей. Тем временем головные части ханского войска подходили к реке Пахре. Задние — к селу Молоди. Тут и настиг их Хворостинин. Он бесстрашно атаковал крымский арьергард и нанес ему поражение. Этот сильный неожиданный удар вынудил Девлет-Гирея остановить прорыв к Москве. Опасаясь за свой тыл, хан повернул назад, чтобы сокрушить идущую следом армию Воротынского. Без ее разгрома правитель Крыма не мог достичь поставленных целей. Зачарованный мечтой о покорении Москвы, хан отбросил обычную тактику своей армии (набег-отход) и втянулся в масштабное сражение.

Пару дней в районе от Пахры до Молодей шли маневренные стычки. В них Девлет-Гирей прощупывал позиции Воротынского, опасаясь подхода войск из Москвы. Когда выяснилось, что русской армии ждать помощи неоткуда, хан 31 июля атаковал ее базовый лагерь, оборудованный у речки Рожай, близ Молодей.

 

 

26 июля крымско-турецкое войско подошло к Оке и стало переправляться через неё в двух местах –  у впадения в неё реки Лопасни по Сенькиному броду, и выше Серпухова по течению. Первое место переправы охранял небольшой сторожевой полк «детей боярских» под командованием Ивана Шуйского, состоявший всего из 200 воинов. На него обрушился многотысячный ногайский авангард крымско-турецкого войска под командованием Теребердей-мурзы. Отряд не обратился в бегство, а вступил в неравный бой, но был рассеян, успев, однако, нанести большой урон крымцам. После этого отряд Теребердей-мурзы достиг окрестностей современного Подольска у реки Пахры и, перерезав все дороги, ведущие в Москву, остановился в ожидании главных сил.

Основные позиции русских войск находились у Серпухова. Здесь же находился и наш средневековый танк Гуляй-город, вооружённый пушками и затинными  пищалями, отличавшимися от обычных ручниц наличием крюков, которые зацеплялись за крепостную стену с целью уменьшения отдачи при выстреле.  Пищаль уступала в скорострельности лукам крымских татар, но имела преимущество в пробивной силе: если стрела застревала в теле первого же незащищённого воина и довольно редко пробивала кольчугу, то пищальная пуля пробивала двоих незащищённых воинов, застревая лишь в третьем. Кроме того, она легко пробивала и рыцарские доспехи.

В качестве отвлекающего манёвра Давлет Гирей послал против Серпухова двухтысячный отряд, а сам с основными силами переправился через Оку в более отдалённом месте у села Дракино, где столкнулся с полком воеводы Никиты Романовича Одоевского, который в тяжелейшем сражении был разбит. После этого, основное войско двинулось на Москву, а Воротынский, сняв войска с береговых позиций, двинулся ему вдогонку. Это была рискованная тактика, так как вся надежда возлагалась на то, что вцепившись в хвост татарскому войску, русские заставят хана развернуться для сражения и не идти на беззащитную Москву. Однако альтернативой было обгонять хана по боковому пути, что имело мало шансов на успех. К тому же был опыт предыдущего года, когда воевода Иван Бельский успел прибыть в Москву до крымцев, однако не смог предотвратить её поджога.

Крымское войско изрядно растянулось и в то время как его передовые части достигли реки Пахры, арьергард лишь подходил к селу Молоди, расположенному в 15 верстах от неё. Именно здесь он был настигнут передовым отрядом русских войск под руководством молодого опричного воеводы князя Дмитрия Хворостинина. 29 июля состоялся ожесточённый бой, в результате которого крымский арьергард был практически уничтожен.
После этого произошло то, на что надеялся Воротынский. Узнав о разгроме арьергарда и опасаясь за свой тыл, Давлет Гирей развернул своё войско. К этому времени уже был развёрнут гуляй-город вблизи Молодей в удобном месте, расположенном на холме и прикрытом рекой Рожаей. Отряд Хворостинина оказался один на один со всей крымской армией, но, правильно оценив обстановку, молодой воевода не растерялся и мнимым отступлением заманил противника к гуляй-городу. Быстрым манёвром вправо уведя своих воинов в сторону, подвёл врага под убийственный артиллерийско-пищальный огонь –  «многих татар побили».

В гуляй-городе находился большой полк под командованием самого Воротынского, а также подоспевшие казаки атамана Черкашенина. Началась затяжная битва, к которой крымское войско было не готово. В одной из безуспешных атак на гуляй-город был убит Теребердей-мурза.

После ряда небольших стычек 31 июля Давлет Гирей начал решающий штурм гуляй-города, но он был отбит. Его войско понесло большие потери убитыми и пленными. В числе последних оказался и советник крымского хана Дивей-мурза. В результате крупных потерь татары отступили.

На следующий день атаки прекратились, но положение осажденного лагеря стало критическим. Там было много раненых, кончалось продовольствие. 2 августа правитель Крыма решил наконец покончить с “гуляй-городом” и бросил против него основные силы. Наступила кульминация битвы. Ожидая победы, хан не считался с потерями.

 

Московские стерльцы

 

2 августа Давлет Гирей вновь послал своё войско на штурм.. В тяжёлой борьбе погибли до 3 тысяч русских стрельцов, защищавших подножие холма у Рожайки, понесла серьёзные потери и русская конница, оборонявшая фланги. Но приступ был отбит –  крымская конница не смогла взять укреплённую позицию. В бою был убит ногайский хан, погибли трое мурз. И тогда крымский хан принял неожиданное решение –  он приказал коннице спешиться и атаковать гуляй-город в пешем строю совместно с янычарами. Лезущие татары и турки устилали холм трупами, а хан бросал всё новые силы. Подступив к дощатым стенам гуляй-города, нападавшие рубили их саблями, расшатывали руками, силясь перелезть или повалить, «и тут много татар побили и руки поотсекли бесчисленно много».

Однако конница не могла взять укрепления. Тут нужно было иметь много пехоты. И тогда Девлет-Гирей в запале прибегнул к нехарактерному для крымцев приему. Хан велел всадникам сойти с коней и вместе с янычарами идти на приступ в пешем строю. Это был риск. Крымское войско лишалось главного козыря — высокой маневренности.

Уже под вечер, воспользовавшись тем, что враг сосредоточился на одной стороне холма и увлёкся атаками, Воротынский предпринял смелый манёвр. Дождавшись, когда главные силы крымцев и янычар втянутся в кровавую схватку за гуляй-город, он незаметно вывел большой полк из укрепления, провёл его лощиной и ударил в тыл татарам. Одновременно, сопровождаемые мощными залпами пушек, из-за стен гуляй-города сделали вылазку и воины Хворостинина.

Крымские воины, не привыкшие биться в пешем строю с кавалерией, не выдержали двойного удара. Вспыхнувшая паника низвела лучших конников империи до положения толпы, бросившейся спасаться от всадников Воротынского. Многие погибли, так и не сев на коней. Среди них были — сын, внук и зять Девлет-Гирея. К ночи побоище стихло. Собрав остатки разбитого войска, хан начал отход. Так завершилась великая многодневная битва на просторах от Оки до Пахры.

Во время преследования пеших крымцев до переправы через Оку было перебито большинство бежавших, а также ещё один 5-тысячный крымский арьергард, оставленный на охрану переправы. В Крым возвратилось не более 10 тысяч воинов.

Потерпев поражение в Битве при Молодях, Крымское ханство потеряло при этом почти всё мужское население. Однако предпринять поход в Крым чтобы добить зверя в его логове, Русь, ослабленная предыдущим набегом и Ливонской войной, тогда не смогла.

 

 

Вена или все-таки Молоди?

Это была последняя крупнейшая битва Руси со степью. Удар при Молодях потряс крымскую мощь. По некоторым данным, домой, в Крым, вернулось всего 20 тысяч воинов (из янычар не спасся никто).

А теперь немного об истории с географией. Известно, что крайней точкой, где было остановлено османское наступление в Европе, считается Вена. На самом же деле, пальма первенства принадлежит подмосковному селу Молоди. Вена тогда находилась в 150 км от границ османской империи. Тогда как Молоди — примерно в 800 км. Именно у стен российской столицы, при Молодях, был отражен наиболее дальний и грандиозный поход войск османской империи в глубь Европы.

Сопоставимое по значению с битвами на Куликовом поле (1380) или Пуатье (732) сражение при Молодях до сих пор остается малоизвестным событием и почти не упоминается в числе знаменитых побед русского оружия.

 

 

 

 

 

Вспомним еще эпизоды из славной военной истории России: Бриг «Меркурий» — безумство храбрых как 8 апреля 1783 года Крым стал русским ну и давайте не забудем Штурм Казани Оригинал статьи находится на сайте ИнфоГлаз.рф Ссылка на статью, с которой сделана эта копия - http://infoglaz.ru/?p=25765

masterok.livejournal.com

Битва при Молодях: великая забытая победа

В преддверии большой войны

Османская империя, одно из самых крупных и мощных государств Европы и Азии в XVI веке, продолжало расширение своего влияния и захват земель. Однако амбиции турок были оспорены решимостью Ивана Грозного, захватившего в 1552 году Казань, а затем и Астраханское ханство – союзников и опору Османской империи на востоке.

Укрепление Руси мешало экономико-политическому доминированию турок, что повлекло за собой вторжение в Москву вассала Османской империи, крымского хана Девлета I. Тем временем шла Ливонская война, сильно обескровившая русские войска, и, воспользовавшись слабостью противника, Девлет сжег Москву – сгорело все, кроме каменного кремля.

Помимо этого, ханом было разорено множество городов на обратном пути. Гибель тысяч людей, начавшиеся на русских землях голод и эпидемии подталкивали Девлета к мыслям о полном подчинении Руси, и он начал готовиться к масштабному военному походу. Тем временем, Иван Грозный скрывался от наступавших турок в монастыре в Белоозере, заслужив титул «бегуна и хороняки».

При поддержке Османской империи, выделившей татарам несколько тысяч янычар, крымскому хану удалось собрать многотысячное войско, по разным оценкам, насчитывающее от сорока, до, как свидетельствует Новгородская летопись, ста двадцати тысяч воинов: «приехал царь Крымской к Москве, а с ним силы его 100 тысяч и двадцать». В то же время Иван Грозный перевез казну в Новгород, а сам спешно поехал в Москву, чтобы дать указания по отражению атаки татар. Вернувшись в Москву к середине июня 1571 года, царь предложил хану военный союз в обмен на Астрахань, однако договор не состоялся. Как писал немец-опричник Генрих Штаден, участвовавший в битве при Молодях, «Крымский царь похвалялся перед турецким султаном, что он возьмет всю Русскую землю в течение года, великого князя пленником уведет в Крым и своими мурзами займет Русскую землю». Русские земли уже были заранее распределены между крымскими военачальниками.

Тогда Иваном Грозным был назначен воевода, Михаил Воротынский, участвовавший уже в казанских походах, под командованием которого была всего лишь двадцатитысячная армия. Сам же Грозный уехал обратно в Новгород с десятитысячной армией.

27 июля 1572 года татарские войска перешли через Оку и неумолимо приближались к Москве по серпуховской дороге. Но чрезмерно большая армия хана очень сильно растянулась. Через день крымский арьергард был встречен отрядом князя Хворостинина при деревне Молоди в 45 верстах от Москвы, и, таким образом, войска Девлата, атакованные с тыла, вынуждены были отступить от первопрестольного града, чтобы дать отпор небольшому отряду, напавшему на них сзади. Воины Хворостинина были вооружены пищалями, благодаря чему побили издали множество татар, уничтожив практически весь арьергард. Но это было только начало.

russian7.ru

1572 год, Битва при Молодях (кратко) - Исторический факт - Статьи

«В те времена далекие, теперь уже былинные»

Византия пала под натиском турок, они неумолимо надвигались на северо-запад. Разрозненные княжества, графства и королевства (которыми в то время и являлась Европа) не могли противопоставить этому натиску ничего.

      Между тем на востоке созревала другая сила. Как бы не ругали Ивана Грозного, каким бы маньяком не представляли этого царя в школьной программе, государем он был талантливым и о приумножении территорий радел, одновременно занимаясь реформированием армии и централизацией власти. Татары представляли для страны угрозу. Большие любители пожечь-пограбить никому в качестве соседей не понравятся, вот юный царь (Ивану IV едва исполнилось 17, когда он завоевал Казань в 1552-м) отправился на покоренье новых земель и преуспел. Через четыре года году неугомонный Рюрикович взял еще и Астрахань и оказался в непосредственной близости к Крыму, который связывали вассальные отношения с могущественной Османской империей.

Неприятные соседи

Султан предложил московскому царю покровительство - тот ответил отказом. Ничего хорошего русскому государству это не сулило, но время решительной схватки не наступило: 1572 год, битва при Молодях и неслыханное поражение татар были еще впереди. На протяжении десятка лет крымчане вели себя совершенно хулиганским образом, а в 1571 году татары предприняли серьезный тренировочный поход на Русь, и он оказался удачным. Войску Девлет-Гирея удалось (не без помощи предателей) переправиться через Оку, добраться до Москвы и сжечь деревянный город – уцелел только каменный Кремль. Грозного в столице не было: он узнал о случившемся после, и новости были неутешительны: помимо материального ущерба и больших потерь убитыми и покалеченными, в плену у татар оказались десятки тысяч русских.
 

Новая попытка

Покатились головы виновников, царь принялся думать грустную думу. По некоторым свидетельствам, был даже готов отступиться от новообретенных Астрахани и Казани, но, вдохновленный успехом, хан Девлет-Гирей не желал довольствоваться крохами: решив, что русским все равно каюк, он не соглашался на меньшее, чем все русские территории разом. В 1572 году он отправился на Москву снова, подготовившись еще основательнее. По разным данным, войско хана насчитывало не менее 80 (по другим данным, около 120) тысяч человек, плюс султан подсобил 7 тысячами янычар, а ведь это был цвет османской армии. Шкуру неубитого медведя поделили еще до того, как двинуться в путь: сам Девлет-Гирей неоднократно заявлял, что отправляется «на царствие», а между влиятельными мурзами были заранее расписаны русские земли.

А все так славно начиналось…

Предприятие вполне могло увенчаться успехом, повернув историю России в совершенно иное русло. Невозможно понять, почему в школьной истории не фигурирует 1572 год: битва при Молодях, судя по всему, буквально спасла страну, а о ней знает только узкий круг специалистов. По проторенной дорожке татары, практически не встретив сопротивления, добрались до Оки. В пограничной заставе Коломны и Серпухова их встречал 20-тысячный отряд под командованием князя М. Воротынского. Войско Девлет-Гирея в бой вступать не стало. Хан отправил около 2 тысяч войск к Серпухову, а основные силы подались вверх по реке. Передовой отряд под командованием мурзы Теребердея дошел до Сенькиного брода и спокойно переправился через реку, попутно частично разогнав, частично отправив к праотцам двести защитников кордона. Остальные силы переправились неподалеку от деревни Дракино. Полк князя Одоевского числом около 1200 человек ощутимого сопротивления тоже оказать не мог – русские были разбиты, а Девлет-Гирей преспокойно проследовал прямо на Москву. Воротынский принял отчаянное решение, сопряженное с немалым риском: согласно царскому приказу, воевода должен был перекрыть хану Муравский шлях и торопиться к реке Жиздре, где предстояло воссоединиться с основным русским войском.

Обманный маневр

Князь рассудил иначе и отправился в погоню за татарами. Те путешествовали беспечно, значительно растянувшись и утратив бдительность, пока не наступила роковая дата - 30 (по другим данным, 29-е) июля (1572 год). Битва при Молодях стала необратимой реальностью, когда решительный воевода Дмитрий Хворостинин с отрядом в 2 тысячи (по другим данным, 5 тысяч) человек настиг татар и нанес неожиданный удар по арьергарду ханской армии. Враги дрогнули: нападение оказалось для них неприятным (и - что еще хуже – внезапным) сюрпризом. Когда храбрый Хворостинин врезался в основную часть войск неприятеля, те не растерялись и дали отпор, обратив русских в бегство. Не зная, впрочем, что и оно было тщательно продуманным: Дмитрий Иванович повел врагов прямо к старательно подготовившимся войскам Воротынского. Тут и началась битва у деревни Молоди в 1572 году, имевшая для страны самые серьезные последствия. Можно себе представить, как удивились татары, обнаружив перед собой так называемый гуляй-город - укрепсооружение, созданное по всем правилам тогдашнего времени: толстенные щиты, установленные на телегах, надежно защищали расположившихся за ними воинов. Внутри «гуляй-города» располагались пушки (Иван Васильевич Грозный был большой поклонник огнестрельного оружия и армию свою снабжал по последнему требованию военной науки), стрельцы, вооруженные пищалями, лучники и др.
 

И грянул бой

Врага незамедлительно угостили всем, что припасли к его приходу: завязался страшный кровопролитный бой. Подходили все новые и новые татарские силы – и угождали прямиком в мясорубку, организованную русскими (справедливости ради следует отметить, что не только ими: наравне с местными сражались и наемники, в те времена это была обычная практика; немцы, судя по историческим хроникам, каши нисколько не портили). Девлет-Гирей не хотел рисковать, оставив у себя в тылу столь многочисленную и организованную силу врага. Он снова и снова бросал на укрепление свои лучшие силы, но результат был даже не нулевым – он был отрицательным. Никак не превращался в триумф 1572 год: битва при Молодях продолжалась уже четвертый день, когда татарский военачальник приказал своему войску спешиться и вместе с османскими янычарами атаковать русских. Яростный натиск ничего не дал. Дружины Воротынского, несмотря на голод и жажду (когда князь пускался в погоню за татарами, о продовольствии думали в последнюю очередь), стояли насмерть.

На войне все средства хороши

Враг нес огромные потери, кровь лилась рекой. Когда наступили густые сумерки, Девлет-Гирей принял решение дождаться утра и уже при свете солнца «дожать» врага, но изворотливый и хитроумный Воротынский решил, что действо под названием «Битва при Молодях, 1572 год» должно иметь скорый и несчастливый для татар финал.
 

Под покровом тьмы князь увел часть войска в тыл противника – рядом располагалась удобная лощина – и ударил! С фронта грянули пушки, а следом за ядрами на врага бросился все тот же Хворостинин, сея среди татар смерть и ужас. Страшным боем ознаменовался 1572 год: битва при Молодях и по современным меркам может считаться большой, а уж по временам Средневековья тем более. Сражение превратилось в избиение. По разным данным, ханская армия насчитывала от 80 до 125 тысяч человек. Русские уступали в количестве втрое или вчетверо, но им удалось уничтожить около трех четвертей неприятелей: битва при Молодях в 1572 году стала причиной гибели подавляющего большинства мужского населения Крымского полуострова, ведь, по татарским законам, все мужчины должны были поддерживать хана в его завоевательных начинаниях.

Невосполнимый вред, неоценимая польза

По мнению многих историков, ханство так и не сумело оправиться после сокрушительного поражения. Ощутимый щелчок по носу получила и Османская империя, поддержавшая Девлет-Гирея. Самому хану проигранная битва при Молодях (1572) стоила жизней сына, внука и зятя. А еще воинской чести, ведь ему пришлось натурально драпать из-под Москвы, не разбирая дороги (летописи так и пишут: «Не путми не дорогами»), а бросившиеся следом русские продолжали убивать осточертевших за годы набегов татар, и голова у них шла кругом от крови и ненависти.

      Трудно переоценить то значение, которое имела битва при Молодях (1572 год): последствия для последующего развития России, да и всей европейской цивилизации, были самыми благоприятными. По оценкам многих историков, мусульманский мир получил бы гораздо больше преференций, окажись под его контролем территория Московского царства. Получив такой «плацдарм», Османская империя в скором времени могла бы поглотить всю Европу.

Значение битвы для России

Благодаря победе при Молодях русское государство выиграло передышку в бесконечных междусобойчиках с татарами, получило обширные территории и начало освоение «дикого поля» - плодородных южных земель, что имело для страны не последнее значение. Конечно же, повлияла битва при Молодях (1572 год) и на дальнейшую судьбу Крымского ханства: обескровленное, лишившееся значительной части боеспособного населения, оно уже не могло навязывать России условия и в конечном счете через несколько десятков лет оказалось в составе Российской империи. Как случилось, что столь заметное событие в истории государства оказалось надежно забытым, - тема для отдельной диссертации. Все-таки битва при Молодях (1572 год), кратко говоря, крупная и значимая победа русского оружия, а фильмов о ней не снимают, книжек до недавнего времени не издали ни одной (только в 2004 году увидело свет сочинение Г. Ананьева «Риск»), да и вообще сам факт успешного (и судьбоносного как для России, так и для Европы) сражения известен далеко не каждому.

“История – это миф, с которым все согласны…”

Часть исследователей связывают подобную забывчивость с тем, что Иван Грозный был последним представителем Рюриковичей на русском троне. После него престол достался Романовым – и уж они постарались «подпортить имидж» предшественникам, заодно отправив в небытие их достижения.


Источники:

1572 год, Битва при Молодях (кратко)

Битва при Молодях — почему её скрывают?

vsegda.moy.su

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *