М 10 танк – M10 (САУ) — Википедия

Американские ПТ-САУ времен войны (часть 1) – М10 Wolverine » Военное обозрение

Самоходная артиллерийская установка M10 Wolverine имела сокращенное обозначение GMC (3-in. Gun Motor Carriage) M10 и относилась к классу истребителей танков. В американской армии данная самоходка получила свое неофициальное прозвище Wolverine (англ. росомаха), которое было позаимствовано у британских союзников, данная ПТ-САУ поставлялась в Великобританию по ленд-лизу. САУ М-10, как и многие самоходки Второй мировой, была создана на шасси среднего танка, в данном конкретном случае «Шермана» M4A2 (модификация M10A1 – на базе танка M4A3). Всего с сентября 1942 по декабрь 1943 года американская промышленность произвела 6706 данных противотанковых самоходок.

В отличие от немецких и советских самоходок периода Второй мировой войны, в американских САУ орудие устанавливалось не в бронерубке, а во вращающейся башне, как и на танках. Для вооружения САУ М-10 использовалась 3-х дюймовая (76,2 мм) пушка М7, которая размещалась в открытой сверху башне. На корме ее монтировался специальный противовес, который придавал башне характерный и легко опознаваемый силуэт. Для борьбы с бронированными целями использовался калиберный бронебойный снаряд без баллистического наконечника M79. Данный снаряд на дистанции в 1000 ярдов (900 м) при угле встречи 30° относительно нормали пробивал 76 мм брони. Полный боекомплект САУ состоял из 54 снарядов. Для самообороны и отражения воздушных атак самоходка оснащалась 12,7-мм пулемётом М2 «Браунинг», который устанавливался на корме башни. Боекомплект пулемета состоял из 300 патронов, помимо этого экипаж имел для самообороны и личное оружие.


История создания

К началу Второй мировой войны американская армия авральными темпами вела работы по созданию и принятию на вооружение 2-х истребителей танков – М3 и М6. При этом обе машины являлись лишь вынужденной временной мерой и плохо подходили для борьбы с танками. Армия нуждалась в полноценной САУ – истребителе танков. К разработке такой машины в США приступили в ноябре 1941 года. Проектом предусматривалась установка орудия на базу танка М4А1 с литым корпусом и бензиновым двигателем, но уже в декабре 1941 данный проект был пересмотрен в пользу очередной модификации танка «Шерман» М4А2, которая отличалась от предыдущей версии сварным корпусом и дизельным двигателем.


Прототип САУ получил название Т35. В январе 1942 года был изготовлен деревянный макет, вслед за этим последовала сборка первых ПТ-САУ в металле. При этом корпус танка М4А2 подвергся ряду изменений – машина лишилась курсового пулемета, толщина лобовой брони осталась прежней, а с бортов она была уменьшена до 1 дюйма. Бронирование в районе трансмиссии было дополнительно усилено накладками из 2-х бронелистов, которые сваривались под углом 90 градусов. 76,2-мм орудие устанавливалось в круглой открытой башне, которая была позаимствована у прототипа тяжелого танка Т1.

В разгар работ над Т35 военные выдвинули новые требования – наклонная броня надстройки корпуса и низкий силуэт машины. Конструкторы представили 3 различных варианта САУ, из которых был выбран один получивший индекс Т35Е1. Новый вариант машины основывался на шасси танка М4А2, толщина брони уменьшилась, появились дополнительные наклоны у надстройки; вместо круглой башни установили башню от М35. В январе 1942 года Танковое Отделение фирмы Фишер, принадлежащее концерну Крайслер приступило к работе над двумя прототипами T35Е1. Обе машины были готовы к весне 1942 года. Их испытания доказали преимущество наклонной брони корпуса, а вот литая башня САУ вызвала нарекания военных. В связи с этим было принято решение о разработке новой башни, которая была сделана в форме шестигранника, сваренного из катаных бронелистов.


Испытания САУ Т35Е1 завершились в мае 1942 года. Машина была рекомендована к производству после устранения ряда незначительных замечаний к конструкции.

- Военные потребовали уменьшить бронирование, ради большей скорости. Американская концепция ПТ-САУ предполагала, что скорость более полезна, чем хорошая бронезащита.
- Сделать люк для размещения механика-водителя.
- Дифференциал должен прикрываться броней не из 3-х частей, а из одной.
- Должна быть реализована возможность установки дополнительной брони на лоб и борта корпуса, а также башню.

Стандартизированная и улучшенная ПТ-САУ Т35Е1 в июне 1942 года была отправлена в производство под обозначением М10. Экипаж машины состоял из 5 человек: командир САУ (располагался справа в башне), наводчик (в башне слева), заряжающий (в башне сзади), механик-водитель (в передней части корпуса слева) и помощник механика-водителя (в передней части корпуса справа). Несмотря на стремление военных как можно скорее наладить выпуск М10 у них возникли серьезные трудности с дизайном гексагональной башни. Для того чтобы не откладывать выпуск была сделана временная пятигранная башня, которая и пошла в серию. В итоге все истребители танков М10 выпускались именно с ней, а от шестигранной башни решено было отказаться. Стоит также отметить один недостаток, которым обладали САУ М10 Wolverine. Люки механика-водителя и его помощника, невозможно было открыть в тот момент, когда орудие было направлено вперед, открытию люков мешала маска пушки.

Основным оружием САУ была 3-х дюймовая 76,2-мм пушка М7, которая обладала хорошей скорострельностью – 15 выстрелов в минуту. Углы наводки в вертикальной плоскости составляли от -10 до +30 градусов, в горизонтальной – 360 градусов. Боекомплект ПТ-САУ состоял из 54 выстрелов. 6 боеготовых выстрелов размешались в двух укладках (по 3 в каждой) на задней стенке башни. Остальные 48 выстрелов находились в специальных контейнерах из фибры в 4-х укладках в спонсонах. По штату боекомплект должен был состоять из 90% бронебойных снарядов и 10% фугасных. Также в него могли входить дымовые снаряды и картечь.


Боевое применение

САУ M10 выпускалась с 1942 по конец 1943 года и, прежде всего, поступала на вооружение танко-истребительных батальонов (по 54 САУ в каждом). Американская доктрина ведения боевых действий предполагала применение истребителей танков для уничтожения вражеских танков, тогда как собственные танки предполагалось использовать для поддержки в бою пехотных подразделений. М10 Wolverine стала самой массовой противотанковой САУ американской армии во время Второй мировой войны. Боевой дебют ПТ-САУ произошел в Северной Африке и был довольно успешным, так как ее трехдюймовая пушка могла без особых проблем с дальних дистанций поражать большинство немецких танков, действующих на этом театре боевых действий. При этом тихоходное и тяжелое шасси не соответствовало принятой в США доктрине, согласно которой в роли истребителей танков должны были использоваться более быстрые и легкие самоходки. Поэтому уже в начале 1944 года в частях ПТ-САУ M10 стали заменяться более легкобронированными и быстроходными САУ M18 Hellcat.

Серьезные испытания выпали на долю САУ M10 во время высадки в Нормандии и последующих за этим боев. По той причине, что М10 обладала более-менее противотанковой 76,2-мм пушкой, их активно привлекали для борьбы с немецкими танками. Достаточно быстро удалось выяснить, что М10 не может успешно бороться с новыми немецкими танками «Пантера», «Тигр» и тем более с Королевскими Тиграми. Часть данных самоходок по ленд-лизу была передана англичанам, которые быстро отказались от американской маломощной 76-мм пушки и заменили ее на свою 17-фунтовую пушку. Английская модификация М10 получила название Ахиллес I и Ахиллес II. Осенью 1944 года эти установки начали заменяться на более совершенные ПТ-САУ M36 Jackson. При этом остающиеся в строю M10 продолжали использоваться до конца войны.

Около 54 данных самоходок было отправлено в СССР по ленд-лизу, но об их использовании в Красной армии ничего не известно. Также данные машины получали и боевые части армии «Свободной Франции». Одна из таких машин с названием «Сирокко», находившаяся под управлением французских моряков, прославилась тем, что подбила «Пантеру» на площади Согласия в Париже в последние дни парижского восстания.


Опыт боевого применения показал, что открытая сверху башня самоходки M10 делает машину очень уязвимой к артиллерийскому и миномётному огню, а также к атакам пехоты, особенно во время ведения боя в лесу и городских условиях. Так даже самая обычная ручная граната могла бы достаточно легко вывести из строя экипаж самоходки. Бронирование самоходки также вызывало нарекания, так как не могло противостоять немецким противотанковым пушкам. Но самым большим недостатком была очень низкая скорость поворота башни. Данный процесс не был механизирован и производился вручную. Для того чтобы сделать полный оборот требовалось не менее 2 минут времени. Также вопреки принятой доктрине американские ПТ-САУ израсходовали больше осколочно-фугасных снарядов, чем бронебойных. Чаще всего самоходки выполняли на поле боя роль танков, хотя на бумаге должны были их поддерживать.

Наилучшим образом М10 Wolverine показали себя в оборонительных боях, где они значительно превосходили буксируемые противотанковые орудия. Успешно использовались они и во время Арденской операции. Батальоны, вооруженные ПТ-САУ М10, оказались в 5-6 раз эффективнее подразделений, вооруженных буксируемыми противотанковыми пушками того же калибра. В тех случаях, когда М10 усиливали оборону пехотных частей, соотношение потерь и побед составляло 1:6 в пользу ПТ-САУ. Именно в боях в Арденнах самоходки несмотря на все их недостатки продемонстрировали насколько они превосходят буксируемую артиллерию, с этого момента в американской армии начался активный процесс перевооружения противотанковых батальонов на самоходные орудия.

Тактико-технические характеристики: M10 Wolverine
Масса: 29,5 т.
Габаритные размеры:
Длина 6,828 м., ширина 3,05 м., высота 2,896 м.
Экипаж: 5 чел.
Бронирование: от 19 до 57 мм.
Вооружение: 76,2-мм нарезная пушка M7
Боекомплект: 54 снаряда
Двигатель: двухрядный 12 цилиндровый дизельный жидкостного охлаждения мощностью 375 л.с.
Максимальная скорость: по шоссе – 48 км/час
Запас хода: по шоссе – 320 км.

topwar.ru

Испытано в СССР. Истребитель танков Gun Motor Carriage M10

В отличие от многочисленных танков, самоходные установки в СССР по программе ленд-лиза поступали в ограниченном количестве. Исключением являются лишь Gun Motor Carriage T48, или СУ-57, созданные на шасси полугусеничных броне­транс­пор­тёров M3. Изначально их разработали в США по заказу англичан, но те ими практически не пользовались. Совсем по-иному Т48 приняли в СССР: всего сюда было поставлено 650 машин этого типа, они очень активно применялись и показали себя как эффективное противотанковое средство. Что же касается САУ на танковом шасси, то единственным западным образцом, который был принят на вооружение Красной армии, оказался американский истребитель танков Gun Motor Carriage M10, ныне широко известный под британским названием Wolverine.

На одном шасси с М4А2

История того, как Главное бронетанковое управление Красной армии (ГБТУ КА) впервые познакомилось с GMC M10, немного комична. Первой информацией об этой машине стала не разведывательная сводка, а письмо, посвящённое вопросам эксплуатации средних танков M4A2. 15 марта 1943 года заместитель начальника инженерного управления Наркомата внешней торговли полковник Хряев направил в ГБТУ письмо. В нем указывалось, что американский эксплуатационный центр разослал циркуляр об особенностях пользования блокировочными кнопками главного фрикциона. В руководство по эксплуатации танка M4A2 вкралась ошибка, что приводило к авариям. Именно в этом письме впервые упоминался «танк-истребитель М-10».

​ GMC M10 на НИИБТ Полигоне, сентябрь 1943 года. Хорошо видны крепления для дополнительной брони, которая, впрочем, так и не вешалась

К тому моменту из существования GMC M10 американские военные секрета не делали. О том, что подобные машины находятся на вооружении американской армии, майор Бараев, помощник военного атташе в США, сообщил ещё в 1 марта 1943 года. Но более поздний доклад Хряева поступил в ГБТУ быстрее. Согласно сообщению Бараева, машину разработали в расчёте на её универсальность, то есть с предусмотренной возможностью выполнять задачи, типичные для танков. Для этого на её броне имелись специальные крепления, на которые навешивалась дополнительная защита. Это действительно так, хотя в реальности дополнительную броню на серийных машинах так и не устанавливали.

Также с помощником военного атташе американцы поделились и информацией о боевом применении GMC M10. Согласно докладу, первые 10 машин отправились в конце 1942 года в Северную Африку. Бои с их участием показали, что самоходная установка получилась удачной. Предполагалось, что она будет принята на вооружение не только частями истребителей танков, но и всеми бронетанковыми частями армии США.

Она же спереди

На деле первый настоящий боевой дебют GMC M10 состоялся чуть позже. 23 марта 1943 года в ходе сражения у Эль-Геттара в Тунисе эти машины сыграли важную роль, заодно показав явное превосходство над полугусеничными истребителями танков GMC M3. Американцы не лукавили, когда говорили о том, что машина получилась удачной. Об этом красноречиво свидетельствует тот факт, что GMC M10 стала самой массовой американской САУ.

Вид на машину сзади

Большого интереса эти машины в руководстве ГБТУ КА не вызвали. Правда, в докладе Бараева указывалось, что огневая мощь 76-мм пушки, установленной на GMC M10, примерно равна мощи немецкой 88-мм зенитной пушки. Этот пункт в докладе был даже подчёркнут. Что неудивительно: как раз весной 1943 года были проведены испытания трофейного немецкого танка Pz.Kpfw.Tiger Ausf.E, которые показали неутешительные результаты. Советская танковая артиллерия против этого танка оказалась почти бессильной. Таким образом, срочно потребовались средства борьбы с «Тигром».

Ещё одним аргументом в пользу американской САУ стало то, что она строилась на одной базе с уже привычными Medium Tank M4A2, которые стали поступать в СССР с конца 1942 года.

На этом фото видна установка тента, который крепился в походном положении

К вопросу поставок самоходных установок этого типа вернулись в начале июня 1943 года. Согласно докладной записке наркома внешней торговли А.И. Микояна Сталину, мнения о закупках самоходной артиллерии у ведомств разошлись. Яковлев, возглавлявший Главное артиллерийское управление (ГАУ), считал приоритетной задачей закупки GMC T48, а остальные машины хотел приобрести только для ознакомления. Возглавлявший ГБТУ КА Федоренко предлагал закупить широкий ассортимент самоходной артиллерии, но GMC M10 в этом списке не оказалось. Отдельное мнение было у Воронова, командующего артиллерией Вооружённых Сил СССР. Именно он предложил закупить 50 «трёхдюймовых пушек на шасси среднего танка М-10». В итоге решение оказалось компромиссным. Две такие машины было решено взять на пробу, и в случае успеха испытаний планировалось заказать партию из 50 штук.

Не хуже отечественных аналогов

Долго тянуть с поставкой самоходных установок не стали. 3 августа 1943 года Хряев доложил о том, что в Персидский залив прибыл конвой, доставивший два «танка-истребителя М-10». Вскоре машины оказались в Баку. Там их пути разошлись. Одну машину отправили на полигон Научно-исследовательского института бронетанковой техники (НИИБТ Полигон) в Кубинке, а вторую планировалось отправить на Гороховецкий артиллерийский научно-испытательный опытный полигон (АНИОП). Это было логично: на НИИБТ Полигоне испытывали ходовую часть, а на АНИОП артиллерийскую.

Правда, с испытаниями пушки случилась заминка, поскольку необходимых американских боеприпасов калибром 76 мм в СССР не поставлялось. В результате испытания стрельбой проводились значительно позже ходовых.

Полосы, которые видны на бортах корпуса, — остатки «упаковки», которую ставили на машину в ходе перевозки морем

В Кубинку американская САУ прибыла в сентябре 1943 года. Как и в случае с АНИОП, сюда машина пришла без боекомплекта. Также на НИИБТ Полигоне констатировали, что отсутствуют и дополнительные броневые листы. Их, впрочем, как мы помним, не было и в американских войсках.

Для начала специалисты полигона подробно изучили машину, составив её краткое техническое описание. Одновременно было проведено техническое обслуживание самоходной установки. Сделать это оказалось несложно, поскольку машина во многом повторяла средний танк M4A2, который испытателям был уже хорошо знаком. Американское машинное масло заменили отечественным.

Боевое отделение. Испытатели ошибочно посчитали, что командир сидит слева от орудия, но на самом деле его место находится справа

Содержание технического описания в основном свелось к общему устройству машины, причём шасси М10 уделили минимум внимания ввиду его почти полной идентичности М4А2. Кратко были описаны отделение управления и боевое отделение. По мнению испытателей НИИБТ Полигона, командир машины находился слева от орудия, но на самом деле это было место наводчика. Как и в случае с американскими танками, место командира здесь находилось с правой стороны от пушки.

Подробным изучением боевого отделения в Кубинке заниматься не стали, заострив внимание на других вопросах. В целом выводы относительно удобства работы экипажа были сделаны положительные. Впрочем, открытая сверху башня не вызвала положительных эмоций, ведь с фронта поступало немало отзывов о поражении расчётов СУ-76М, которая была открыта сверху. Также специалисты НИИБТ Полигона изучили обзорность М10, которую признали вполне удовлетворительной.

Установка зенитного пулемёта Browning M2HB

Основной частью программы, впрочем, являлось не изучение конструкции машины, а её ходовые испытания. Согласно плану, самоходная установка должна была пройти 1000 километров, из них 300 по шоссе, 500 по просёлку и 200 по пересечённой местности. Помимо определения максимальной и средней скорости, а также уровня расхода топлива, требовалось выявить проходимость M10 по различным типам местности.

 Схема обзорности из самоходной установки с указанием размеров «мёртвых зон»

Ходовые испытания проходили с 24 сентября по 14 октября 1943 года. На практике они примерно совпали с программой: из 1000 километров 302 машина прошла по шоссе Москва — Минск, остальные — по просёлочным дорогам и косогорам. В ходе испытаний на шоссе одновременно проводились замеры максимальной скорости. По результатам четырёх попыток она составила 50 км/ч, что было даже чуть выше официальных данных. Средняя скорость чистого движения составила 37,5 км/ч, а техническая 30 км/ч, при этом машина двигалась в основном на 5-й передаче. Расход топлива составил 158 литров на 100 километров пути. Для сравнения, у танка М4А2 расход был 162 литра на 100 километров. Указывалось, что место механика-водителя расположено удобно, а управлять машиной легко.

Без шпор максимальный угол подъёма, который удалось преодолеть, составил 22 градуса

По просёлку М10 прошла 660 километров, при этом двигалась в основном на 4-й передаче. На преодоление этого расстояния самоходной установке потребовалось 32 часа, из которых 8 ушло на простой по техническим причинам. Связаны они были с выходом из строя опорных катков, которых за время проведения испытаний было потеряно 6 штук. В пяти случаях разрушились роликовые подшипники, в шестом катке разрушился резиновый бандаж. Подшипники, в свою очередь, разрушились из-за выхода из строя сальников, из-за чего вытекла смазка и в подшипники попала грязь.

Несмотря на поломки, в целом самоходная установка показала себя на грязной просёлочной дороге неплохо. Средняя скорость чистого движения составила 20,5 км/ч, а техническая — 16,5 км/ч. Расход топлива составил 259 литров на 100 километров, что было несколько больше, чем у М4А2 (246 литров на 100 километров).

Помимо этого, были проведены испытания манёвренности. Как указали в своём отчёте испытатели, в целом самоходная установка показала хорошую поворотливость. Вместе с тем крутые повороты, развороты на 180 градусов и развороты на малой скорости М10 выполняла плохо. Впрочем, это была не проблема собственно М10, а характерная особенность гусеничных машин с двойным дифференциалом в качестве механизма поворота.

Финальным аккордом стали испытания на преодоление подъёмов и спусков. Именно на этом этапе начались основные проблемы. Дело в том, что М10 прибыла с резино-металлическими гусеничными лентами T51. К ним, как и к предшествовавшим им T41, которые ставились на Medium Tank M3, имелись претензии в плане проходимости. Гладкие рабочие поверхности траков совсем не способствовали сцеплению с грунтом. Особенно критичным это оказалось с точки зрения преодоления подъёмов. Максимально крутой уклон, который удалось преодолеть, имел угол 22 градуса. Дальше гусеничным лентам просто не хватало сцепления с грунтом.

Преодоление подъёма с установленными шпорами

Американские инженеры знали об этой проблеме, так что в комплекте с САУ шли специальные шпоры. На каждую ленту установили по 11 шпор. Это помогло, но отчасти. Самоходная установка поочерёдно преодолела подъёмы под углом 24 и 28 градусов. Когда испытатели попытались подняться на склон под углом в 31 градус, машина стала беспомощно рыть шпорами грунт: ей снова не хватало сцепления. На испытаниях на косогоре величина максимального угла крена составила 22 градуса, дальше начиналось сползание машины. Эта проверка проводилась на гусеницах без шпор.

Общий вердикт по итогам ходовых испытаний оказался вполне положительным:

«1. Американская самоходная установка М-10 обладает хорошими ходовыми качествами. По скоростным данным не уступает отечественным самоходным установкам СУ-122, СУ-85 и равноценна американскому танку М4А2.

2. Преодоление препятствий самоходной установкой М-10 на резино-металлических гусеницах без шпор — подъем 22°, спуск 25°, крен 22° — недостаточные, с применением шпор преодолеваемый подъем равен 28°, спуск 28°.

3. Большие размеры башни (диаметр погона башни в свету 1740 мм) обеспечивает удобное размещение вооружения и экипажа в ней.

К недостаткам конструкции следует отнести отсутствие крыши у башни, это создаёт опасность быстрого вывода из строя экипажа на поле боя осколками мин, снарядов, бомб, пулемётным огнём с самолётов, гранатами и бутылками с зажигательной жидкостью.

4. Все агрегаты и механизмы самоходной установки, за исключением ходовой части, имеют достаточную надёжность. Ходовая часть самоходной установки ненадёжная вследствие неудачной конструкции сальников опорных катков».

Претензии к боевому отделению

Артиллерийские испытания американской САУ сильно затянулись. Заминка с боеприпасами привела к тому, что программа испытаний, а также предписание Артиллерийского комитета ГАУ КА были подписаны только 14 января 1944 года. Впрочем, проблемы на этом не закончились: осколочно-фугасных выстрелов на полигоне так и не дождались, так что 19 февраля было дано указание проводить испытания без них. Кроме того, отсутствовали ЗИП и документация к 76-мм пушке М-7, которая устанавливалась на GMC M10.

Самоходная установка поступила на Гороховецкий артиллерийский полигон (АНИОП) 9 февраля. Ввиду отсутствия ЗИП и документации приспособления для её обслуживания пришлось делать силами сотрудников лаборатории при полигоне. Это, разумеется, привело к дальнейшему затягиванию сроков начала испытаний. За это время параллельно шла работа по описанию самоходной установки, а также орудия. В результате непосредственно на стрельбы машина вышла только 13 марта 1944 года. Продолжались они до 4 апреля, при этом было сделано 390 выстрелов, из них 25 усиленным зарядом.

 Самоходная установка М10 на Гороховецком полигоне, март 1944 года

Стрельба велась бронебойно-трассирующими снарядами M62. По итогам были сделаны выводы, которые оказались не в пользу отечественных боеприпасов того же калибра. Выяснилось, что прочность американских снарядов оказалась достаточной для поражения брони толщиной до 120 мм, в то время как советские боеприпасы аналогичного калибра могли поражать броню толщиной не более 100 мм. Объяснялось это более совершенной конструкцией снаряда M62, правильно выбранными материалами и более рациональным режимом его термической обработки. Броню толщиной 120 мм, согласно расчётам, снаряд M62 поражал на дистанции в 500 метров. Вполне успешными оказались и испытания на кучность.

Общий вид орудия М7, которое устанавливалось в GMC M10 в качестве основного вооружения

Снаряды М62 после стрельбы по броневой плите толщиной 100 мм

Между тем самоходная установка состоит далеко не из одной пушки. Как уже говорилось, помимо стрельбы, специалисты АНИОП занимались изучением устройства самой самоходной установки, и вот здесь у них возник ряд вопросов. Как ни странно, претензии у артиллеристов возникли к месту механика-водителя. По их мнению, наличие только одного перископа сильно ухудшало обзорность. Справедливости ради, на Medium Tank M4 первоначально было два смотровых прибора, но боевые действия показали, что от перископов в лобовом листе корпуса следует оказаться.

Куда более существенной выглядела оценка боевого отделения. Этому был посвящён отдельный отчёт на пяти страницах, красноречиво обозначенный как «Замечания по вопросам боевого обслуживания американской самоходной 3-дм пушки "М-7"». Первым пунктом замечаний стало отсутствие у боевого отделения крыши. Здесь и артиллеристы, и танкисты были солидарны. К слову, на некоторых американских M10 в ходе боёв 1944–1945 годов эти самые крыши расчёты установили самостоятельно.

Впрочем, советским специалистам не понравилось не только это. Поскольку люков в башне не было, выход и вход в боевое отделение оказался неудобным с точки зрения уязвимости. При покидании машины под вражеским огнём специалисты АНИОП прогнозировали потери личного состава.

Но и на этом претензии не заканчивались. В отличие от НИИБТ Полигона, на АНИОП правильно определили места членов экипажа в башне. Их признали недостаточно рациональными. Для начала, у командира имелся маховик механизма наведения орудия по вертикали, кнопка электроспуска и панорамный прицел, но наводить орудие по горизонтали он не мог. Полный набор маховиков был у наводчика, но располагались они неудобно, находясь слишком близко друг к другу. Крутить их одновременно, несмотря на небольшие прилагаемые усилия, было неудобно. Телескопический прицел располагался так, что при его использовании наводчик упирался грудью в маховики. Одновременно наводить оружие и прицеливаться при таком размещении прицела оказалось попросту невозможно.

Схема боевого отделения, прилагавшаяся к докладу о замечаниях по его компоновке

Имелись претензии и к условиям работы заряжающего. Размещение его места с правой стороны вполне справедливо было названо нерациональным. Последовало дельное предложение перенести место заряжающего влево. Сиденья, которые в бою откидывались, советские специалисты забраковали, поскольку они были жёсткие, неудобные, и размещались высоко (на высоте 68 см). Неудобным было признано и заряжание орудия. Первые 6 выстрелов крепились в укладке первой очереди на задней стенке башни, а остальные находились в футлярах в надгусеничных полках. На испытаниях при использовании укладки первой очереди скорострельность достигала 10–12 выстрелов в минуту. Как только в укладке первой очереди выстрелы заканчивались, скорострельность падала до 4–6 выстрелов в минуту.

Итог испытаний GMC M10 на ИНИОП оказался неоднозначным. В заключении было указано, что испытания «самоходная американская пушка М-7» выдержала. С другой стороны, внушительный объём замечаний по боевому отделению вряд ли остался без внимания.

САУ, вытесненная танками

О том, что поставкам GMC M10 в Красную армию быть, стало понятно ещё в конце 1943 года, после того как прошли испытания на НИИБТ Полигоне. Как и предполагалось в июне 1943 года, первую партию самоходных установок M10 ограничили 50 экземплярами. Поступление первых машин в учебные центры ожидалось к началу февраля 1944 года. Это были не единственные самоходные установки американского производства, которые стали поступать в начале 1944 года. Вместе с ними буквально потоком хлынули GMC T48, на фоне которых М10 немного затерялись. С 14 декабря 1943 года по 5 марта 1944 года в СССР прибыло 257 таких машин, получивших здесь обозначение СУ-57.

GMC M10 позднего выпуска, НИИБТ Полигон, лето 1944 года

Как и в случае с первыми M10, прибывшими «на пробу», поставки самоходок основной партии были организованы южным путём — через Баку. Первые машины прибыли ещё в январе, но по ряду причин их отправка в учебный центр задержалась. Во второй половине февраля тремя эшелонами в Учебный центр самоходной артиллерии в посёлке Клязьма (Московская область) прибыли партии из 15, 22 и 5 машин. Судя по фотографиям, в Советский Союз попали машины средних и поздних серий, которые внешне отличались друг от друга формой башни. Позже одна из машин поздней серии оказалась на НИИБТ Полигоне.

Вокруг прибывших машин тут же разгорелась бурная переписка по весьма щекотливому поводу. Дело в том, что полученные машины оказались укомплектованы на 80%. На четырёх М10 ЗИПов вообще не оказалось, а вместе с ними — пулемётов и оптики. Ротного ЗИПа не было вообще. У машины с регистрационным номером 40110927 оказался разбит картер сцепления, картер маховика и выжимной диск. Ещё одна машина оказалась не на ходу.

​ Сержант А. М. Рязановский из 37-го ОТП на фоне M10, 1944 год. Не исключено, что это одна из шести машин, прибывших последними. Снимок сделан в учебной части. Интересно, что машина уже получила траки T54E1 с развитыми грунтозацепами

Тревогу забило руководство Учебного центра самоходной артиллерии. Вскоре в ГБТУ отправилось письмо за подписью начальника учебного центра генерал-майора артиллерии Н.С. Касаткина. На сей раз жалоба оказалась иного характера. Начальник центра докладывал, что прибывающий на укомплектование личный состав имеет очень слабую подготовку. Многие видели самоходные установки впервые. Например, прибывшие 4 марта 15 механиков-водителей и наводчиков машину не знали вообще. То же самое случилось ещё с 25 экипажами, прибывшими 9 марта и до того учившихся на СУ-76М.

Ничего удивительного в этом нет, поскольку литературу по машинам не подготовили. Для решения проблемы начальник учебного центра потребовал прислать офицеров, которые были знакомы с машиной, а также срочно обеспечить центр учебной литературой. Правда, с требованием подготовленных офицеров начальник центра явно дал маху, поскольку до того с М10 ознакомились разве что специалисты НИИБТ Полигона.

Постепенно ситуация выправлялась, хотя некоторая неразбериха заметно оттянула время отправки самоходных установок в части. Стоит добавить, что по состоянию на 27 января 1944 года имелось всего 875 бронебойных выстрелов для М10, а осколочно-фугасных не было совсем: 5000 таких боеприпасов поступило только в начале марта. Чуть позже оказались налажены и дополнительные поставки бронебойных боеприпасов. 26 апреля УСА ГБТУ КА утвердило состав боекомплекта самоходной установки М10: бронебойных и осколочно-фугасных выстрелов выделялось по 27 штук на машину.

​ Кадров с «американскими» СУ-76 очень мало. В данном случае снята машина 1223 САП

Последние 6 машин прибыли в Баку в конце февраля 1944 года и были отправлены в Пушкино 8 марта эшелоном №33387. Эти 6 самоходных установок по состоянию на 1 июня 1944 года продолжали числиться в резерве. Что же касается остальных 44 М10, то они поступили в состав 1239-го и 1223-го самоходно-артиллерийских полков (САП). В войсках эти машины получили обозначение СУ-76, уже «занятое» советской САУ с орудием аналогичного калибра, что сильно осложняет изучение боевого применения этих машин.

Известно, что 1223-й САП в составе 29-го танкового корпуса (ТК) 5-й гвардейской танковой армии участвовал в освобождении Белоруссии и Прибалтики. Дальнейшая информация противоречива. Согласно одним данным, М10 исчезли из его состава уже в Прибалтике, по другим, на 1 мая 1945 года в его составе имелось 10 таких машин, из них 4 исправных. Ещё один документ, датированный 7 февраля 1945 года, указывает на наличие в составе полка 37 СУ-76, из них 18 исправных. Что это за СУ-76: американские или их советские «тёзки» — сказать крайне сложно. Что же касается 1239-го САП, то он в составе 16-го ТК 2-й танковой армии активно поучаствовал в освобождении Польши.

Дальнейших заказов на самоходные установки М10 не последовало. К лету 1944 года стало известно о запуске в серию средних танков M4A2(76)W, первые такие машины прибыли в СССР уже в сентябре. Имея практически такую же пушку, они оказались куда лучшими, чем САУ с открытой сверху башней.


Источник – http://warspot.ru/8112-su-76-amerikanskogo-proizvodstva

alternathistory.com

История танка M10 Wolverine | Panzer Journal

Самоходное Орудие M-10 в армии США сокращённо называлась GMC M10 или TD (аббревиатура от Tank Destroyer — «истребитель танков») и у американских солдат М10 также имела неофициальное прозвище «Вулверин» (англ. Wolverine — «росомаха»).

М10 была принята на вооружение в июне 1942 и по своей компоновке представляет собой САУ на шасси среднего танка M4A2 (с облегченным бронированием), в башне кругового вращения. Орудие монтировалось в установке, заимствованной от танка M6, литая башня была открытой в верхней и задней части. 

Американская доктрина ведения боя предполагала использование истребителей танков для борьбы с вражескими танками, тогда как собственные танки предназначались для поддержки пехоты в бою. M10 была самой многочисленной противотанковой САУ американской армии во Второй мировой войне. Дебют машины в Северной Африке был в целом успешен, поскольку её трёхдюймовая пушка M7 могла без проблем с дальней дистанции поражать броню большинства немецких танков, имевшихся тогда на североафриканском театре военных действий.

Однако тяжёлое и тихоходное шасси не соответствовало принятой тогда в США доктрине истребителей танков, которая требовала использования в этом качестве очень лёгких и быстрых машин. Поэтому в начале 1944 года M10 в частях стала дополняться более быстрой и более легкобронированной противотанковой САУ M18 Hellcat.

В ходе высадки в Нормандии пушка M10 оказалась неэффективной против лобовой брони многочисленных немецких танков «Пантера», поэтому осенью 1944 года она начала замещаться улучшенным вариантом противотанковой САУ M36 Jackson.

Оставшиеся в строю M10 продолжали использоваться до конца войны. На тихоокеанском ТВД M10 армии США использовались как обычные танки непосредственной поддержки пехоты и были непопулярны среди экипажей в этой роли. Японская тактика борьбы с американской бронетехникой путём использования пехоты с гранатами и прочими противотанковыми средствами в предельно ближнем бою делала открытую сверху M10 гораздо более уязвимой, чем полностью закрытый танк.

Около 54 САУ M10 были поставлены в СССР по ленд-лизу, но их боевое применение в Красной армии остаётся неизвестным. Этими машинами также комплектовались части «Свободной Франции», одна M10 под названием «Сирокко», управляемая французскими моряками, прославилась тем, что подбила немецкую «Пантеру» прямо на площади Согласия в Париже. В Великобритании M10 обозначались как 3-in. SP, Wolverine и сражались в Италии и Франции. Некоторое количество машин было перевооружено на гораздо более эффективную 17-фунтовую противотанковую пушку и получило обозначение 17-pdr. SP. Achilles.

Открытая сверху башня M10 делала машину уязвимой к артиллерийскому и миномётному огню, а также к пехотным атакам, особенно в городских боях и в лесу, когда простая ручная граната могла быть легко закинута внутрь машины. К концу войны бронирование M10 уже стало недостаточным против новых немецких танковых и противотанковых пушек. Однако самым большим недостатком M10 была крайне низкая скорость поворота башни ввиду отсутствия какой-либо механизации этого процесса.

Башня поворачивалась только вручную и на полный её оборот требовалось около двух минут времени. Кроме того, вопреки писаной доктрине применения, американские истребители танков израсходовали больше осколочно-фугасных снарядов, нежели чем бронебойных, что показывает полный крах этой доктрины — машины в основном использовались в роли танков, которые они должны были бы на бумаге поддерживать.

Опорные поверхности уязвимых мест позволяли устанавливать дополнительное бронирование, но этот метод усиления использовался не очень часто. САУ М10 имела и свои недостатки: экипаж и часть боекомплекта располагались в открытой башне и были уязвимы для осколков снарядов, мин и атак с воздуха; массивная 3-дюймовая пушка занимала чересчур много места в башне, что было бы не так страшно, если бы она не нарушала ее равновесия.

Орудие стреляло бронебойным снарядом с вольфрамовым наконечником на дальность до 14631 м, при этом снаряд имел начальную скорость 792 м/с и на расстоянии 900 м пробивал 102-мм броневой лист с верхним цементированным слоем. Однако, поскольку орудие являлось модифицированной зенитной пушкой, то и размеры его были соответствующими. Из-за длинного и тяжелого ствола башню пришлось уравновешивать противовесом в 1134 кг, а для ее вращения применить ручной привод.

М-10 имел запас выстрелов в 54 снаряда, в движение машина приводилась двумя двигателями GMC с мощностью 375 л/с сообщавшим ей скорость до 30 миль в час. Часть полученных британцами М10 была переоборудована под 17-ти футовую пушку 76.2 мм. 54 САУ M10 были поставлены в СССР по ленд-лизу, машины были оборудованы дизельными двигателями .

Размещение вооружения в открытой сверху вращающейся башне было характерно и для других американских самоходных установок. Считалось, что таким образом улучшается обзорность, снимается проблема борьбы с загазованностью боевого отделения и снижается вес самоходной установки. Эти доводы послужили причиной снятия броневой крыши и с советской установки СУ-76.

Боевое применение.

В начале 1943 М10 начали поступать в батальоны истребителей танков в Северной Африке. Первый боевой опыт М10 получили в марте 1943 в составе 2-го Армейского корпуса воевавшего в Тунисе.

М10 воевали на Сицилии и в Италии. Учитывая условия горной местности накануне предлагалось даже отказаться от участия М10 в операции из-за открытой башни. Серьёзные испытания ждали М10 в Нормандии. По той причине, что М10 и М10А1 имели противотанковые 76-мм пушки их  привлекали для борьбы с немецкими танками. Быстро выяснилось, что М10 не может успешно бороться с немецкими Пантерами, Тиграми и тем более с Королевскими Тиграми.

Часть М10 и М10А1 по ленд-лизу отправили англичанам, которые быстро отказались от американской маломощной 76мм пушки и поставили свою отличную 17-фунтовую. Английская модификация М10 и М10А1 называлась соответственно Ахиллес IC и Ахиллес II. Свою долю М10 получили и французы под командованием генерала Де Голя. По причине открытой башни и слабой бронебойности пушки после прорыва Союзников из Нормандии эти истребители танков использовали для огневой поддержки с закрытых позиций. Этому способствовало то, что с осени 1944 Союзная артиллерия испытывали острый недостаток в снарядах, особенно это касалось тяжёлых орудий.

Уменьшение выпуска тяжёлых артиллерийских снарядов началось ещё осенью 1943 и только к весне 1944 этот вредный перегиб в военной экономике удалось исправить, а до того времени истребители танков  компенсировали слабость артиллерии. Однако немецкое наступление в Арденах в декабре 1944 снова вернуло М10 и М10А1 на передовую для борьбы с танками. Во время «the Battle For Bulge», как американцы называют Арденское сражение, М10 показали себя неплохо. Батальоны истребителей танков оказались результативней, чем буксируемые пушки.

Заодно буксируемые ПТ пушки окончательно продемонстрировали насколько сильно они уступают самоходным орудиям. В одном отчёте 1-ой Армии говорится, что потери батальона истребителей танков составили 119 единиц, из которых 86 оказались буксируемыми пушками. Какие бы недостатки ни имел М10, однако он был намного предпочтительней буксируемых ПТ пушек. В американской армии начался активный переход противотанковых батальонов с буксируемых орудий на самоходные.

М10 воевали и с японцами. Первое применение М10 на Тихоокенанском ТВД произошло в составе 767-го батальона истребителей танков в боях за Кваджелейн в феврале 1944. М10 использовались в качестве «разрушителей бункеров» («bunker busters»). Бои в условиях гор и густой растительности часто велись на ближних дистанциях, где очередной раз проявился недостаток открытого верха башни М10.

До декабря 1943 года САУ М-10 было выпущено в количестве 4993 на шасси среднего танка М-4А-2, и улучшенная версия M-10A-1 — на шасси среднего танка М-4А-3 «Генерал Шерман» — в количестве 1713 штук. Из них в Великобританию было поставлено 1648 шт., во Францию — 443 и в СССР — 52 штуки.

Автор: ElenkaSK, Источник

panzer-journal.ru

САУ М10 - истребитель танков

Одновременно с проектированием, испытаниями и развертыванием серийного производства легких противотанковых САУ на шасси автомобилей и бронетранспортеров в США приступили к созданию подобных боевых машин на танковых шасси.

Чертежи противотанковой САУ Т35 были утверждены в Департаменте вооружений 12 ноября 1941 года. Машина базировалась на шасси среднего танка М4А1. Трехдюймовая пушка Т12, заимствованная у тяжелого танка М6, устанавливалась в открытой сверху и сзади башне.

СОЗДАНИЕ

Военных особенно привлекали в этом проекте возможность ведения огня на 360° и использование стандартного башенного погона. В декабре базовое шасси заменили на М4А2 и изготовили деревянный макет САУ в натуральную величину. Вскоре машину собрали в металле. При этом корпус танка М4А2 подвергся некоторым изменениям. В частности, была ликвидирована установка курсового пулемета, а толщина бортов сократилась до 25,4 мм (1 дюйм). Бронезащиту трансмиссии усилили накладкой из двух бронелистов, сваренных под углом 90°. Пушку установили в открытой сверху круглой сварной башне.

В разгар работ над Т35 штаб противотанковых частей армии США выдвинул новые требования к самоходке. Теперь она должна была иметь пониженный силуэт и наклонную броню бортов подбашенной коробки. После внесения этих изменений машина получила индекс Т35Е1. В мае 1942 года, после успешных испытаний, Т35Е1 рекомендовали к серийному производству. В ходе подготовки к нему в конструкцию машины внесли некоторые изменения. В частности, еще в большей степени уменьшили толщину бронелистов, снабдили посадочным люком помощника механика-водителя и разместили на броне корпуса и башни бонки для крепления листов дополнительной бронезащиты. В таком виде в июне 1942 года машину стандартизировали под обозначением М10 или, если быть абсолютно точным, 3 inch Gun Motor Carriadge M10 (буквально — «моторная повозка для трехдюймовой пушки»).

ОБЛИК МАШИНЫ

В законченном виде истребитель танков M10 несколько напоминал танк М4А2 «Шерман», на шасси которого и был создан. Машина имела сварной корпус, отличавшийся от танкового меньшей высотой и наклонным расположением бортов.

В открытой сверху вращающейся сварной пятигранной башне была установлена трехдюймовая пушка М7, разработанная на базе зенитной. Длина ствола орудия составляла 50 калибров, начальная скорость бронебойного снаряда — 793 м/с. В кормовой части башни на вертлюжном кронштейне был установлен 12,7-мм зенитный пулемет «Браунинг» М2НВ. Боекомплект состоял из 54 артвыстрелов и 1000 патронов. САУ М10 была оснащена силовой установкой GMC 6046 модели 71, состоявшей из двух шестицилиндровых двухтактных бескомпрессорных рядных дизелей, расположенных параллельно и соединенных в один агрегат мощностью 375 л. с. при 2100 об/мин.

СЕРИЙНЫЙ ВЫПУСК

В сентябре 1942 года на заводе «Фишер» началось серийное производство САУ М10. В течение этого месяца цехи покинули первые 105 машин. Выпуск М10 продолжался до декабря 1943 года и завершился изготовлением 4993 самоходок. В октябре 1943 года к производству М10 подключилась и фирма «Форд Мотор». Эта компания выпускала «Шерманы» модификации М4А3, отличавшейся от М4А2 в основном типом силовой устанвоки. На «фордовском» варианте САУ, получившем обозначение М10А1, устанавливался восьмицилиндровый двигатель «Форд» GAA мощностью 500 л. с. при 2600 об/мин.

Сборка М10А1 на производственной линии фирмы «Форд» осуществлялась с октября 1942 по сентябрь 1943 года и завершилась после изготовления 1038 машин. В сентябре 1943 года сборку М10А1 передали на завод «Фишер», где она продолжалась параллельно с M10 до конца ноября 1943-го, а затем еще и в январе 1944 года. Здесь собрали 375 комплектных самоходок и 300 без башен. Безбашенные машины использовались впоследствии при изготовлении истребителей танков М36. Общий выпуск М10А1 составил 1713 единиц.

ТАКТИКО-ТЕХНИЧЕСКИЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ САУ М10

  • Боевая масса, т: 29,6
  • Экипаж, чел.: 5
  • Габаритные размеры, мм:
    — длина:6827
    — ширина: 3048
    — высота: 2896
    — клиренс: 432
  • Бронирование, мм:
    — лоб корпуса: 50,8
    — борт и корма: 25,4
    — крыша: 9,5…19
    — днище: 12,7
    — башня: 25,4…57
  • Макс, скорость движения, км/ч: 48
  • Запас хода, км: 320